Измена. Я умею быть сильной - Марта Заозерная

Уже тогда везучей я не была. Веревка оказалась не в меру протертой, и я получила травму позвоночника, из-за которой несколько месяцев пришлось лежать, не вставая с постели.

Выхаживал меня тоже Стас.

Если спросить у мамы сейчас, она скажет, что не представляет, как решалась каждый день оставлять меня, травмированную, дома. А тогда выбор был невелик, кто-то должен был работать. Отец никогда не изъявлял желания нам помогать.

– Всё закончилось хорошо, – целую его в макушку. – Но за Женей, пожалуй, стоит получше смотреть. Хорошо?

Он согласно кивает.

Пока я разогреваю ужин, брат продолжает тянуть из меня информацию. Чувствую себя как на допросе. Где? Как? С кем? Что теперь говорит? Раскаивается ли?

– Вот ты тоже смешной, – морщусь, давая понять, что глупость сморозил. – Ты ли Макса не знаешь.

Стоит сказать, Стас был единственным (свекровь в расчет не берем), кто меня отговаривал от брака с Фроловым.

Был уверен, что мы разные и притереться характерами никогда не сможем.

Чувствовал? Уже тогда видел сущность Максима? Возможно.

– Я поверить не могу, что они Еву забрали, – меняет тему, становясь мрачным.

– Она сама решила с папой остаться.

– И ты так спокойно об этом говоришь?

Больно. Слишком больно. За гранью.

Я всегда хотела быть для своей девочки образцовой мамой. Порхала над ней. И сейчас мне словно сердце из груди вырвали. Я его вижу в чужих руках, но забрать не могу.

Каждое утро остаюсь стоять рядом с лицеем. Смотрю, как мимо проходит. А потом уже – ночью, плачу в подушку. Так плачу, что хоть постель выжимай.

Только вот от того, что я поделюсь с кем-то своими переживаниями, мне легче не станет. Ева домой не вернется, а Стас натворит глупостей.

– Я знаю, что она скоро вернется.

Уверена в этом. Нужно время, она сама всё поймет.

– Что ты задумала?

– М-м-м? – издаю уточняющий звук.

– Не верю, что ты можешь просто сидеть и ждать.

– Не понимаю, о чем ты, – передергиваю плечами.

– Вика! – рявкает.

– Мама, – зовет Женя из холла, – к нам гости пришли.

Глава 15

– Виктор Павлович! Как неожиданно!

При появлении в дверном проеме моего начальника чувство невероятного облегчения обрушивается на голову. Честно признаться, я думала, это Максим не выдержал и решил предпринять очередную попытку набега, а может, даже осады.

Уже готовилась отбиваться или вообще разнимать его и Стаса.

– Да я сам не ожидал, – усмехается Смолов.

В голове проносится несколько ироничных фраз относительно его внезапного визита, но я сдерживаюсь. Как-никак он гость и, более того, мой руководитель, хоть и стоящий через несколько звеньев нашей длинной должностной иерархии.

Пройдя по кухне уверенным шагом, Витя оставляет на столешнице несколько бумажных пакетов из местного продуктового магазина премиум-класса.

– Ты думаешь, нам есть нечего? – заглядываю внутрь. – Спасибо, конечно, но печаль меня не настолько сильно одолела.

– Проезжал мимо и решил заглянуть. Так сказать, удостовериться, что у вас Женей все в порядке, – пропускает мимо ушей мой легонький выпад, однако взглядом меня награждает красноречивым. Не грех и поежиться.

Ему не нравятся подобные шуточки.

Виктор обменивается рукопожатиями с моим братом. Они неплохо знакомы, пересекались на наших семейных праздниках.

Невольно вспоминаю празднование крайнего нового года.

Компания была большая и шумная, еле как уместились в нашем загородном доме. Было задорно и весело, но в то же время уютно. После того как Стас с Максом закончили пускать салюты, мы уединились в спальне и не выходи оттуда до утра. Много смеялись и занимались любовью. Я была счастлива.

За радость бы стерла себе память, однако… Приходится терпеть. Хочу я того или нет, с мужем связан огромный период моей жизни, в том числе масса приятных и незабываемых моментов и впечатлений.

На сердце становится тяжело, но я привычно стараюсь этого не показывать.

– Спасибо, как видишь, за нами уже приглядывают, – натянуто улыбаюсь Вите, переводя взгляд в сторону коридора.

Странно, что Женя не возвращается.

Вдруг не так расценил визит незваного гостя и обиделся?!

В последнее время в моей голове блуждают разные, порой несуразные, догадки и предположения.

Мне тревожно, да что там, я очень боюсь, что сын замкнется в себе, и наша с ним хрупкая связь оборвется.

Всегда помню о том, насколько он был привязан к отцу. А если он, как и Ева, поверит в версию Макса?! Дескать, мать первая загуляла, а я подхватил.

Черт его знает. Я уже ничему не удивлюсь.

– Отлично, я поеду тогда.

Впиваюсь глазами в Смолова. Так и хочется сказать: «Витя, с тобой точно всё в порядке? Ты чего приезжал?! Хотел убедиться, что я всё ещё дышу?».

– Оставайся. Пока ты домой доберешься, уже совсем ночь будет. Нам скоро физподготовку сдавать. Ты забыл?! Поздний ужин чреват незачетом. Жену, главное, предупреди, чтобы она тебя не теряла.

Подготовив стол, вручаю брату салфетки и вилки, а сама иду в сторону холла, посмотреть, чем там занят мой мальчик.

Нахожу его быстро. Стоя рядом с консолью, он перебирает стоящую на ней корзину с цветами – огромное количество белых пионовидных роз.

Слегка удивляюсь.

Навряд ли её Смолов принес.

– Кто-то прислал. Я выходил курьеру открыть, – поясняет Женя недовольно. – Это от отца? Если да, то я выкину. Ты же его не простишь?

В сотый раз слышу от него этот вопрос. Каждый раз с претензией и крайней строгостью.

Если бы меня даже попутал бес, и отказали мозги, Женечек бы их на место поставил, я уверена в этом.

Мой мальчик весь пропитан обидой. Прекрасно его понимаю, не одна я потеряла многое. Его жизнь тоже изменилась кардинально.

Как ни крути, у нас была хорошая, дружная семья. Но, как оказалось, фальшивая.

Несмотря на всё это, в памяти продолжают всплывать сотни, а то и тысячи счастливых моментов. Мне тридцать четыре, скоро тридцать пять, и большую часть жизни я провела рука об руку с Максом. Такое за несколько дней из