День, которого не было - Ольга Рог

Чернявый побегал по апартаментам, показывая, что тут и как, не забывая улыбаться в тридцать два зуба и сыпать комплиментами. Пенсионерку передернуло от абсолютно мертвых темных глаз, будто смотришь в два пустых высохших колодца. Она с трудом перенесла его присутствие и смогла выдохнуть только тогда, когда пижон свалил за дверь.

— Расслабляться не стоит. Здесь камеры, — мурчал Феликс на ушко, якобы размазывая свои слюни на «любимую хозяюшку». — Комнатка миленькая. На коврах и вазах не сэкономили. Люстра в хрустале…

— Ужас! Спать в парике? — у Васи все сразу же зачесалось и забегало под чуждыми волосами. Она уже было дело запустила руку под парик, как Дух ее легонько куснул за поднятую руку и задергал недовольно усами.

— Собираемся на ужин! Там осмотримся. Ничего не есть без моей команды! — ворчало кошачье начальство, пока его несли в общую столовую.

— Да, поняла я, поняла…

— Вроде, ничего подозрительного не унюхал. Дай мне кусочек индейки.

Вася попилила диетическое мясо ножом и прямо на вилочке протянула Феликсу для дегустации.

— Хм-м-м. Еще! Не распробовал.

Так прожора смел почти весь ее ужин, оставив Васе только кусок творожной запеканки и чай.

— Попроси еще добавки зеленого чая, я прошмыгнусь по столовой. Какие-то они слишком послушные. Жуют механически, будто совсем не чувствуют вкуса, — Феликс сиганул со стула и посеменил к ближайшему старичку в очках с золотой оправой.

Он потерся, в надежде, что дед хоть как-то среагирует, но тот явно не замечал животное у своих ног. Тогда Дух обнаглел и забрался на колени.

— Эй, чувак? Але? Есть кто дома? Щас наложу тебе какулей на брюки… Можно, да?

Чтобы бы Котодух не говорил, старик был так же безмятежен и мусолил во рту еду, часть которой застряла в бородке.

— Зомби какие-то, — почесал Феликс за ухом.

Заметив работницу в переднике, забирающую тарелки со стола, мститель пригнулся и принял наблюдательный пост на дедулькиных костлявых ногах. Другая женщина разносила какой-то розовый кисель в высоких стаканах. Обойдя все столики, они синхронно удалились в коридор.

— Вася, кисель не пей! — Феликс успел допрыгать до подруги и выбить из ее руки пойло. Стакан естественно упал на пол и разбился.

Они в четыре глаза смотрели как желеобразное месиво пузырилось, растекаясь уродливым осьминогом, как живое булькающее существо.

— Феликс, это уже страшно. Можно я домой пойду? Мне огурцы солить нужно, — Василиса громко сглотнула, держась за шею.

— Ага. Кто нас выпустит? Обратного хода нет, дорогая. Если только ногами вперед, на кладбище, — обнадежил «партнер». — Теперь ругай меня во всю матушку, что я пакостливое животное. Давай! Я в тебя верю.

Василиса очень старалась, разыграв целую драму. Феликс был оболтусом, мелким паразитом и неблагодарным скотиной…

— Я расстроена! — бросила салфетку на стол пенсионерка. — Пойду к себе, — и действительно резко встала, налетев «нечаянно» на разносчицу с новой порцией напитка для нее. Столкновение не выдержал и этот стакан…

Феликс ускакал от «стыда» подальше… В сторону кухни.

Старики с ничего не выражающими лицами, допивали свой кисель, никак не обращая внимание на представление.

Шестое чувство наговаривало в уши, куда нужно ориентироваться. Феликс прополз на пузике между ног администраторши, спешащей доложить своему боссу в кабинет об инциденте в столовой.

— Корней Сергеевич, новенькая не получила лекарства.

Они не заметили белого зверка, мелькнувшего молнией под стол главного злодея.

— Ничего, Зиночка. Завтра проследите, чтобы все выпила до дна. Сегодня, как обычно, мы сыграем с господами в рулетку на выбывание. Великий Архитектор ждет свою жертву.

«Едишкин кот! Масоны!» — чуть не орнул Феликс. И это значит, что полоумные приверженцы культа будут приносить жертвы. Жалостливые стали? Раньше младенцев потрошили и девственниц.

«Ну, я вам устрою, твари!»

Так захотелось обратно свою силу, чтобы наслать на извращенцев мор или, на худой конец, понос… Но Боженька думает, что Феликс и так дофига прыткий? Хоть плачь…

* * *

— Ну, ты и гад! — ни за что прилетело прилизанному брюнету от администраторши по гладко выбритому фейсу.

Тот в непонимании, потер пальцами скулу, смотря вслед фыркающей, как кошке Зинаиде, соображая за что он получил оплеуху. Ему к таинству готовиться, а Зина разборки устроила. Их не уставные отношения носили чисто физиологический характер, чтобы скинуть напряжение и немного расслабится. Никакой романтики и прочих любовных бредней. «Может носки у нее в комнате оставил?» — пожал плечами и пошел дальше в кладовую за партией свечей. Декорации нужно сделать красиво, чтобы главные магистры через «око» камеры прониклись обстановкой. Ах, да! Ворона надо покормить и высадить из клетки на жердочку, прицепив к лапе золотую цепь.

— Аркаша? — недоуменно смотрел на раскрытую дверцу клетки. Обвел взглядом комнатенку с разными атрибутами.

Птицы на месте не было, зато вокруг полно черных перьев и как издеваясь, лежала скрюченная лапа ворона прямо на столе… Заметьте, отдельно от Аркаши лежала!

— Че за хрень? — он в ужасе стал пятиться.

«Как без ворона церемонию провести? Где он сейчас за несколько часов птицу найдет?» — не боясь испортить прическу, схватился за голову.

— Кот! Новая старуха привезла кота… Да, больше не кому! Так, ладно… Не до него пока.

Он лично потом поймает паршивца в мешок и для утяжеления камней добавит, и с моста в реку.

«Догадливый, сморчок!» — Феликс сплюнул перышко, застрявшее между зубами и выглянул из-за шторы. Дичь в сыром виде Феликс, между прочим, впервые пробует. Ему не понравилось! Надо попросить у Василисы мезим от несварения желудка. Немного призадумавшись, мститель решил снова забраться в комнату администраторши и выблевать ей все на кровать. До этого он уже побывал у профурсетки, написав на зеркале помадой: «Зинка, у меня из-за тебя сифилис!».

К вечеру Феликс с лап сбился. Рассорил поваров на кухне, нассал главному отморозку в новые туфли и тот сейчас скрежещет зубами, хлюпая вокруг ритуального камня, на который приволокли того самого старика в золотых очках. Лежит бородатенький, улыбаясь посапывает во сне, не ведая, что его сейчас резать начнут, как куру на разделочной доске.

«А камень-то и вправду настоящий» — удивился Дух. Котяра неожиданно чихнул, втянув носом воздух, наполненный гарью свечей рядом с глыбой.

— Будьте здоровы, Ваша Светлость! — сказали главному хором сотрудники богадельни, стоящие полукругом в черных балахонах с капюшонами.

Магистр поднял седые брови, но спорить не стал, у него еще чтива на латыни в целый свиток.

«Сколько ошибок!» — возмущался Феликс. — «Кто же так безграмотно важные документы читает?». И в сердцах толкнул жертвенную чашу с подставки, которая грохнула