Служанка ректора Академии военных драконов - Юлия Удалова

Полуобнаженная перед всеми ними!

Как будто он оголил не только мое тело, но и душу…

За что?

За что…

Горячие слезы катятся по моим щекам, смешиваясь с холодными каплями дождя.

– За что вы так со мной? Не понимаю, правда не понимаю… Это из-за клуба, да? Вам не нравится, что мы привлекаем к вам нежелательное внимание? Я больше не буду его вести, клянусь! Я закрою ОЛУХ!

Снова ухмылки из-под зонтов. Эти презрительные высокомерные ухмылки.

– Дело не в клубе, и ты прекрасно это знаешь, Тесса Кук.

Он выпрямляется и убирает ботинок с моих волос.

Словно ему даже вытирать об них подошву противно.

Голос Лейтона звучит все так же спокойно, но в прозрачных глазах отражается яркая, чистая, ничем не прикрытая ненависть.

Встав перед ним на колени, я преданно заглядываю в эти холодные жестокие глаза, которыми грезила дни и ночи напролет.

– Скажите, в чем я провинилась, умоляю вас! Что сделала не так?

– Что сделала не так? – тихим, обманчиво спокойным голосом переспрашивает ректор, но от этого голоса меня кидает в дрожь. – Что ж, я скажу, что ты сделала не так, Тесса Кук…

ГЛАВА 2

Пауза.

Сжимаю оледеневшие ладони.

Как же холодно.

Какой же злой, осенний, мокрый, моросящий дождь!

Ледяные капли стекают по моим грязным волосам, по дрожащей голой спине, по плечам и груди, которую безуспешно пытаюсь прикрыть полупрозрачной тряпкой, в которую превратилась несчастная блузка.

Вот сейчас мне скажут, что это ошибка и отпустят.

Не может же быть по-другому, правда?

– Ты подмешала Кристалине в чай зелье бесплодия. Вот, что ты сделала не так, Тесса Кук. Ты ведь и сама об этом знаешь, верно?

Слова ректора бьют меня, как хлыстом.

А по толпе проносится шокированный вздох, и все курсанты начинают говорить разом.

Низкосортная подняла руку на высококровную?

Такое…? Такое сотворила!

Да как эта мусорная девка посмела?!

– Что? – с ужасом вскрикиваю, не веря своим ушам. – Я бы никогда, никогда в жизни не совершила подобное… Навредить вашей невесте? Нет, нет, я бы просто не смогла, не посмела…

Курсантка старших ступеней Кристалина Вадэмон – невеста Лейтона, самая красивая и одаренная дракайна АВД, сапфировая кровь, высочайший уровень магии, ни одного штрафного креста за всю учебу.

Все знают, что роды Уинфордов и Вадэмон договорились об этой свадьбе много лет назад, когда Лейтон и Кристалина были еще детьми.

Драконы очень трепетно относятся к чистоте своей крови, чтобы, не дай Дракодева, не получился такой вот мутант с желтой кровью, как я.

Ведь Желтуха – еще одно из моих многочисленных прозвищ…

Кристалина всегда вызывала во мне наивное восхищение – высокая статная девушка с платиновыми локонами, перевязанными на затылке синим бантом под цвет формы, и ярко-синими глазами в обрамлении пушистых светлых ресниц.

Сама талантливая и одаренная, самая-самая Кристалина Вадэмон.

А как она играла на фортепьяно гимн АВД!

Лейтон любил ее слушать.

Все заслушивались и поражались ее мастерству игры на клавишах.

Я с самого начала знала, что Криста – невеста Лейтона, которая по окончании академии станет его женой, но не испытывала к синеокой красавице ни капли зависти.

Завидовать Кристалине – это было бы, как пытаться дотянуться рукой до солнца.

Лишь только в самых своих смелых мечтах я робко представляла себя на ее месте. Изливая душу дневнику, грезила о том, какое же это счастье – когда ты такая красивая, богатая и знаменитая дракайна, и тебе принадлежит сам Лейтон Уинфорд?

Когда живешь не в жалком приюте, а в богатом особняке. Не знаешь, что такое холод, голод, боль, мрак, забытье…

Кристалине Вадэмон это все было неведомо, в отличии от меня.

Но куда уж там?

Я все понимала.

Глупые мечты были просто мечтами.

А в реальности я просто любовалась на эту пару – темноволосого красавца ректора и платиновую блондинку Кристу. Они действительно сногсшибательно смотрелись вместе.

Другие девочки из нашего ОЛУХА ее ненавидели. Но не я – я наоборот старалась услужить великолепной королеве академии.

Официально курсантам было запрещено иметь слуг, так как считалось, что это подрывает дисциплину АВД, поэтому я очень гордилась тем, что Криста иногда дает мне поручения.

Например, отнести ее белье в прачечную башню или сбегать на перемене ей за огнекофе или за учебником, который она забыла в своих покоях.

Я и подругам ее угождала, которые были такими же прекрасными, как Кристалина, дракайны из высших аристократических семей с сапфировой или янтарной кровью.

А что такого?

Ведь они действительно были этого достойны.

В отличие от меня.

– Неужели не позорно быть на побегушках у Кристы и ее подружек? – спрашивали меня девочки из ОЛУХА. – Ты бегаешь за ними, как собачонка, Тесса!

Но они не понимали. Приближаясь к Кристалине, я приближалась к Лейтону. И это было для меня священно.

Один раз, когда мыла полы под кроватью в ее спальне, я нашла его зажим для галстука.

Личная вещь ректора!

И не какая-нибудь там пуговица или платок, а предмет его формы!

О, какие же эмоции нахлынули на меня в этот момент!

Я, как дура, долго потом сидела на полу, сжимая в руках этот маленький холодный прямоугольник, прикасалась к нему губами, прижимала к сердцу.

Конечно, я понимала, что Лейтон посещает Кристалину… Но старалась не думать, чем они занимаются на той самой кровати.

Мне о таком и не мечтать.

Хотя я, конечно, мечтала…

Как же мне хотелось утащить этот зажим и сделать его реликвией ОЛУХА!

Но я не воровка – поэтому, домыв полы, осторожно положила зажим на прикроватный столик.

И вот сейчас ректор на глазах у всей академии обвинял меня не в воровстве, а в куда более серьезном преступлении!

О, Дракодева, если Кристалина стала бесплодной и не сможет родить Лейтону наследников с драгоценной кровью, то это будет катастрофой и огромной трагедией!

Это очень, очень серьезно.

Жуткое преступление.

Теперь понятно, почему мой любимый ректор так зол!

Он имеет на это полное право.

– Нет, нет, я бы не смогла, я бы не посмела… Ошибка, точно какая-то ошибка. Я, наоборот, желаю вам с Кристой много-много детишек, красивых замечательных драконов и дракайн… Где сейчас Криста? С ней все хорошо? Как ее здоровье?

Дождь расходится все сильнее, его ледяные струи жалят мою обнаженную кожу, точно мелкие, но очень острые иголки.

Как