Сойтись с герцогом - Белла Джеймс

— Кстати, — говорит Шарлотта, заправляя светлую прядь за ухо. — Драконы.

Она может быть крошечной, блондинистой и производить впечатление рассеянной пустоголовки, но на самом деле она — терьер на каблуках. Она знает всех в индустрии и чует тренды за много километров. И нет, я понятия не имею, почему она вообще меня подписала.

— Что?

— Драконы. — Она кивает. — Я думала о твоей рукописи и считаю, что именно этого ей не хватает.

— Ты хочешь, чтобы я добавила драконов в роман эпохи Джейн Остин?

Она морщит нос.

— Возможно, слегка переписать. Меньше историчности, больше романтического фэнтези. Сейчас это разлетается как горячие пирожки. — Она указывает на три огромных постера на стене. — Понимаешь, о чем я?

Я потираю подбородок.

— Ты же говорила, что гострайтинг для Аннабель — отличный способ засветиться перед Марсией, что ты с ней поговоришь, и мне почти гарантирован контракт на мой…

Она снова кивает, но не слишком убедительно. — Ну ты же знаешь, как сейчас. Везде затягивают пояса. Вот я и подумала, может, ты немного переработаешь, добавишь…

— Драконов.

— Именно. — Она сияет.

В другом конце зала хлопает пробка шампанского, и я допиваю бокал, заранее готовясь. Я знаю о драконах ровно ничего, и сейчас сделка мечты кажется такой же далекой, как всегда.

— Я знала, что ты поддержишь, — щебечет Шарлотта. — Это может быть настоящим шагом в правильном направлении.

Я молчу. А что тут скажешь? Я в Нью-Йорке, на презентации книги, за которой наблюдаю со стороны. Для наемного писателя это почти единорог — обслуживание высшего класса.

Стайка издательских облепляет Аннабель воздушными поцелуями, и она подмигивает мне через чье-то плечо. Она принимает свежий бокал шампанского от высокого темноволосого бармена, возникшего рядом, смеется над чем-то, что он говорит, потому что она такая и есть. Добрая. Это меня удивило, когда я взялась за работу. Я ожидала, что такая гламурная и богатая женщина будет стервой, но… нет. В книге есть целая глава о моменте, когда она посмотрела в зеркало и поняла, что ей не нравится, кем она становится. Потом были полгода в ретрите в Таиланде и теперь? Она действительно искренне добрый человек. А это редкость.

Шарлотта похлопывает меня по руке, будто лошадь.

— Ты талантливая писательница, Эди, — говорит она. — В итоге все сложится. А теперь мне пора поздравить Аннабель, потом — люблю и оставляю. Через полчаса у меня ужин с редактором, которого я надеюсь очаровать.

Она целует меня в щеку и исчезает в облаке дорогих духов, направляясь к сцене. Теперь, когда я остаюсь одна на этой стороне зала, неловкость только усиливается. Пиарщица замечает меня и направляется в мою сторону, явно чтобы проверить, не напьюсь ли я, не нарушу ли соглашение о неразглашении и не расскажу ли всем, что книгу написала я.

— Извините, я на минуту, — говорю я, когда она надвигается с грозным лицом. — Мне нужно в туалет.

Я протискиваюсь через середину очереди, уворачиваясь от нетерпеливых читателей с новенькими твердыми обложками, из которых торчат ярко-желтые стикеры. На каждом — имя, чтобы Аннабель не мучилась с написанием. На следующей неделе здесь будет битком — читатели, жаждущие третью книгу трилогии, о которой говорила Шарлотта. Такое ощущение, будто я на какой-то параллельной ветке, где я почти там, где хочу быть, но все-таки нет.

Напиши эту книгу и издатель будет готов.

Напиши еще одну и добавь драконов и им станет интересно.

Я провожу руками по волосам, глядя в зеркало. Длинные рыжие волны… может, я и правда сойду за автора романтического фэнтези?

Я вздрагиваю, когда из кабинки, которую считала пустой, выходит девушка с розово-зелеными волосами. Она отодвигает бейдж Barnes and Noble и наклоняется к раковине.

— Я читала ранний экземпляр книги, — говорит она, смывая мыло. — Обычно я не по мемуарам, но это было правда хорошо. Представляешь? Красивая, талантливая и еще и пишет потрясающе. Некоторым просто везет, да?

— Ага, — выдавливаю я с улыбкой.

— Приятно было поболтать, — говорит она, бросая бумажное полотенце в контейнер для переработки. — Приятного чтения.

Дверь захлопывается. Я глубоко вдыхаю, переворачиваю голову вниз, встряхивая волосы, и снова наношу красную помаду. как щит, прежде чем выйти обратно. Телефон вибрирует в сумке. Я достаю его и, с ее обычным безупречным чувством момента, это сообщение от Анны, хозяйки моей квартиры и соседки.

Привет, милая, извини, что отвлекаю от большого книжного запуска, но платеж за аренду не пришел

Если бы я не знала лучше, решила бы, что она подгадала это по минутам. Я открываю банковское приложение и правда, платеж не прошел, а счета загнали меня в мой многострадальный овердрафт. Шарлотта уверяла, что финальный платеж за книгу поступит сегодня, в крайнем случае.

Я разбираюсь.

С этими словами я засовываю телефон обратно в сумку, чувствуя себя еще более сдутой, чем раньше. Анна из тех друзей, кто портит тебе праздник, а через полчаса между делом сообщает, что ты могла бы одолжить у нее зонт, если бы только попросила. В последнее время она на взводе, так что уколы стали еще острее.

Я замечаю Шарлотту, как только выхожу в зал. Она машет мне рукой и направляется ко мне, на секунду задерживаясь, чтобы обменяться любезностями с симпатичным барменом. В каждой руке у него по бокалу шампанского.

— Люблю и оставляю, — говорит она, подлетая ко мне со своей обычной бешеной скоростью. — Марсия за тобой присмотрит. Аннабель еще долго будет подписывать книги, так что времени выпить и перекусить предостаточно. — Она чмокает воздух где-то в районе моего лица. — Наслаждайся ночью в Нью-Йорке. И помни — драконы!

Я не успеваю и рта раскрыть, как она уже умчалась, словно маленькая ракета, в сторону лифта. Я направляюсь к бармену и одарив его обворожительной улыбкой, забираю у него оба бокала.

— Спасибо большое.

— С удовольствием, — отвечает он, и наши взгляды встречаются. Черт возьми. Широкие плечи под безупречно белой рубашкой, четкая линия челюсти, подчеркнутая трехдневной щетиной.

— Вообще-то… — я делаю глоток. — У вас есть еще?

— Я только что открыл бутылку. — Он кивает на бар из темного лакированного дерева, где в ведерках со льдом стоят несколько бутылок шампанского. Это самая шикарная презентация книги в моей жизни. Обычно бывает дешевое белое вино в бумажных стаканчиках и, в лучшем случае, миска с тортилья-чипсами.

— Отлично. — Я смотрю на него и слегка приподнимаю оба бокала. Мне бы поднос. Хотя на самом деле мне нужна целая чертова бутылка, но это,