Хозяин Проклятого замка. Истинная для бастарда - Инна Разина

Очень хочу, но кивать не спешу. Сначала вспоминаю, сколько у меня осталось монет. К сожалению, совсем немного. А я так и не нашла работу, и неизвестно, когда найду. Так что оставшуюся наличность придется растянуть как можно дольше. Мне не только питаться нужно, но и ночевать где-то.

Но сидеть здесь просто так тоже не стоит, женщина и так ко мне добра. Глотая голодную слюну, прошу чай и кусочек пирога. Заглушить голод этого хватит. К остальному мне не привыкать. Ну а вдруг мне все же повезет, и у старосты найдется хорошее место? На самом деле на везение я не рассчитываю. Оно давно покинуло меня, с тех пор, как моих родных казнили. Просто так я успокаиваю себя, чтобы не впасть в окончательное уныние.

Усаживаюсь за самый дальний столик, чтобы не привлекать к себе внимание. И так, пока шагаю к нему, ловлю не самые доброжелательные взгляды. Хорошо, что лезть ко мне не решатся. О темной магии ходит много страшных легенд и слухов. И хотя большинство из них обычная выдумка, это спасает от излишнего внимания и попыток навязать знакомство одинокой девушке.

К тому же, я старательно прячу стройную фигуру под широким, не по-размеру, платьем и темным плащом. А густые, светлые волосы под платком и капюшоном. Но миловидное лицо особо не спрячешь, даже при том, что сейчас у меня обветренные губы и совсем не бархатная кожа, давно не знавшая нормального ухода. Так что иногда со мной пытаются флиртовать или откровенно приставать. Но увидев значок темной магии на моем плаще, который такие, как я, обязаны носить, быстро остывают.

Почему-то считается, что темная магия способна только насылать бедствия, болезни и проклятия, подчинять и сводить с ума. И никто не хочет знать, что она также может исцелять, защищать и… да я и сама не знаю до конца, что она может. Потому что, как и все остальные, тоже боюсь и ненавижу эту магию, стараюсь ей не пользоваться. Но по своей причине.

Спонтанный темно-магический выброс — вот что случилось со мной, когда мою привычную магию пытались запечатать, исполняя королевский приговор. Очень редкий, почти невозможный случай. Темная магия в нашем мире редка и обычно проявляется уже в детстве. Таких детей сразу ставят на учет и забирают у родителей в специальные приюты, где обучают управляться с собственной силой.

Спонтанный выброс — еще более редкое явление. Почему он произошел у меня, никто не знает. Видимо, где-то в нашем роду затесался кто-то с такой магией. Причем, она могла вообще не проявлять себя. Просто жила в генах моего предка и ждала своего часа. Моя обычная магия была сильна и не давала проявиться темной магии. А когда мою силу пытались запечатать, темная вырвалась на свободу, едва не погубив меня и тех, кто приводил в исполнение приговор.

К счастью, тогда все остались живы, отделавшись мелкими царапинами и ушибами. К счастью, не потому, что мне было бы жалко моих палачей. Просто, если бы я кого-то убила, меня бы сразу лишили жизни. А так просто вызвали специалистов из контроля за темными и передали им меня.

Сначала мою темную магию тоже пытались заблокировать. Но проблема в том, что ее невозможно выжечь. А антимагические браслеты на нее не действуют, хотя их пытались на меня цеплять. Но каждый раз магия вырывалась на свободу, сбрасывая ограничители. Тогда встал вопрос, что со мной делать. В Обитель грешников с темной магией не принимают. Тем более, с неуправляемой.

В результате меня отправили в тот же приют, куда отдают детей с впервые выявленной темной силой. Вместе с ними я училась ее контролировать, ну и заодно помогала в приюте, в котором не хватало рабочих рук. На самом деле, обучали там плохо. В основном контролю, чтобы дети не навредили кому-нибудь. В этом вопросе нас жестко натаскивали и проверяли. А те, кому по какой-то причине не удавалось справиться с магией, исчезали из приюта. Нам не говорили, куда. Но мы и так все понимали.

С одной стороны, в этой неожиданно открывавшейся силе были и свои плюсы. Если бы мне полностью выжгли магию, моя жизнь оказалась бы короткой и ужасной. Потеряв магию, драконы быстро стареют и погибают. А с темной вполне можно жить. К тому же Обитель грешников — почти как тюрьма, с холодным климатом и тяжелыми бытовыми условиями. Я была очень рада, что избежала попадания туда.

С другой стороны, положение темных в стране тоже не слишком приятное. Они подлежат обязательной регистрации. Их сторонятся, опасаются, часто ненавидят и очень редко берут на работу. А еще раз в год они должны являться для проверки в соответствующие пункты, расположенные во всех крупных городах и подтверждать, что по-прежнему не опасны.

Проучившись в приюте год, я прошла проверку и получила подтверждающие документы на фамилию — Эйви Марш. Я сама придумала ее, похожую на настоящую. Ведь меня лишили прав на родовое имя, но как-то называться надо. Еще год я проработала в приюте, а потом решила уйти. Мне хотелось найти какое-нибудь место в этом мире, раз уж я осталась жива. И еще было очень тяжело видеть детей, с детства обреченных стать изгоями, хотя они ни в чем не виноваты.

С тех пор я скиталась уже почти месяц, перебиваясь редкими случайными заработками, которых хватает, только чтобы не умереть с голоду. И наконец оказалась в этом трактире. Но не проходит ни дня, чтобы я не проклинала того, кого виню во всех своих несчастьях. Я никогда вживую не видела графа Вудстока и не была при дворе. Мой дебют так и не состоялся. Когда моих родителей казнили, мне едва исполнилось восемнадцать. Но отсутствие визуальной картинки не мешает мне ненавидеть.

К моему столу подходит трактирщица, отвлекая от грустных мыслей. С удивлением замечаю, что женщина принесла не только приятно пахнущий травами чай и пирог с капустой, от вида и запаха которого у меня потекли слюнки. А еще тарелку разваристой перловой каши с маслом. Видимо заметила мой голодный взгляд. Только я собираюсь отказаться, как она грубовато сообщает, что за кашу платить не нужно.

Грустно чувствовать себя такой убогой, что меня жалеют даже трактирщицы, но это не самое страшное, к чему мне пришлось привыкать. Искренне поблагодарив хозяйку, приступаю к еде. И наконец-то