Пьяная Паучиха - Ксения Алексеенко

  2.

  - Рео из рода Улы?

  Рео с трудом оторвался от созерцания скованной воды под мостом - его всегда завораживало мерное течение Акки. Не стоило воспринимать письмо всерьез и приходить сюда. На проверку Шелека рода Ялы оказался сущим мальчишкой, не переросшим еще подростковой худобы и угловатости. И что ему понадобилось? Глупости какие-нибудь?

  А Рео ведь еще к свадьбе готовиться, мудрый Вио просил подменить его на паре неважных церемоний, и это отличный шанс, ошибиться нельзя.

  Но он тратит время в этих трущобах на паренька, который имел наглость ему написать. Порой Рео сам удивлялся своей доброте.

  - Шелека из рода Ялы, Орехенский исток, - он слегка склонил голову.

  - Так ты жрец, - присвистнул Шелека, небрежно облокачиваясь на кружевные перила.

  Его движения были скупы и изящны, одежда - аккуратна и излишне элегантна; Шелека явно унаследовал от матери не только тонкую кость, белые волосы и силу Олы, но и чувство стиля. Возможно, слишком много чувства стиля для мужчины.

  Рео поморщился. Шелека начинал действовать на нервы своей бесцеремонностью. Возможно, не стоило выходить из Храма в церемониальной одежде? Слишком уж быстро падает температура воздуха, да и железные перила покрываются изморозью: водники силы Олы никогда не умели сдерживать эмоций, и Шелеке, по-видимому, очень не нравятся жрецы.

  - Жрец, - подтвердил Рео очевидное.

  - Красивый мост.

  Поднимался ветер. Акка пошла рябью, а железные опоры начали свою песню - пока еще совсем тихо, но мост лишь распевался.

  - А Акка впадает в Кровь-реку. Мы можем перейти к делу?

  - Можем. Здесь? Я думал зайти куда-нибудь выпить. Для будущих родственников это естественно, верно? Узнавать друг друга.

  Рео удивился. Родственников? Он впервые об этом слышал. Хотя... Помнится, несколько месяцев назад мать затеяла переписку с Лелле рода Ялы. Но они и раньше дружили, Лелле даже несколько раз останавливалась в их доме, когда ей нужно было сделать кое-какие покупки в Тьене. Так что Рео не придал этому особого значения... Он вообще предпочитал не вникать в женские дела.

  - Я не понимаю, о чем ты.

  - У меня есть младшая сестра, - пояснил Шелека, - она красивая. Юная. Невинная.

  - И это все? - Рео поднял брови.

  - Я думал, что это все. Ее так воспитывали, приятель. У тебя, наверное, нет сестер?

  Ну и панибратство. Наверняка его сестра так же дурно воспитана. Рео становилось все сложнее держать лицо, но, в отличие от этого мальчишки, его воспитывали правильно. Он проигнорировал соплячье хамство.

  - Я единственный сын.

  - Вот как. Хочешь фотографию?

  - Зачем мне?..

  - Чтобы иметь возможность поприветствовать свою бабушку при встрече, - Шелека улыбнулся, и температура упала еще на пару градусов.

  Его бледная рука в рисунке синеватых вен сомкнулась на железе, и вокруг начали нарастать сосульки. Рео отступил на шаг: не то чтобы он не мог защититься, но избивать мальчишку было бы не лучшим решением для его репутации. Все знают, что водники силы Олы несдержаны, и это не причина для жреца Улы терять над собой контроль.

  Думал ли Шелека о драке, когда звал его на этот мост? В любом случае, место он для этого подобрал удачное. Ни один водник не воспользуется Поющим Мостом для перехода через реку, все знают брод, а то и способны перейти ее прямо по воде. А чужих в квартале с приходом сумерек почти не бывает.

  - Как бы то ни было, причем тут я? - мягко спросил Рео.

  Шелека подошел стремительно и сунул ему в руки фотографию. Оттуда на Рео смотрела совсем девчонка: по-детски пухловатые губы, карие глаза, волосы цвета морской волны. Юная, невинная, беззаботная. Красавица... Лелле вырастила прекрасную дочь и точно знала, как именно ее преподать - фотоаппарат явно держала твердая и опытная рука, а свет падал, выгодно подчеркивая безупречность юной кожи.

  - Я не знаю, - сказал Шелека, и тяжело оперся на перила, перегнулся, всматриваясь в воду, - я не знаю, при чем тут ты. Мне неспокойно, приятель. Мне неспокойно. Погано на душе, понимаешь?

  - Ты пьян?

  Рео не привык, чтобы ему изливали душу, и не понимал, с чего бы кому-то вдруг вообще захотелось делиться с ним откровениями. Но этот парень, кажется, был искренен - пугающе искренен в своем смятении.

  - Я молод, глуп и ничего не могу. Но я не пьян. И я перевелся из Орехенского филиала в Тьен, так что... Я буду присматривать за сестренкой. Я ничего не могу сделать со своей жизнью, но за Саю я присмотрю. Тебе ясно?

  Рео пожал плечами.

  - Так при чем же тут я?

  - Твой дед со стороны матери... насколько он плох?

  - Едва ли отличит твою сестру от меня, - Рео ободряюще потрепал мальчишку по плечу, - я ведь правильно понимаю? У вашей семьи нелегкие времена? Почему ты не веришь собственной матери? Это женское дело, и мудрая Лелле, я уверен, просчитала все риски. Мой род богат, влиятелен, мой дед по отцу - младший брат отца Вио, главного жреца Многогранной Богини. - Какое облегчение, наконец-то он понял, чего этот сопляк от него хочет! - Твоя мать нашла твоей сестре отличную партию: до конца жизни она будет жить в тепле и заботе в нашем доме, а ее муж вряд ли потребует от нее каких-либо супружеских обязанностей кроме вовремя поданной в постель каши. Когда она станет вдовой - она станет прекрасной юной вдовой на нашем попечении. Я буду рад видеть своим родственником и тебя, и твоих братьев, и готов уважать твою прекрасную сестру, как родную. Этот брак принесет немало хорошего обеим семьям.

  - Вот в чем дело, - Шелека брезгливо откинул руку Рео, отступил, - вот в чем дело. Я искал, кого ненавидеть. Сложно ненавидеть пожилого, угасшего человека, для которого из форм любви осталась только теплая каша, но легко - молодого, для которого что юная девушка,