Шанс для глупой злодейки - Мария Ясная

Арабелла развернулась и почти бегом направилась к выходу в сад.

Сад был тёмен и прохладен. Луна пряталась за облаками, и только редкие фонари освещали дорожки. Арабелла прошла к скамье под старой липой, села и закрыла лицо руками.

— Что со мной? — прошептала она. — Я же знаю. Я всё знаю. Но почему это так больно?

Потому что она снова чувствовала себя той глупой девчонкой, которую обманули все, кого она любила. Потому что, несмотря на знание будущего, её сердце не хотело слушаться разума.

— Вы сбежали с бала? — раздался голос из темноты.

Арабелла подняла голову. Деймон стоял в двух шагах, и даже в полумраке было видно, что он зол. Его челюсть была напряжена, глаза сверкали.

— Вам не кажется, что вы слишком драматичны? — спросил он, подходя ближе. — Одна девушка танцует с вашим женихом, а вы уже в саду, рыдаете в кустах.

— Я не рыдаю, — ответила Арабелла, выпрямляясь. — Я просто… мне нужно было подышать.

— Подышать? — он усмехнулся, но усмешка была горькой. — Вы смотрели на них так, будто мир рушится. Неужели он для вас так важен?

Она промолчала. Не могла же она сказать ему: «Я не ревную. Я вспоминаю, как в прошлой жизни меня казнили из-за этой девушки».

— Это не ваше дело, — сказала она тихо.

— Моё, — он сел на скамью рядом, но не близко. — Потому что я не могу понять, что вы за человек. Вы ведёте себя то как холодная расчётливая интриганка, то как влюблённая дурочка.

— Я знаю, чего хочу, — она повернулась к нему. — Я хочу свободы.

— Тогда почему вы страдаете, глядя на них? — он кивнул в сторону зала. — Если вы не любите его, какая разница, с кем он танцует?

Арабелла закрыла глаза. Как объяснить то, что нельзя объяснить?

— Это не из-за Адриана, — сказала она наконец. — Это из-за неё.

Деймон посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом.

— Вы знали её? — спросил он. — Раньше?

— Нет, — Арабелла покачала головой. — Но я знаю таких, как она. И поверьте, ничего хорошего они не приносят.

Деймон помолчал, потом сказал:

— Вы правы в одном: она ведёт себя подозрительно. Любой дурак поймёт, что некрасиво так на глазах у законной невесты флиртовать с её женихом. Она либо глупа, либо нагла, либо… у неё есть цель.

— У неё есть цель, — тихо сказала Арабелла. — И эта цель — Адриан.

— Вы в этом уверены?

— Я в этом уверена, — она посмотрела ему в глаза. — И я знаю, что она добьётся своего, если мы не помешаем.

Деймон усмехнулся.

— Мы? Вы уже говорите «мы»?

— Вы предлагали объединиться, — напомнила она. — Я согласна.

Он кивнул, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на уважение.

— Хорошо. Тогда вернёмся в зал. И, может быть, вы перестанете смотреть на них, как будто сейчас заплачете? Это вызывает ненужные вопросы.

Он протянул ей руку, и Арабелла, поколебавшись, взяла её.

В зале музыка играла снова. Деймон, не отпуская её руки, повёл её в круг.

— Что вы делаете? — спросила она, чувствуя, как его пальцы сжимают её талию.

— Танцую с вами, — ответил он. — Чтобы все видели, что вы не брошенная невеста, а женщина, которая может выбирать.

Он вёл её жёстко, страстно, и Арабелла чувствовала, как внутри поднимается горячая волна. Не только от его близости — от того, что он смотрел на неё так, будто хотел что-то доказать. Или прочитать её мысли.

Она старалась не показать, как сильно её тянет к нему. Она запретила себе чувствовать это, когда поняла, что одержимость Адрианом разрушила её.

Деймон был опасным. И её сердце, вопреки рассудку, билось быстрее.

— Вы сегодня особенно молчаливы, — заметил он, когда они оказались в углу зала.

— Я просто танцую, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Вы танцуете так, будто боитесь меня, — он чуть склонил голову.

Арабелла не ответила.

Когда танец закончился, она, не глядя на Деймона, отошла к группе дам, которые всегда были в центре сплетен. Леди Мортон, её подруги, несколько молодых вдов — все они смотрели на неё с любопытством.

— Арабелла, милая, — сказала леди Мортон, — вы выглядите расстроенной. Что случилось?

Арабелла сделала глубокий вдох и позволила себе то, что в прошлой жизни сделало бы её посмешищем, а теперь становилось оружием. Она прижала платок к глазам и сказала жалобным голосом:

— Ах, леди Мортон, я не знаю, что мне делать. Эта бедная сиротка, которую привезла моя тётя… она так неприлично себя ведёт. Она танцует с моим женихом несколько танцев подряд, и он, бедный, не может отказать — она такая несчастная, такая беззащитная… А я стою и смотрю, и мне так больно…

Дамы зашептались. Арабелла продолжала, вкладывая в голос всю горечь, которую чувствовала:

— Я не хочу быть эгоисткой, но разве это нормально — вот так, на глазах у всех, флиртовать с чужим женихом? Она - сирота, ей нужна защита, но не такая же…

— Конечно, не нормально, — подхватила одна из вдов. — Я заметила, как она смотрит на принца. Очень выразительно для бедной сиротки.

— И платье на ней не такое уж скромное, — добавила другая. — Шёлк, хоть и тёмный, но дорогой.

— А вы видели, как она смеётся? — вставила третья. — Слишком громко для той, кто только что потеряла родителей.

Арабелла опустила глаза, пряча улыбку. Первый шаг сделан. Сплетни поползут. И когда Алиссандра услышит, что о ней говорят, ей придётся либо изменить поведение, либо раскрыть карты.

— Спасибо вам, — сказала она тихо. — Мне легче, когда я знаю, что не одна это замечаю.

Она отошла от дам и встретилась взглядом с Деймоном. Он стоял у колонны и смотрел на неё с выражением, которое она не могла прочитать.

Арабелла отвернулась и вышла из зала. Ей нужно было домой. И нужно было подумать о том, как объяснить отцу, что она не хочет терять жениха — но и не хочет, чтобы её использовали.

Разговор с отцом оказался ещё тяжелее, чем она ожидала.

— Расторгнуть помолвку? — лорд Эдрик