Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Дмитриевна Гончарова

Я послушно ждала. Минуты казались мне сутками, и я то и дело бросала встревоженные взгляды на Рамиреса. Но вампир стоял совершенно спокойно. И Даниэль был рядом со мной. Никто не собирался хватать его и тащить на плаху. Это немного успокаивало. Наконец в трубке раздался женский голос.

Тягучий, низкий, немного хрипловатый. Такими голосами только секс по телефону практиковать. Сучка!

– Я слушаю?

Я собралась с мыслями и остатками спокойствия.

– Вы – Елизавета? Княгиня Елизавета?

– Да. А кто вы?

Звучало это так презрительно. А кто ты тут такая, что осмелилась звонить МНЕ?! Но ради друга я позвонила бы и Гитлеру, не то что какой-то там вампирше.

– Меня зовут Юлия. Я – фамилиар.

– Вот как? И чья же ты фамилиар, Юлия?

– Мечислава. Вам знакомо это имя?

Я решила пока быть вежливой. Я же обещала маме не материть пожилых людей! Тем более пожилых вампиров. Наверняка эта Елизавета могла бы получать пенсию по старости. И еще несколько – за участие в Ледовом побоище, как свидетель крещения Руси, как любовница Ивана Сусанина. Так, хватит, это меня уже занесло!

– Это имя мне знакомо. Так он еще жив? Сколько поединков состоялось?

– Три, – с огромным удовольствием сообщила я. – Мне стоило бы сказать Князя Мечислава. Признанного Советом Князя.

Я оглянулась на Рамиреса, но вампир только чуть кивнул. Да, именно так, Признанного Советом Князя.

– Неужели? – теперь в голосе было явное удивление. – Никогда бы не подумала, что он так силен. Так бедный Андре умер?

– Именно, – подтвердила я.

– А тебя это не очень расстроило, девочка?

– А должно было расстроить? – удивилась я. Елизавета тихо рассмеялась. Меня передернуло.

Смех того же Мечислава меня возбуждал, Андре – раздражал, сейчас мне казалось, что мне за шиворот гвоздей насыпали.

– Не думаю. Ты позвонила, чтобы первой сообщить мне эти новости? Или твой Князь приказал тебе?

– Нет, – отозвалась я. Наступал самый серьезный момент во всем разговоре. – Я звоню вам, чтобы исправить недоразумение. Просто ужасное недоразумение!

– А какое я имею отношение к вашему, – она просто выделила это слово жирным шрифтом, – недоразумению?

– Мне сказали, что вы приказали казнить Даниэля.

– Да.

– Но почему? Я не понимаю!

– А что тут непонятного? Я послала его к Андре не затем, чтобы он работал на его врага. А он ведь работал, иначе ты не просила бы за него!

Я замотала головой.

– Все не так! Даниэль спас мне жизнь! Высшие Силы, неужели вы не понимаете?! Он – художник! Гениальный художник! Нужно всего три секунды, чтобы убить его, но сколько времени потребуется природе, чтобы создать подобного гения?!

– Ты так горячо его защищаешь, – в голосе прорезались шипящие нотки. – Он уже рисовал тебя?

– Рисовал, – согласилась я. – Я бы не говорила, если бы не видела его картин!

– И все же он должен умереть!

– Но почему?! Гении и таланты не должны стоять рядом с политикой! Даниэль делал то, что было необходимо! Он старался выжить!

Елизавета рассмеялась.

– Скажи, ты можешь переключить телефон на громкую связь?

Я посмотрела на оборотня. Эта модель была мне незнакома. Валентин ткнул пальцем в какую-то кнопку.

– Говорите.

– Я могу поговорить с Рамиресом? – голос вампирши, звонкий и четкий, разнесся по помещению.

– Слушаю, – отозвался Рамирес, приближаясь ко мне.

Елизавета опять засмеялась.

