Искушенный Наследник - Мишель Хёрд

Кристофер хватает меня и прижимает к своей груди. Я задыхаюсь, уткнувшись в его рубашку, тело начинает бить дрожь. Я обхватываю его за талию. Не верится, что Джош меня ударил. Это абсурд.

— Она со мной, — слышу я голос Кристофера, обращенный к Райкеру. — Иди помоги Тристану вышвырнуть Джоша. Проследи, чтобы этот ублюдок покинул «Тринити» сегодня же.

— Понял, — отвечает Райкер, сжимая мое плечо, и через мгновение я слышу, как за ним закрывается дверь.

Кристофер видел меня в разные моменты, но этот... это дно моей жизни. Очередные отношения пошли прахом из-за моей дружбы с ним. Каждый парень, с которым я встречалась, видел в нем угрозу. Как объяснить потенциальным бойфрендам, что твой лучший друг — парень? Никто этого не понимает, и это делает свидания почти невозможными.

— Прости, — шепчет Кристофер, крепче обнимая меня.

Я качаю головой, глубоко вдыхая его землистый аромат, чтобы успокоиться. Слегка отстранившись, я вытираю слезы со щек.

— Ты не виноват, — мой голос дрожит. Я пожимаю плечами, чувствуя, как слезы подступают снова, и замираю на пару секунд, чтобы перетерпеть этот ком. — Это должно было случиться.

Сегодняшний вечер не первый раз, когда Кристофер избивает парня из-за меня. Это превращается в какой-то нездоровый сценарий. Я встречаю приятного парня, а потом он оказывается подонком, от которого Кристоферу приходится меня защищать. С меня хватит. Никакие шансы найти любовь этого не стоят.

Кристофер касается моего лица, его пальцы нежно проводят по щеке.

— Я имел в виду, прости, что не среагировал быстрее.

Я поднимаю взгляд на его карие глаза. Они всё еще темные от ярости, а губы сжаты в жесткую линию. Шок от случившегося снова проходит сквозь меня вибрацией. Не веря в это, я шепчу:

— Джош действительно меня ударил.

Рука Кристофера скользит мне за шею, он наклоняется и целует меня в щеку.

— Он кусок дерьма. Слышишь?

От этого нежного поцелуя я чувствую себя маленькой и беззащитной. Единственное, чего мне хочется — спрятаться в его руках, где я точно буду в безопасности. Кажется, фундамент, на котором строилась моя жизнь, пошатнулся, и он — единственное стабильное, что у меня осталось.

— Сходи в душ, пока я приготовлю кофе, — говорит он. Когда я не двигаюсь, он берет меня за руку и тянет к ванной. — В душ, Дэш. Надень удобную одежду. Тебе станет легче.

— Хорошо, — шепчу я. Незнакомая хрупкость лишает меня уверенности. Боже. Я жалкая. Один удар и я раздавлена.

КРИСТОФЕР

Дэш выглядит так, будто готова сломаться в любой момент. То, что я выбил всё дерьмо из Джоша, ни на йоту не утихомирило мою ярость.

Меньше всего, заходя в блок, я ожидал увидеть, как какой-то подонок бьет мою лучшую подругу так сильно, что она отлетает в сторону. Я до сих пор в шоке. Перед глазами снова и снова всплывает картина: Дэш, скользящая по полу. Это зрелище заставляет меня желать только одного — прижать её к себе и никогда больше не подпускать к ней ни одного гребаного мужика.

В груди полыхает ярость. Не в силах оставить Дэш одну даже ради душа, я тянусь за влажными салфетками. Достав две штуки, я принимаюсь стирать её размазавшийся макияж. С каждым движением проступает её слишком бледная кожа. Если не считать этого чертова красного пятна на щеке.

Мне следовало убить этого ублюдка, а не просто избить до потери сознания. Гнида. Я знал, что с ним что-то не так. Я предупреждал Дэш, но она всегда пытается видеть в людях только хорошее.

Я злюсь на себя за то, что позволил ей встречаться с этим куском дерьма. Нужно было слушать интуицию и защитить подругу. Черт. Она пострадала, потому что я ничего не предпринял.

Когда её лицо очищено, я подвожу её к шкафу. Схватив пару спортивных штанов, я опускаюсь перед ней на корточки. Заставляю её выйти из туфель на каблуках, а затем натягиваю штаны ей на ноги прямо под платье. Это немного возвращает Дэш к жизни; я отступаю и отворачиваюсь, когда она расстегивает молнию на платье. Слышу, как ткань падает на пол, и не свожу глаз со стены.

— Я одета, — шепчет она мгновение спустя. Её голос звучит тихо и хрупко.

Взяв её за руку, я увожу её из комнаты и веду в свою. Направляюсь прямиком к кровати и, откинув одеяло, командую: — Ложись.

Как только Дэш ложится, я укрываю её. Иду к шкафу, быстро скидываю джинсы и свитер и натягиваю спортивные штаны. Забравшись в постель, я притягиваю Дэш ближе, пока её щека не оказывается у меня на груди. Целую её в волосы и спрашиваю:

— Лучше?

— Да, — шепчет она, но тут же подносит руку ко рту, содрогаясь от всхлипа. — Прости. — Её голос звучит натянуто, и это, мать его, разрывает мне сердце.

Повернувшись к ней всем телом, я обнимаю её крепче и снова целую в макушку.

— Прости меня. Я должен был защитить тебя, — выдавливаю я, прежде чем пообещать: — Этого больше никогда не случится.

Дверь в спальню открывается, входит Тристан.

— С ним разобрались, — говорит он.

— Спасибо, — ворчу я в ответ.

Он садится на кровать позади Дэш и, положив руку ей на бок, произносит:

— Ты заслуживаешь лучшего, чем этот кусок дерьма.

Дэш кивает, прижавшись к моей груди, и бормочет:

— Спасибо, Тристан.

Светло-голубые глаза брата встречаются с моими. В них кипит та же ярость, что бурлит и во мне. Мы оба унаследовали вспыльчивость от отца. Просто Тристану труднее её контролировать.

В дверях появляется Райкер.

— Дэш, принести тебе чего-нибудь выпить?

Она отстраняется от меня и садится.

— Воды, пожалуйста.

Взгляд Тристана падает на мою левую руку.

— Принеси лед для Кристофера.

— Сейчас. — Райкер исчезает в коридоре.

Я опускаю взгляд на свои костяшки. Кожа содрана, но со мной всё будет в порядке. Я смыл кровь этого ублюдка перед тем, как зайти к Дэш, не хотел, чтобы она её видела. Дэш берет мою руку и осторожно проводит пальцем по синякам. Когда Райкер возвращается, она забирает у него пакет со льдом и нежно прижимает к моим костяшкам.

Я накрываю её руку своей правой ладонью.

— Попей воды. Со мной всё нормально.

Дэш высвобождает руку и берет бутылку у Райкера.