Плененная поневоле - Алекса Аверина

На нем рубашка немного расстегнута, и сейчас, в близи, он кажется еще больше и мощнее. Прям настоящая живая машина с грудой мышц.

— Вам, что-нибудь нужно еще? — первая прерываю этот взгляд, уводя свои в сторону.

— Налей. — киваю. Поскорее бы закончить и убежать. Слишком давящая энергетика от этого человека, будто сам дьявол сидит передо мной. И что этот человек делает в нашем городе интересно?

Беру бутылку и пытаюсь пробку открыть, но не получается. Как же неловко…

— Не поможете? — протягиваю ему бутылку. Он берет ее у меня, при этом, дотрагивается до моей руки. Меня будто обожгло. Отдергиваю свою руку, снова на него смотрю. Замечаю, что он, как будто нахмурился слегка.

С легкостью открывает бутылку и протягивает обратно. В этот раз уже беру так, чтобы не дотронуться до его руки снова. Разливаю по пяти бокалам напиток. Он наверное гостей ждет.

— Подай. — что за человек? Одни приказы. Можно же нормально попросить или вообще, самому взять. Вот так значит общаются богатые?

Беру бокал и подаю, а он снова до руки дотрагивается. Специально? Он выпивает содержимое и даже не морщится.

— Что-нибудь еще? Из развлечений, у нас есть сауна на первом этаже и не плохое кафе. — улыбаюсь ему, стараюсь не показывать свой страх перед ним. — Так же можем принести приставку и…

— Раздевайся. — застываю, смотрю на него вопросительно. Мне послышалось? Наверно.

— … и музыкальный центр. — говорю уже тише.

Ну почему он такой хмурый? Может просто настроения нету?

— Еще, я вчера повесила гирлянды… — нервно улыбаюсь. Ну что я несу? Почему меня всю трясти начинает? И почему он так смотрит на меня?

Отворачиваюсь от него и иду к розетке, включаю гирлянду. Мне всегда это настроение поднимало. Может и ему поднимет?

Вот так то лучше. Так красиво сразу и уютно. Улыбаюсь сама себе, смотря на теплые огоньки. Поворачиваюсь к нему, чтобы увидеть, что он хотя бы хмуриться перестал. Но он не стал, только еще больше брови свел вместе и смотрит на меня со злостью. Ой, зря наверно я это сделала. Даже улыбаться перестаю, от этого пугающего взгляда.

Он начал с кресла вставать. Какой же он огромный, на две головы выше меня. Снова улыбаюсь ему и говорю.

— Если Вам не нравится, я выключу. Это просто для атмосферности, праздник же скоро. — ну почему же он так смотрит на меня? — Если Вам больше ничего не нужно, то я пойду. — а у самой голос почему-то дрожать начал.

— Хорошо подмечено, праздник уже сегодня. — говорит и идет к двери.

— У Вас сегодня праздник? Как здорово! У меня тоже сегодня день рождение. — улыбка медленно сходит с лица. Застываю, руки в кулаках сжимаю, когда этот мужчина запирает дверь. Поворачивается ко мне и демонстративно ключ в карман кладет. Зачем он это сделал?

— Отпразднуем? — вижу на его лице не добрую ухмылку.

Глава 2

— Мне правда пора, меня ждут. Откройте пожалуйста дверь?

Он начинает медленно и спокойно идти в мою сторону, и я тоже медленно отхожу в противоположную сторону от него. Чувствую опасность, на сквозь страх пробирает.

— Раздевайся. И запомни, я не люблю повторять. Это было в последний раз. — Боже, мне не показалось. Он все ближе и ближе подходит ко мне, и мне некуда больше отступать, в кровать упираюсь. Руки вытягиваю вперед, в попытке остановить его.

— Вы… Вы меня наверно с кем-то спутали. — надвигается как скала, все собой закрывая. Дышать нечем становится. Все тело сковывает от страха. Сажусь на кровать и начинаю отползать. Но он хватает меня и на себя тянет, сверху наваливается, вжимая меня в кровать.

— Что Вы делаете? Отпустите меня, прошу. — глаза слезами наполняются, брыкаюсь, в попытке вырваться. Он руки мои хватает и за голову заводит, сжимает очень сильно, до боли. Отвернулась от него, по вискам слезы катятся. Пугает меня до смерти, дрожу вся под ним.

— На меня смотри. — меньше всего хочу разозлить его, поэтому поворачиваю голову. Смотрим глаза в глаза, так близко, так опасно. Они кажутся еще чернее, как у зверя дикого, который поймал свою добычу. — Не знал, что у Фадеева, такая дочь сладкая. — у меня глаза расширились, они знакомы? Папа знал, к кому меня отправляет?

— Отпустите, прошу. К Вам же скоро придут? — перехватывает мои руки в одну свою, второй по лицу моему проводит, слезы вытирает. Затем, по губам ведет большим пальцем.

— Не переживай, успеем. Ты уже трахалась? — от этого вопроса, вся краска к лицу прилила. Я и слов то таких не слышала в живую.

— Нет, я не хочу. Вы пугаете меня. Можно я уйду? — отпускает руки и встает. Немного успокаиваюсь. Отпустил.

Наблюдаю за ним. Он подходит к столику и выпивает еще бокал. Закуривает сигарету и кладет ее в пепельницу. Потом, достает камеру и штатив из своего чемодана, устанавливает на против кровати. Вскакиваю и бегу к двери, дергаю, стучу.

— Помогите, папааа… — кричу, что есть силы. Мне страшно, очень страшно. Что хочет этот человек? Понятно, что ничего хорошего. Поворачиваюсь к нему медленно, плачу, руками себя обнимаю. Меня знобить начинает очень сильно, напрягаюсь вся. Он снова ко мне идет, а я вжимаюсь в дверь.

— Значит так. Твой отец, жестоко изнасиловал и убил мою сестру. Пришло время платить по счетам. — подходит совсем близко и начинает гладить меня по волосам, затем подхватывает на руки. От неожиданности вскрикиваю и хватаюсь за его плечи.

— Что Вы такое говорите? Это не правда! Мой папа самый добрый, он и мухи не обидит. — дрожу вся у него на руках. — Это какая-то ошибка. Я ни когда в это не поверю! Пойдемте, спросим у него?

— План такой… — несет меня к креслу, садится, а меня на колени свои сажает и в глаза смотрит. — Я буду трахать тебя во все щели, а потом будут трахать мои друзья. И только тогда, когда нам надоест, я убью тебя. Придушу, как это сделал твой отец с моей сестрой. Все это, буду снимать на камеру, и видео покажу твоему доброму папочке. Или нет… Может его самого сюда пригласим? Пусть смотрит? Как думаешь? — так спокойно об этом говорит, гладит меня при этом по лицу. А мне дышать нечем становиться, задыхаться начинаю, слезы по щекам текут. Он ведь шутит? Пугает? Он не сделает этого?

— Зачем Вы меня так пугаете? Вы правда хотите это сделать? — говорю дрожащим голосом.

— Похоже, что я шутник? — смотрит очень серьезно на