– Рамирес, моя просьба насчет казни остается в силе, – громко и отчетливо произнесла она. – Но мне захотелось поиграть. Меня слышат все вампиры города?

– Да, Елизавета. Все.

– Отлично! Пусть каждый попросит меня не казнить Даниэля! Если все вампиры в этом зале будут согласны подарить ему жизнь, он останется жить! Если же нет, то нет! Вы согласны со мной?

– Это ваша игра и ваша воля, – отозвался Рамирес.

– Именно! Мой друг, вы окажете мне эту маленькую услугу?!

– Разумеется! Юленька, передайте мне трубку.

Итак, я первый прошу помиловать Даниэля.

Я наградила Рамиреса благодарным взглядом. Он поклонился мне и передал трубку Вадиму.

– Я тоже прошу помиловать Даниэля, – четко произнес вампир.

Телефон пошел по залу из рук в руки. Я сжала ладонь Даниэля. Высшие Силы, как я люблю его! Зачем мы ссорились?! Как я могла быть так глупа?! Теряла драгоценные минуты счастья! Больше я не потеряю ни секунды!

– Поедем потом ко мне? – шепнула я.

Даниэль наклонился и коснулся моих губ. Даже не поцелуй, просто прикосновение.

– Поедем. Обязательно.

– Прошу помиловать Даниэля.

– Прошу помиловать Даниэля…

– Казнить его! Казнить!

Я дернулась от истерического выкрика. Повернула голову на голос и увидела – Катьку! Моя подруга сжимала телефон, как кинжал. Голубые глаза горели злобным огнем. Она встретила мой взгляд и еще раз, громко и отчетливо, произнесла:

– Казнить Даниэля!

– Катя! – вскрикнула я. – Нет!

Но было поздно. Из трубки раздался смех победительницы.

– Казнить! Глас народа – глас божий, не так ли?

Даже для вампиров!

– Подожди!

Я шагнула вперед, собираясь схватить трубку, но Елизавета отключилась. Я вырвала телефон из Катькиных рук и поспешно набрала номер. Сперва никто мне не отвечал. Потом в трубке раздался мужской голос.

– Слушаю вас?

– Я хочу поговорить с Елизаветой! Наш разговор прервали!

– Наш разговор не прервали, – вампирша взяла трубку. – Я выразилась вполне ясно. Казнить.

Я сжала руки.

– Елизавета, так нельзя!

– Почему нельзя? Потому что вы трахаетесь? И тут меня осенило.

– Так ты это из ревности?! Конечно же! Даниэль видел тебя такой, какая ты есть! И не смог полюбить тебя! Ты превратила его в вампира, но не смогла заставить полюбить тебя! И не заставишь! Тебя нельзя любить! Потому что для тебя любовь – это не чувство, а препарат на предметном стекле!

– Вот и проверим, так ли крепко твое чувство, – отозвалась вампирша после короткой паузы.

Я закусила губы.

– Елизавета. Ты меня еще не знаешь, но я слов на ветер не бросаю. Богом клянусь – если ты не отменишь приказ, я доберусь до тебя! Я перерву тебе глотку и буду пить твою кровь!

– Ты угрожаешь мне от имени своего господина?

– Нет! – перебил меня Вадим. – Она угрожает тебе как самая опасная женщина из всех, кого я знал.

– Пусть угрожает, – отозвалась на его слова вампирша. – Если мы встретимся, девочка, я оторву тебе голову. И мы еще посмотрим, кто выпьет чью кровь!

– Елизавета, – начала я. – Не стоит…

– Стоит, – оборвала она меня. – Я сказала – казнить! Я не меняю своих решений! И не звони больше!

В трубке опять запищали гудки. Я отдала ее оборотню и повернулась к Катьке.

– Кто тебя тянул за язык, тварь?! Катька смотрела на меня с вызовом.

– Если я лишилась любимого человека, кто сказал, что ты останешься с тем,