Будни типичной злодейки - Эми Эванс

породнить древние рода и приумножить богатства из-за капризов какой-то соплячки. И я должна думать в первую очередь о долге перед семьей, а не о своих желаниях. И вообще, повзрослею и сама передумаю.

М-да, то ли дед все-таки чего-то в этой жизни не понимает. То ли я еще недостаточно повзрослела в свои двадцать два, чтобы передумать.

Так что, идти к любящему родственнику в данной ситуации было абсолютно бесполезной затеей. Зато у меня есть крайне занимательный магснимок и целых два года времени, пока я не окончу академию. А по договоренности между семьями, наша свадьбы с фон Миллером должна произойти именно после того, как юные отпрыски наберутся ума и выйдут из стен обители знаний дипломированными специалистами.

В общем, времени у меня даже в избытке, чтобы отомстить фон Миллеру за годы моих страданий и придумать, как разорвать эту нелепую помолвку. Зато с Вероникой подобным образом церемониться не надо. Ну, дорогая, трепещи, скоро я за все отыграюсь сполна.

Даже усмехнулась своей кровожадности и захохотала дьявольски, на мгновение совершенно забыв, где именно нахожусь. Но мне повезло, и придворных вокруг не наблюдалось.

И не успела я порадоваться отсутствию свидетелей, как врезалась в чью-то широкую грудь.

— С вами все в порядке? — любезно поинтересовался сверху незнакомый голос.

Все ясно, очередной дворцовый хищник, который находится в перманентной охоте на юных, ранее неизведанных им, дев.

— Иди ты к черту! — бросила я, и даже не взглянув на обладателя широкой груди, обогнула того по дуге и двинулась дальше по коридору.

Да, нагрубила, но мне простительно. У меня тут женихи на моих глазах с голой задницей на подругах сверху скачут. Да и вообще, не стоит со мной разговаривать, когда я не в духе.

Уже через час, пребывая в хорошем расположении духа, я неспешно прогуливалась по дворцовому саду. Стоит вдоволь насладиться красивыми и роскошными видами перед тем, как снова отправлюсь в академию. А там мне целый год не видать ничего, кроме унылых академических стен и противного женишка. Но ничего, мне теперь есть за чей счет развлекаться.

Моральную компенсацию с семейства фон Миллер я уже взыскала. Нет, разумеется, у меня и в мыслях не было сообщать верховному королевскому магу о том, что внучок его та еще кобелина. Я просто направилась к своему деду, когда у того выдалась свободная от решения важных государственных дел минутка, и тонко намекнула ему о том, что мой драгоценный жених давно не одаривал меня подарками. И это упущение срочно нужно исправлять, хотя бы главе рода, если младший представитель этого самого рода до подобных элементарных вещей никак додуматься не может.

Дед хотел было от меня отмахнуться, но я умею быть настойчивой, когда мне это нужно. Потом попытался отложить взыскание долгов с семейства фон Миллер. Но я их знаю! Уеду завтра в академию с утра пораньше, и подарка мне не видать, как своих ушей.

В общем, после того как я капризно потопала ножками и истерично затребовала самый дорогой подарок и немедленно, дар свой я получила. Сам верховный маг торжественно вручил мне гарнитур из ожерелья, пары серег и колечка общей стоимостью с целый особняк в престижном районе столицы уже через полчаса.

Вот знала я, что организационные способности у главы рода фон Миллер о-го-го какие, просто мотивации ему не всегда хватает. Ну, ничего, для этого у них есть я.

Гарнитур я сразу надела и, удовлетворенно полюбовавшись в зеркале на эту красоту, то бишь на себя (да-да, ни один гарнитур, даже от самого лучшего и дорого ювелира в королевстве не сравнится с моей красотой), отправилась на прогулку в дворцовый парк.

Душу грели драгоценные камни, и я чувствовала себя капельку отомщенной. Но одним гарнитуром семейство фон Миллер и их отпрыск в компании с Вероникой от меня не отделаются. Я только ступаю на тропу войны. Вот испорчу одной жизнь, и разорву помолвку со вторым, выйдя при этом сухой из воды, тогда и буду морально удовлетворена.

Нейтан фон Миллер, конечно, к своим двадцати двум годам немало невинных девиц попортил. Всем им не отомстишь, да и мне это совершенно ни к чему. Но Вероника Лере это совершенно другое дело. Тут, можно сказать, дело принципа и моя задетая честь.

Стоило вспомнить про эту гадюку, как за очередным парковым поворотом, среди цветущей зелени я заметила знакомое платье средней паршивости. Видеть нахалку никакого желания не было. Злость все еще клокотала во мне, а с языка готово было сорваться страшное проклятие. Разумеется, магическое, и, конечно, не снимаемое.

Но я вспомнила, что я, Адамина фон Соммер, достойная наследница древнего и могущественного аристократического рода, приближенного к короне. И я должна всегда идти вперед с гордо поднятой головой, скрывая свои истинные эмоции, как бы мне сильно не хотелось плюнуть кому-нибудь в рожу и позорно вцепиться в волосы.

Правда выдержка дала слабину, когда Вероника попыталась ко мне приблизиться с довольной ухмылкой и торжественным блеском в глазах. И отчего-то мне кажется, что она не просто так решила прогуляться по дворцовому парку аккурат после любовных утех.

— Если подойдешь ко мне ближе, чем на три метра, я ударю таким мощным заклинанием, что до выпуска из академии из лазаретов не вылезешь, — внутри все клокотало от гнева, но тон получился настолько ровным и холодным, что девица испуганно отшатнулась.

Впрочем, ума у нее не хватило развернуться и уйти. Просто замерла на безопасном расстоянии и принялась на меня взирать с видом победительницы. Ну куда же ты, моя убогая, лезешь? Таких, как ты, у фон Миллера в академии целый выводок. И меня, признаться честно, этот факт мало задевал. Вплоть до сегодняшнего дня.

— Ну как, понравилось смотреть на то, как твой жених наслаждается другой в постели? — ехидным тоном поинтересовалась Лере, попытавшись взглянуть на меня сверху вниз.

Хотя, куда ей, с ее-то ростом. Еле до плеча мне достает… И то в прыжке.

— Очень, — пропела я, растянув губы в довольной улыбке, — Даже магснимок сделала на память. Как думаешь, насколько быстро до твоих родителей дойдет слух о распутстве их любимой дочери, если развесить снимки с этим кадром прямо в главном холле академии? И надо же, какая удача, лица фон Миллера там почти не видно. Зато твое, можно сказать, на первом плане.

Вероника побагровела от плохо сдерживаемого гнева и даже подалась вперед, видимо, собираясь поддаться порыву и вцепиться в мои алые волосы. Но вовремя вспомнила о моем предупреждении. А я, в