Мертвецки влюблён в тебя - Одария Вербенова

— Нет, — отрезаю, чтобы прервать тонкоголосый щебет.

Лучше бы я жила вместе с воронами под крышей.

— Ладно, — пожимает плечами.

Извлекаю из рюкзака одну вещь за другой, и случайно роняю на пол пробирку с защитным порошком. Хрупкое стекло разбивается прямо у моих ног.

— Чёрт!

Она была последней.

— Да ты такая злая, что к тебе ни один вампир не подойдёт — не переживай. К тому же на территории Академии есть ПГО.

Да, я тоже видела, что здесь есть Пункт Гильдии Охотников, но сейчас мне кажется, что защита нужна уже не только от вампирских клыков, но и от Эйко... как её там? А, Златовласка.

Её выпад я игнорирую.

— Ну, и ладно! — обижается.

Не смотря на недовольное фырканье своей соседки, весь остаток сегодняшнего дня я продолжаю делать вид, будто не замечаю её присутствия.

Но ночью она всё же заставляет обратить на себя внимание. Мы уже давно легли спать и погасили свет, а мне всё никак не удаётся заснуть из-за беспокойных мыслей, которыми голова набита, как подушка перьями.

Не спится и Эйко. За моей спиной раздаётся лёгкое шуршание, а после я слышу тихие шаги по полу и аккуратный поворот ключа в замочной скважине.

Златовласка куда-то уходит.

Глава 2

Ранним утром зарядил дождь — я услышала его, так как мой сон был беспокойным из-за отсутствия соседки. Он хлещет по окнам с таким остервенением, словно хочет разбить стекло и пробраться внутрь комнаты.

Такие ассоциации для меня в новинку, но это моя новая реальность, в которой я всё ещё учусь жить. Меня никогда никто не преследовал, но теперь нет никакой уверенности в том, что я в безопасности.

Дверь комнаты с тихим скрипом открывается, впуская крадущуюся Эйко. Я как раз лежу лицом ко входу, и мне прекрасно видны её старания не шуметь.

— Где ты была всю ночь? — спрашиваю почти требовательно.

Златовласка подпрыгивает от испуга и вытаращила на меня глаза.

— Ты не спишь?

— Сплю. У меня лунатизм. Но знаешь, если я нахожусь в очередном приступе лунатизма, а на мои вопросы не отвечают, то начинаю нервничать. Знаешь, что случается, когда я нервничаю?

— И что же? — насмешливо скрещивает руки на груди.

— Ничего, — приподнимаюсь на локте. — Я и мухи не обижу. Но ты же понимаешь, что в Академии могут быть вампиры среди адептов? Они хорошо адаптированы и давно успешно умеют скрывать свою тёмную природу.

— Я была не одна, за мной присматривал Гессий.

— Гессий?

— Да! — восклицает с иронией. — Представляешь? Если быть дружелюбной и общительной, то у тебя появляются друзья!

— Я видела вчера парня по имени Гессий.

— Он первокурсник и будет учиться вместе с нами.

— Понятно.

Могу только порадоваться за этих ребят и пожелать им счастья.

Эйко со счастливым и одухотворённым выражением на лице быстро стягивает с себя одежду и ныряет под одеяло. Я тоже прикрываю глаза — ещё есть время поспать.

В следующий раз меня будит звон часовой башни, который можно услышать только в часы бодрствования Академии. Ну, что же, первый учебный день объявляется открытым. Добро пожаловать на Факультет Ведьмовства, Валери. Постарайся здесь выжить.

— Тебя подождать, или ты кошка и гуляешь сама по себе? — спрашивает Эйко, уже собранная и стоящая в дверях.

— Я кошка.

— Ну, как хочешь.

Дверь за Златовлаской закрывается, а я продолжаю выбирать между чёрным и синим пиджаком, стоя напротив зеркала. У парня, к которому я вчера ворвалась в комнату, глаза тоже с синим отливом — голубые.

Вполне закономерно, что я выбираю чёрный.

С гордо поднятой головой выхожу из жилого корпуса на улицу, пропахшую сыростью. Помимо меня много и других адептов высыпает наружу и идёт к учебным корпусам.

Согласно расписанию, мне следует идти ко второму корпусу, и нахожу я его без проблем, так как они пронумерованы.

Внутри просторно, но мрачно из-за пасмурной погоды за узкими высокими окнами. Люди, как муравьи, снуют туда-сюда, так что приходится лавировать между ними, чтобы дойти до нужной аудитории без последствий.

— Парты! Я будто и не уходил из школы! — слышу первое, когда вхожу внутрь помещения, где будет проходить первое занятие.

Действительно стоят «парты», но они из тёмного дерева и вид имеют антикварно-дорогой.

— Я Гессий Сокол!

— Я Дастин Перо!

Пока все знакомятся друг с другом и собираются в кучки, высматриваю самое дальнее и неприметное место.

— Ищешь куда приземлиться? — раздаётся за спиной знакомый голос.

Я знаю, у этого голоса голубые глаза с синим отливом и чёрные, как ночь, волосы.

— Игнорируешь меня? — добавляет, когда молча иду к самой дальней парте у окна.

Он идёт следом.

Вот-вот начнётся занятие, так что постепенно все начинают разбиваться на парочки. Намеренно ставлю сумку на один стул, а на второй сажусь сама, безучастно глядя при этом вперёд.

Я пронизываю глазами всех насквозь, но ни на кого конкретно не смотрю. Сердце колотится, и мне требуется усилие над собой, чтобы успокоить дыхание. Я не хочу внимания к себе...

— Меня это не остановит, — хмыкает мой вчерашний знакомый, беря в руки мою сумку и усаживаясь рядом.

— Я не хочу сидеть с тобой, — поворачиваю голову к наглецу.

Он баюкает на коленях мою сумку и смотрит на меня с таким азартом и превосходством, что становится понятно: так просто не отстанет.

— А мне здесь нравится, — разваливается на стуле, чуть сползая ниже по спинке. — Прекрасный вид из окна, и компания, вроде, тоже хорошенькая.

— Тебе здесь не рады. Поставь мою сумку на место и уходи.

— Меня зовут Адам, а тебя?

— Это не единственное свободное место у окна и не единственная хорошенькая компания.

— Что-то я не расслышал твоего имени... Можешь повторить? — прикладывает ладонь к своему уху и склоняется ближе ко мне.

Часовая башня во дворе принимается считать до девяти — наступает час нашего первого занятия. Все рассаживаются по местам, а в аудиторию тут же сразу входит пожилой седовласый мужчина коренастого телосложения.

— Дорогие наши будущие ведьмы и ведьмаки, прошу занять свои места и приготовиться внимательно слушать! — распоряжается деловито, шагая к трибуне. — Вам всем от двадцати одного года, а значит слушать