Месть. Любвеобильный дачник - Яна Клюква

— Как он мог? — всхлипнув, спрашиваю я.

— Да кто ж их разберёт, — вздыхает Раиса и присаживается напротив, наполнив мой бокал. — Ты пойми, в измене не ты виновата. Ну вот то, что он гуляет, это не потому, что ты что-то неправильно сделала. Это потому, что он такой. Вспомни моего кобеля. Тоже постоянно таскал домой баб. И это при том, что я всегда зарабатывала, как минимум, раза в три больше, чем он. Не остановило его это. А ведь он знал, что если попадётся, я его вышвырну из дома и из жизни. Вышвырну и больше никогда не пущу. И ты думаешь, это его остановило? Нет, конечно! Гулял и радовался, пока я его с поличным не поймала. А мне ведь многие тогда и намекали, и прямо говорили, что он мне неверен. Ты думаешь, я хоть к кому-то прислушалась? Нет. Знаешь, почему? Потому что я доверяла своему мужу и считала, что все вокруг завидуют нашим отношениям.

— Ну да, конечно, — киваю а я, беру бокал и залпом его осушаю. В груди разливается тепло, и мне как будто даже становится легче дышать.

— Вот молодец, — с улыбкой произносит Райя, забирает пустой бокал и ставит его в раковину. — А теперь рассказывай, подруга, что делать будем?

— В смысле? — уточняю я, растерянно взглянув на подругу. — Что делать?.. А… Ты об этом… Разводиться… Боже, разводиться! Как я это детям объясню? Позор-то какой на старости лет.

— Да успокойся ты, — хмурится Райя. — Нашла позор. Это ведь не ты с молодым кобельком скачешь на семейном ложе. Это твой Сашенька там развлекается.

— Рай, да какая разница, кто и с кем развлекается? Обвинят ведь во всём меня.

— Да с чего ты взяла? — всдёргивает она брови. — Думаешь, никто не знает, какой твой Сашка на самом деле?

— О чём это ты говоришь? — замираю я.

— Ой, да ладно, не придуряйся, — машет она рукой. — Неужели никто из родственников или подруг не говорил тебе, что он всем подряд глазки строит?

— Да не было такого никогда! — резко вскакиваю я из-за стола. — Что ты несёшь? Я не понимаю, зачем ты это делаешь? Тебе как будто нравится то, что сейчас происходит.

— О, уж поверь, мне это не нравится, — качает она головой. — Сядь и успокойся, Настя. Я уже несколько раз сказала, что зла тебе не желаю. Я хочу помочь.

— И в чём заключается твоя помощь? — вздёргиваю я подбородок. — Ты серьёзно думаешь, что мне стало легче от того, что ты вот таким образом открыла мне глаза на происходящее?

— А ты бы хотела и дальше ничего не знать? — кричит она и резко поднимается, замирая напротив меня. — Нравится, когда тебя обманывают?

— Нет, — ошарашенно шепчу я. — Не нравится.

— Ну так спасибо скажи, что я не стала молчать и помогла тебе увидеть правду. А теперь сядь. Сядь и послушай меня. Мы должны отомстить твоему Саше. Он должен поплатиться за то, что сделал.

— Каким образом? — обречённо спрашиваю я. — Что я могу сделать ему? Как только он узнает, что я в курсе его измен, он просто подаст на развод.

— Ну да, конечно, подаст, и станет делить совместно нажитое имущество и деньги, которые лежат на его счетах.

— Счета у нас общие, — бормочу я, опустив взгляд.

— Конечно, общие, — с ехидством тянет Райя. — И он, наверное, с них спонсирует свою эту молодую стрекозу.

— Хочешь сказать, он скрывает от меня часть своих доходов?

— Да я в этом уверена, — смеётся Райя.

— Возможно, и так, — киваю я, ненадолго задумавшись. — И что мне теперь делать?

— А ничего пока не делай, — постучав пальцем по подбородку, отвечает она. — Точнее, делай вид, что ты не в курсе его секретов. Когда он должен вернуться из своей командировки?

— В конце недели, — отвечаю я и зажмуриваюсь. Слёзы тут же сбегают по щекам вниз.

— Так, только вот плакать не надо, — тут же командует Раиса, встаёт и даёт мне рулон бумажных полотенец. — Давай, успокаивайся. Когда он приедет, делай вид, что всё в порядке, что всё у вас хорошо. Мир, дружба, жвачка и всё в этом духе. А я тем временем по своим каналам попытаюсь выяснить, как мы сможем ему отомстить.

— Слушай, а это действительно необходимо? — спрашиваю я. — Может быть, просто развестись с ним и дело с концом?

— Ага, конечно, — фыркает подруга. — Нет уж. Мы сделаем так, чтобы все увидели, на что способна обманутая женщина.

Спустя пару часов я возвращаюсь домой, в пустую квартиру. Вхожу в гостиную, падаю на диван и прикрываю глаза.

Как пластырь оторвать… Ну да, конечно. Если резко оторвать пластырь, боль длится всего секунду. Так какого чёрта мне всё ещё больно? Почему я до сих пор ощущаю себя так, как будто у меня сердце вырвали и растоптали прямо на моих глазах?

Рая права… Я не могу это так оставить!

Саша возвращается домой в конце недели. Влетает в квартиру, громко хлопая дверью, и сбрасывает с плеча спортивную сумку, с которой всегда уезжает в командировки.

— Настюха, я дома! — радостно кричит он.

Я выхожу из кухни, сложив руки перед собой, и замираю в дверях, склонив голову набок.

— Ну, привет, — с грустной улыбкой произношу я.

— А ты чего такая? Случилось что? — спрашивает он.

— Нет, ничего не случилось, — качаю я головой. — Соскучилась просто.

— А, ну я тоже, — отвечает он, скидывает ботинки, оставляя их валяться посреди коридора, подходит ко мне, клюёт в щёку и сразу идёт в кухню. — Ты даже не представляешь, как я есть хочу.

— Скоро всё будет готово, — отвечаю я и вхожу следом.

Саша уже устраивается за столом, скинув свою куртку прямо на соседний стул.

— Ты бы хоть руки помыл, — неодобрительно произношу я, стараясь на него не смотреть.

— Вот ты действительно какая-то без настроения, — хмурится он, резко поднимается и топает в ванную.

Я тяжело вздыхаю, беру его куртку и несу её в прихожую, чтобы повесить в шкаф.

Вот всегда он так: бросает всё, швыряет, потому что знает, что я приду, соберу все вещи и уберу на место. Он уже привык к тому, что я позабочусь обо всём, а ему только и нужно, что ходить на работу, а потом возвращаться, радуя меня своим присутствием.

— Как командировка прошла? — интересуюсь я, когда муж возвращается.

— Нормально, — бурчит он, но затем лицо его разглаживается, и на губах появляется мечтательная улыбка. — Ну, на самом деле, отлично. Всё было очень круто, мне понравилось.

— Рада слышать, — киваю я.

— А знаешь, у меня новости. Мне через неделю снова