Артефактор XXL - Майя Грин

Как бывшая спортсменка, я умела собраться и не паниковать в стрессовых ситуациях. Мозг принялся подкидывать варианты: я сошла с ума (но для сумасшедшей размышляю слишком связно — впрочем, все они так считают, Варя). Вариант номер два: это сон. Ущипнула себя за руку — больно. Вариант номер три: я попала в другой мир.

Девчонки из команды в редкое свободное время зачитывались подобными книжками. «Так, где мой дракон или мужественный герцог? Сейчас придёт, всё объяснит и увезёт в свой замок. Ха-ха!»

Нет, не надо нам герцогов. Чур меня! Другой мир ещё ладно, хотя меня и родной устраивал. Завтра я назначила тренировку у моей группы будущих стройняшек.

Дверь открылась, и в комнату вошла сухонькая старушка в длинном летнем платье пыльного цвета. На ногах — туфли без каблуков, седые волосы собраны в пучок на макушке. «А это ещё кто? Может, хозяйка кошечки?»

Старушка не дала ничего спросить. Она с порога запричитала, утирая с морщинистого лица счастливые слёзы:

— Варюшка, деточка, ты очнулась! Счастье-то какое! Вот же обрадуется папенька!!!

Она нажала что-то на стене и строго сказала: «Берта, тера Варвара пришла в себя! Срочно позови тера целителя и тера Дмитрия Егоровича! Да поживее, а то я тебя знаю, копушу».

Старушка подошла к окну, привычным движением раздвинула шторы, приоткрыла окно и поправила игрушки на подоконнике.

«М-да… это не за кошкой. Не могу понять, кто эта женщина и почему она так по-хозяйски ходит в нашей квартире. Ещё и Берта какая-то появилась. Да что происходит?»

Когда в комнату хлынул свет, я увидела на стене фотографию в рамке. Три человека: мужчина, женщина и девочка лет пяти. Они куда-то бежали по лужайке, взявшись за руки. Если назвать этот кадр одним словом, я бы сказала — счастье. У меня была похожая, но не из парка, а с моих первых соревнований.

В коридоре раздались торопливые шаги. «Проходной двор какой-то!» Ситуация мне не нравилась всё больше. Дверь снова открылась, и в комнату вошёл высокий седой мужчина в белом халате. Он остановился возле кровати и с улыбкой посмотрел на меня. «Надеюсь, это не психиатр. Они тоже смотрят и улыбаются. „И вас вылечим!“ Но я бы уже не удивилась».

— Тера Варвара Дмитриевна, голубушка, как Вы нас всех напугали! На всякий случай представлюсь — вдруг Вы забыли, всё-таки такая травма головы. Меня зовут тер Яков Ильич Милевский, целитель высшей категории. Меня вызвал ваш батюшка после того, как вас сбил магомобиль. Как самочувствие?

Я посмотрела на мужчину с сомнением. «Хм… Может, сам псих? Несёт какую-то чушь: „батюшка“, „магомобиль“. И, кстати, с каких пор у нас врачей стали называть целителями? Или это народный целитель, шарлатан, проще говоря? Папа таких на дух не переносит».

С психами лучше соглашаться, хотя бы пока не разобралась в ситуации. Возвращаясь к вопросу… доктора (мне всё же привычнее), я хотела сказать, что болит всё, особенно шишка. Но решила пока только неопределённо пожать плечами. Кто знает, чего от него ожидать.

— Дайте мне зеркало, пожалуйста! — попросила я доктора и зачем-то соврала: — Хочу посмотреть, нет ли синяков после падения.

Ответила женщина. Она всплеснула руками и воскликнула:

— Варюшка, ты же сама приказала убрать все зеркала из комнаты! Сейчас, подожди минутку, деточка!

Так же, нажав что-то на стене, женщина попросила загадочную особу по имени Берта принести зеркало. Через пару минут в комнату заглянула девушка лет двадцати пяти. На ней был передник, делавший её похожей на горничную.

— Ваше зеркало, тера Варвара Дмитриевна, — почтительно проговорила девушка, с поклоном передавая мой заказ.

Я ждала, что увижу чужое лицо, как в книжках про попаданок, которые читали девочки из команды. Но, как ни странно, в отражении была я. Только более запущенный вариант, чем привыкла видеть. Словно перестала ухаживать за собой и лет десять питалась одними булками. Длинные каштановые волосы (моя гордость) потускнели, кожа покрылась прыщами и красными пятнами, голубые глаза скрылись в щёлочках (отёки), подбородков — целый набор.

— А теперь позвольте Вас осмотреть. Так-так… — дружелюбно проговорил целитель.

Всё ещё переваривая увиденное, я даже не возражала, когда мужчина подошёл поближе и поставил прохладные пальцы мне на виски. От макушки до пяток пробежали мурашки.

— Поразительно, просто поразительно! Вы меня порадовали, голубушка! — взволнованно заключил мужчина, закончив свои непонятные манипуляции и поправив круглые очки на носу. — Вчера жизнь в Вас едва теплилась. А сегодня магическая диагностика показала, что мелких наружных повреждений не осталось. Процессы внутренней регенерации также идут отлично. Своё имя помните? Сколько вам лет?

— Варвара Дмитриевна Абрикосова, двадцать лет, — осторожно сказала я, продолжая придерживаться тактики «соглашайся с психом и наблюдай за ситуацией».

— Верно. Какой сейчас месяц?

— Вчера был апрель, а сегодня первое мая получается. Не успела оглянуться — и уже майские праздники, надо же… — покачала я головой и поморщилась: шишку потревожила.

— Да, май. Только день рождения государя-батюшки, Александра Николаевича Романова, ещё не праздновали. Успеете поправиться, не беспокойтесь, голубушка!

«Какой ещё государь-батюшка? Это он президента, что ли, так назвал? Хотя имя-то другое. Ничего не понимаю!»

Доктор открыл свой чемоданчик и вытащил прозрачную баночку. «Я оставлю мазь. Через недельку от Вашей шишки не останется и следа. Как жалко, что не осталось магов жизни. Одной живой искры было бы достаточно, чтобы улучшить этот крем в десятки раз! Ну да ничего! Сегодня полежите, а завтра будете уже скакать, как горная козочка. Да-да, как козочка, голубушка. Всего доброго. Выздоравливайте!»

Доктор откланялся, а я перевела дух — псих ушёл. И тогда наконец обратила внимание, что вторым в комнату вошёл мой папа. Он был какой-то потухший и… совершенно неспортивный. Ещё вчера — подтянутый, с явно прорисованными мышцами, которые так нравились маме. А сейчас передо мной был рыхлый полноватый мужчина с животиком.

— Папа, а почему ты дома? Мама тоже вернулась? Кто эта женщина и откуда у нас кошка? — выпалила я все важные вопросы и порадовалась, что хотя бы голос остался моим.

Тер Дмитрий Егорович вздохнул и грустно покачал головой:

— Целитель предупреждал, что могут быть провалы в памяти. Всё-таки тебя вчера сбил магомобиль. Такой сильный ушиб головы не проходит бесследно. Как вообще жива осталась, моя девочка… Давай я тебе расскажу, может, тогда и сама всё вспомнишь.

Папа присел