После развода. Ты вернешься, но я не прощу - Элли Лартер

— Добрый вечер, — говорит Матвей низким тоном, от которого даже меня пробирают мурашки.

Витя замирает, и его лицо начинает вытягиваться:

— Серьезно?! Вот настолько ты на меня обиделась?! Что решила сразу затащить в постель другого мужика?!

— Что вы себе позволяете?! — возмущается Матвей.

— Вы тот самый ее друг, да?! — фыркает мой муж. — Отличный друг, как я посмотрю!

— Вас это не касается, — обрывает его Матвей. — Убирайтесь прочь из номера Дарьи, или я буду вынужден вызвать охрану отеля, а то и полицию.

— Полицию?! — смеется Витя. — Ты серьезно, что ли?! Я — ее муж! А ты здесь на птичьих правах! Я жду пять минут: либо ты уходишь, либо полицию вызывать буду уже я, понятно?!

— О боже... — я закрываю лицо ладонями.

Мне становится так стыдно перед Матвеем, а еще так обидно за себя саму... Только я расслабилась, только подняла себе настроение, только организовала себе чудесный вечер с чудесным мужчиной, как снова появился Витя и все испортил! Он что, специально?! Следил за мной?!

Издевательство какое-то, честное слово!

— Даша? — мягко обращается ко мне Матвей, как бы намекая: это мой номер, и мне решать, кому остаться, а кому уйти.

И он прав.

Я поднимаю глаза на мужа:

— Убирайся.

— Что?! — фыркает Витя. — Выгонишь меня на мороз?!

— Да. Мне плевать, где ты будешь ночевать, куда ты поедешь сейчас. Ты вообще оставил меня в аэропорту в чужом городе искать сына. Я разобралась. И ты тоже как-нибудь разберешься. Давай, вали... я серьезно. Я считаю до пяти. Раз...

— Какая же ты стерва! — качает головой Витя, притворяясь глубоко оскорбленным.

— Два... — продолжаю я невозмутимо, стоя плечом к плечу с Матвеем, который одним своим присутствием придает мне сил и уверенности. — Три...

— А ты, — мой муж тычет в Матвея указательным пальцем. — Ты вообще урод тот еще, соблазнил чужую жену. Ты в курсе, что она еще не разведена?! А может, и не разведется! Знаешь ли, милые бранятся, только тешатся...

— Не неси бред! — рычу уже я. — Четыре! Пять! Все, я звоню на ресепшен...

— Да ухожу я, ухожу... — фыркает Витя, поднимая ладони в знак того, что он сдается.

Он правда уходит, Матвей закрывает за ним дверь, а я бессильно опускаю руки вниз, чувствуя, что сил просто не осталось...

— Мне очень жаль, что так вышло, — говорит Матвей каким-то даже немного виноватым тоном, хотя его вины в произошедшем явно нет.

— Ничего... это ты прости меня, — качаю я головой, все еще испытывая стыд за своего беспардонного, наглого мужа. — Я не знаю, почему на ресепшене ему вообще сказали, в каком я домике. Он, наверное, сказал, что он мой муж... у нас и фамилии одинаковые. А о том, что здесь ты, никаких официальных пометок в программе бронирования и регистрации, видимо, не было...

— Да уж, неправильно это все, — соглашается мужчина и сразу же предлагает: — Если хочешь, позвоним и пожалуемся!

— Завтра можно, — говорю я. — Сейчас у меня уже нет сил на разборки...

— Понимаю, — Матвей кивает.

— Спасибо, что поддержал меня. И что был рядом. Боюсь, одна бы я не справилась, сдалась и просто пустила его переночевать...

— Неправда. Ты отлично держалась. Я горжусь тобой.

Я поднимаю на него глаза и, не сдержавшись, целую в губы, продолжая то, что нам так грубо прервали.

Матвей отвечает с готовностью, обнимая меня, скользя руками по моим бокам и спине, а потом тянет меня в сторону спальни...

В моей голове снова появляется мысль, что все это неправильно, непорядочно, так нельзя...

Но кто мне запретит?!

Муж-изменник?!

Он и сюда-то, как я поняла, притащился со своей любовницей...

Так что нет. Запретить себе могу только я сама.

А я не хочу себе запрещать. Потому что хочу этого мужчину.

И пускай даже через несколько дней мы расстанемся раз и навсегда, я запомню это как красивый курортный — ха-ха, скорее сибирский! — роман.

28 глава. ВИКТОР

— Как вас зовут?! — спрашиваю я у своей новой знакомой с роскошными блондинистыми локонами.

Она подсела ко мне, потому что больше не было мест, но теперь мы, вроде как, не просто рядом, мы — вместе, и она даже согласилась отправиться со мной на Байкал.

— Марина, — улыбается она и протягивает мне ладонь.

Я пожимаю тонкие нежные пальцы:

— Приятно познакомиться, Марина. А я — Виктор. Может быть, перейдем на ты?!

— Ну... если вам... тебе будет удобно, — пожимает плечами Марина. — Ты все-таки значительно старше меня.

— Возраст — это просто цифра в паспорте, — фыркаю я. — На самом деле, душой я моложе многих двадцатилетних! Веришь?!

— Не знаю даже, — улыбается девушка.

— Ты учишься или работаешь?!

— Учусь. Будущий проектный менеджер. Мне двадцать один.

— А мне сорок пять, и я — профессор географии и ректор университета в Сочи...

— В Сочи?! — изумляется моя спутница. — Как же тебя занесло в такую даль, в Сибирь, да еще и зимой?!

— Байкал! Ну и научная эко-конференция.

— Ого! Здорово...

— А ты, значит, местная?! — спрашиваю я, пока мы с ней потягиваем наши напитки.

— Да, почти... родилась в Большой Речке, это поселок недалеко от Байкала. Когда мне было шесть, родители переехали в город. В первый класс уже в Иркутске пошла, а вот в сад ходила поселковый... боже, зачем я тебе все это рассказываю?! — удивляется она сама себе, от смущения пряча лицо за длинными локонами.

— Да нет, мне интересно.

— Неужели?!

— Правда.

— Разве ты решил познакомиться со мной не для того, чтобы просто переспать?!

— А разве ты согласилась не потому, что тебя это устраивает?! — фыркаю я в ответ.

Марина улыбается:

— Поймал. На самом деле, все парни моего возраста — скучные нищеброды, которые ни на что не способны в постели. Так что мне нравятся мужчины постарше... Вот только пока моему самому взрослому любовнику было тридцать семь, так что... если у нас все сложится, ты побьешь рекорд.

— Очень на это рассчитываю.

Мы мило болтает о том и о сем, а потом отправляемся на Байкал.

Прибываем в Листвянку уже поздним вечером, в кромешной темноте.

Отправляемся заселяться — но оказывается, что свободных домиков нет.

Марина звонит кому-то: оказывается, что у нее здесь сейчас друзья. Они готовы пустить ее ночевать, а вот меня — нет.

И тогда я вспоминаю, что где-то здесь, вообще-то, должна быть сейчас моя жена.

Марине я, конечно, об этом ничего не говорю, но когда она заселяется к своим друзьям,