Ночная мелодия - Татьяна Рябинина

Староват для парня. Мужик? Ну как-то грубо. Да какая разница? Попутчик и есть попутчик. Почему бы не поболтать, чтобы убить время? Классика жанра. Вышли из поезда и забыли друг о друге.

— Да нет, вполне профи. Если можно так называть. Выступаем, на гастроли ездим, зарплату получаем. Небольшую. Некоторые по возможности еще где-то работают. У нас такой жанр… не слишком кассовый. Но кому-то нравится.

— А что вы поете?

— Да много чего. Романсы, народное, церковное, авторское. Классику. Наверно, легче сказать, что не поем. То, что в тренде.

— Ну… — попутчик пожал плечами. — Лучше быть первым на деревне, чем вторым в городе.

— Это да, — согласилась Маська. — В своей нише мы вполне так первый парень на деревне. Ну, может, и не самый первый, то где-то около того. Нас даже как-то наняли индийский фильм запевать. Про индийца в России. Аж четыре песни для саундтрека.

Она начала рассказывать про их первые зарубежные гастроли в Пакистан и про принца-режиссера. И что-то вдруг произошло. Ее затягивало в этот разговор, как в водоворот, и нисколько не хотелось сопротивляться. Все то, что варилось и кипело под крышкой не один год, хлынуло потоком. Она смотрела на свое отражение в окне и говорила, говорила…

Сначала только о хоре, потом о себе — где училась, где работала. Потом…

Потом пошло то, о чем никогда не стала бы болтать даже с лучшим подругами — Аней и Машей. Рассказывала не ему, попутчику, а себе. По сути, Маська проговаривала вслух то, что раньше никак не могла сформулировать, а он просто находился рядом. Как маяк, указывающий направление. Иногда вставлял реплики, задавал вопросы. Идеальный слушатель, которому, скорее всего, глубоко по барабану то, что слышит, но он этого не показывает. Между делом они даже познакомились. Точнее, Маська сказала, как ее зовут, собеседник тоже, но в этот момент навстречу с ревом промчался товарняк, и она не расслышала. Переспрашивать не стала — не все ли равно? Так, без имени, даже лучше.

— Я не знаю, в чем дело, — уткнувшись лбом в холодное стекло, Маська с удивлением обнаружила, что уже рассвело. В водоворот засосало не только ее, но и несколько ночных часов. — Может, в том, что я слишком долго ждала. Или в том, что он обратил внимание на меня только тогда, когда мною заинтересовался кто-то другой, неважно, по какой причине. И вроде все у нас хорошо, а мне… не по себе.

— Ну, тут я не советчик, — покачал головой попутчик. — Но если вам это не дает покоя, действительно стоит задуматься.

— А я и не просила советов, — отрезала она и тут же спохватилась: — Простите, это вышло грубо. И вообще, простите, что вывалила все на вас.

— Не стоит извиняться. Наверно, я даже должен вам сказать спасибо.

— За что? — удивилась Маська.

— Выдернули из состояния острой мизантропии. Со мной такое бывает.

— Ну… тогда ладно.

— Смотрите, уже Тосно, скоро приедем. Пора собираться. Ну… всего вам доброго, Иветта.

— И вам, — машинально ответила она, глядя на защелкнувшуюся дверь соседнего купе.

— Маська, ты с ума сошла? — в коридор, зевая, выглянул растрепанный Володька. — Так и не спала? Какого хобота у окна торчишь? Будешь потом таблетки опять жрать. Тебе пока запасное горло еще не подвезли. Где это мы?

— Тосно проехали. Не ворчи, — поцеловав его, Маська вошла в купе, села на полку.

Господи, что это такое было-то?

________________________________

*музыкальный термин, обозначающий в партитуре оркестра или хора разделение одной партии на две

Глава 1

Иветта

Двумя месяцами раньше

— Мась, ты замуж за меня выйдешь?

Наверно, когда ей сделал предложение Принц, вид у нее был не менее глупый. Хотя то предложение оказалось совсем другого рода. Как сказала Ирочка, то, от чего невозможно отказаться. От этого — тоже. Или возможно? Она вообще этого хочет — замуж? Вот за этого конкретного Володьку, который три года промурыжил ее во френдзоне, даже не догадываясь об этом факте? И дальше бы держал, если б не Принц, оказавшийся кинорежиссером, обалдевшим от их пения.

— Мась, у тебя что, от радости в зобу дыханье сперло?

— Иди ты в задницу! — разозлилась она почему-то.

— Нормально, — хмыкнул Володька, со звоном бросив на стол ложку. — Это что, твой ответ?

— Нет, — вспыхнула Маська. — То есть да. То есть… выйду.

— Ну слава тебе яйца. Так, давай, мне уже бежать пора. Вечером могу опоздать, начинайте без меня.

— Володь, ну что за дела? Почему мы должны тебя ждать? У нас время по графику, как будто не знаешь.

— Потому что это семеро одного не ждут, а вас всего пятеро. И потому что я еще немножко работаю. Мой клиент — вип-персона, которая хорошо платит, и у него тоже график.

Володька, хорошо востребованный пиарщик, был единственным из них, кто, помимо выступлений, реально работал, а не подрабатывал. Андрей писал программные коды, Алла — статьи на фрилансе, и оба пели по возможности в церковном хоре. Сергей, в прошлом летчик-испытатель, получал неплохую военную пенсию, Ирочку содержал муж-бизнесмен. Самой Маське из музыкальной школы пришлось уйти, рваный график гастролей не удалось совмещать с учебной сеткой.

— Поработай лучше с Иркой и с Серегой, они тупят по-черному.

— А давай я сама разберусь? Ты, между прочим, тоже тупишь во «Вьюне».

Чего Маська категорически не любила, так это когда ей давали подобные советы. Кто где тупил и лажал — а без этого не бывает, — она сама прекрасно слышала и знала, над чем надо работать.

— Океюшки, — пожал плечами Володька. — Ученого учить — только портить. Все, люблю-целую.

Дверь за ним захлопнулась, Маська встала и на автопилоте начала собирать со стола тарелки. Встречались они три месяца, вместе жить не планировали, оставались ночевать то у нее, то у него. К счастью, сегодня ей не надо было подрываться с утра и ехать домой. До вечерней репетиции вполне хватало времени, чтобы хоть частично вернуть голову на место.

Вот только найти бы сначала, куда она сбежала.

Мытье посуды тоже шло на автомате, а Маська думала о том, что не так представляла себе этот момент. Да ладно, вообще все, что было связано с Володькой, шло не так, как ей хотелось бы. С самой первой минуты, когда его увидела. Все три с лишним года.

Вспомнилось, как готовила для Володьки папку с нотами. Он тогда пришел на прослушивание в университетский хор якобы выпускников, где Маська пела уже несколько месяцев. На нее повесили обязанности нотного библиотекаря, поэтому она задержалась, чтобы собрать