Огненная Лилия для дракона ч2 - Ирина Агулова

в компании близнецов обещал быть интересным, но предчувствие опасности ядовитой змеёй пригрелось у сердца, заставляя настороженно всматриваться в густую тень под кронами академического парка. А новость о том, что крылатый незнакомец с крыши исчез, не оставив следа — спокойствия не добавляла.

Очертания нашего нового дома вынырнули из сумерек довольно неожиданно, поскольку задумавшись, я даже не заметила, как мы дошли. Протяжно выдохнув, прошла в дом следом за отцом, почувствовав, как сразу же стало легче из-за отсутствия неприятного ощущения постороннего взгляда в спину. Возможно, всему виной разыгравшаяся паранойя. Но лучше рассказать об этом Рику. Хотя, нет, я же решила от него держаться на расстоянии. Тогда остаётся только лорд Элворд. Вот только от этой мысли почему-то стало очень тоскливо. Умом я понимала, что поступаю правильно, желая ограничить общение с блондинистым драконом, но сердце с этим решением было категорически несогласно.

Организацию ужина взял на себя дядька Бернар, заявив, что им с отцом нужно многое обсудить по благоустройству бестиария, и чтобы не тратить время это вполне можно сделать за трапезой. Кто бы противился, но только не я. Как губка впитывая информацию, я старалась не упускать ни малейшего шанса узнать что-то новое, так что уроки уроками, а послушать какие изменения ожидаются в бестиарии было бы не лишним: вдруг пригодиться.

Пока смотритель ходил за ужином в академическую столовую, прихватив с собою в помощь близнецов, я успела принять душ и переодеться, чтобы не благоухать на весть дом ароматами зверинца. Пусть в бестиарии регулярно чистились клетки и менялась подстилка, но некоторые питомцы имели такой специфический запах, что им пропиталась даже одежда.

Напряжение постепенно отступало, возвращая былое расположение духа, и неприятные ощущения от чужого взгляда стирались из памяти, перекрываясь мыслями о домашних заданиях и предстоящих проверках знаний. Зачётов по новым темам я не боялась, но подготовиться бы не мешало, так что разделавшись с принесённым дядькой Бернаром ужином, заодно послушав о предстоящих планах по реконструкции старого сектора бестиария, где жили самые опасные существа, мы с близнецами отправились ко мне в комнату грызть гранит науки.

Несмотря на непоседливость и эмоциональность Киран объяснять умел, а в паре с Катарой у них получалось ещё лучше, так что спустя пару часов кропотливого труда, пробелов по новым темам у меня не осталось. Друзья умели совмещать казалось бы несовместимое — важная информация чередовалась с шутками и воспоминаниями о забавных случаях, произошедших с ними в магической школе, и это совершенно не мешало усваивать материал, делая вечер уютным и домашним. Вот только мысли о том, где сейчас Рик и чем он занимается, время от времени стирали улыбку с моего лица, заставляя прятать грусть во взгляде за толстым учебником по основам магии.

Распрощались уже ближе к полуночи. Сонно зевая, Кир махнул мне рукой, пробормотав, что пора отправляться на поиски приключений в царство Морфея, а Кара крепко обняв, шепнула, что утро вечера мудренее и завтра все печали могут показаться сущими мелочами, главное — это верить в то, что всё будет хорошо.

— Бабуля мне часто говорила, что надо слушать своё сердце, — улыбнулась она, перед тем, как выйти за дверь и задорно подмигнула. — Разум руководствуется полученной информацией, которая не всегда соответствует действительности, а сердце знает то, что от нас может быть скрыто. Подумай над этим.

Похоже, от подруги моя грусть-тоска всё же не укрылась. Эх, зря только старалась.

Пожелав отцу доброй ночи, я поднялась в свою комнату, решив, что стоит прислушаться к совету подруги и не рубить сгоряча. Рик замечательный человек, вернее, дракон, и прекрасный друг, который пришёл мне на помощь в трудную минуту. Отталкивать его после всего этого даже не поговорив, не объяснившись — как-то неправильно. У меня слишком мало настоящих друзей, чтобы ими вот так запросто разбрасываться.

Что же касается внезапно вспыхнувших чувств… просто нужно постараться спрятать их поглубже и не показывать никому. Если он встретит ту единственную, которая сделает его счастливым — я порадуюсь всей душой, несмотря на то, что будет больно и горько. Но он заслуживает счастья как никто другой. И пусть Боги ему в этом помогут.

Ночь прошла беспокойно, видимо из-за тех мыслей, с которыми засыпала, а утро снова встретило ласковым солнцем, пробравшимся через окно яркими лучами, отогнавшими ночные кошмары и тревоги. Я с трудом могла вспомнить свой сон, но то, что в нём было нечто ужасное, оставило свой отпечаток на настроении. Хотя, несмотря на это, из комнаты вышла с улыбкой на губах, не желая, чтобы отец, увидев мой понурый вид, начал волноваться и задавать лишние вопросы, к которым я совершенно не была готова.

Решив немного отвлечься, пожарила оладьи, причём, с запасом, зная, что сейчас за мной зайдут близнецы, а у Кирана на подобное нюх как у хорошей ищейки. Видимо, молодой растущий организм, требующий периодического пополнения съестным, интуитивно чувствует, где и когда можно раздобыть чего-нибудь вкусненького. И не ошиблась. Как только отец открыл дверь, парень первым делом проследовал на кухню, громко втягивая носом воздух.

— Это мы вовремя зашли, — потирая ладони, выдал он, потянувшись к горке румяных кругляшей.

— Веди себя прилично, — хлопнув по протянутой кисти, прошипела Кара, — обалдуй. Хоть бы поздоровался для начала и руки помыл.

— Вот так всегда, — пожаловался мне парень, потряхивая кистью и наигранно морща нос. — Как ей что-то надо, так — братик, а как мне — так обалдуй. Где справедливость?

— Не ворчи, — фыркнула Катара, — ты же знаешь, что я любя.

— Ну да, ну да, — обиженно пропыхтел тот, — это ты моему желудку скажи, который уже настроился ощутить всю прелесть этого божественного блюда, и его так жестоко обманули.

К слову сказать, желудок Кирана в итоге остался доволен, как и он сам, так что ворчание парня длилось недолго и на занятия мы отправились посмеиваясь над его очередной шуткой.

* * *

Осенний ветерок лениво шелестел в кронах парковых деревьев, иногда касаясь волос и перебирая выбившиеся из косы пряди. Яркое солнце уже почти не грело, и от этого желаннее было каждое касание лучика, проникающего сквозь пока ещё зелёную завесу из листьев.

По академическим тропинкам сновало множество полусонных адептов, но того, кого выискивал мой пытливый взгляд, нигде не было видно. Ещё с вечера я решила, что не стану избегать встреч с Родериком, но и искать их тоже не буду. Вот только стоило показаться очередному