Лекарь. Эльфиек в жены не предлагать - Тэя Мор

— Ну и откуда ты тут взялся? Простите… взялась… — озадаченно пробурчал Тайлер себе под нос и стащил с себя куртку. Не защищённая от ветра и дождя рубаха тут же промокла до нитки, неприятно прилипла к телу. Зато удалось кое-как укутать полуголую эльфийку и поднять на руки. — Далеко от дома забралась, дочь Ветра.

Даже мимолетный осмотр дал понять: бессонная ночь Тайлеру обеспечена. Если, конечно, он не желал поутру закопать находку где-нибудь на поляне.

Неприятно царапнули воспоминания, казалось, уже изрядно истёртые временем. Ночь. Лес. Проливной дождь. И одна лишь бесконечная боль, выжирающая изнутри. Он умирал, не в силах доползти до укрытия. Не на кого было рассчитывать, некого позвать на помощь. А потом появилась она — Ритами. Из ниоткуда. Словно лесной ши'анари (Ши'анари — природные духи). Она не испугалась, не бросила его в осеннем мёртвом лесу на растерзание хищникам.

«Я возвращаю долг, Ритами. Когда-то ты спасла меня едва ли не на том же самом месте. Не будем нарушать традицию».

До дома Тайлер добрался быстро, по дороге стараясь особо не трясти раненую. Дверь распахнулась от хорошего пинка. Волна прогретого воздуха окутала со всех сторон, прогоняя озноб.

— Сожрать бы тебя, да и дело с концом, так нет же. Сегодня я играю в благородного спасителя, — проворчал Тайлер.

Эльфийку сгрузил на стол, сам снял с себя промокшую одежду и отжал заплетённые в косу волосы. Переодевшись в сухое, полез за печь, придирчиво перебрал заготовленные на продажу снадобья.

— Одни убытки. Вот не сиделось мне дома, Тишер (Тишер — бог озорства и обмана) за руку дёрнул прогуляться. Чтоб ему икалось проклятому.

Собрав всё необходимое, Тайлер аккуратно разложил на лавке баночки и пузырьки. В очередной раз печально вздохнул, вспомнив, что дома не осталось ни капли воды. Пациентка же его была похожа на кусок грязи.

Ночь обещала быть долгой.

Глава 2

Тайлер немного пообсох у печи, заварил лечебный чай и растворил в нём пару ложек мёда. Эльфийка так и не пришла в себя, дышала тяжело, хрипло, порой затихала совсем, будто миру духов жизнь отдала.

— Помирать мне только не вздумай, — Тайлер раздражённо схватил с лавки пузырёк с настойкой термии, снял крышку и сунул эльфийке под нос. Въедливый запах тут же пополз по комнате, вынудив как можно скорее убрать эту демоническую настойку обратно — упаси Алирия (Алирия — богиня, которой поклоняются все врачеватели) ненароком на пол смахнуть, век из дома отвратительный запах не выведешь.

Бледно-серое лицо в тёмных точках, отдалённо напоминавших не то веснушки, не то узор на камне, скривилось, задрожали ресницы. Длинные пальцы внезапно скрючились, покрываясь твёрдыми пластинами, но тут же обратно привычную форму приняли. Тайлер слышал, что жители восточных гор были способны на частичные трансформации, но вживую видел впервые. Пухлые тёмно-фиолетовые губы слабо зашевелились, но языка горных эльфов Тайлер не знал.

— Пей. Согреть тебя надо, — Тайлер подсунул под эльфийку руку, приподнял голову и по каплям влил горячий чай.

Он надеялся, что ко всем имеющимся бедам не присоединится ещё и лихорадка. Спустя немного времени эльфийка перестала дрожать и вновь затихла.

Вода нагрелась на удивление быстро. Тайлер откинул одеяло, аккуратно вытащил свою куртку, скептически окинул взглядом искалеченное худое тело. Удручающее зрелище, даже и не знаешь, за что браться в первую очередь.

Отмывать грязь и запёкшуюся кровь мыльной водой пришлось долго. Поспешишь — потом лечи нагноение. Длинные, спутанные, превратившиеся в грязные сосульки волосы, после тщательного полоскания и вычесывания оказались серебристыми. Тайлер, шипя проклятия, выгреб из них листья, мелкие веточки и испорченные украшения, собранные из бусин и перьев. Проще было обрезать, но в глубине души к девке трепыхалась жалость.

При тщательном осмотре голова оказалась разбита, причём сразу в двух местах. Тайлер тихо выругался, ощупывая затылок. Влажные волосы, пропитавшиеся кровью, липли к пальцам, путались, не позволяя оценить серьезность травмы. А вот рану немного выше виска требовалось как следует обработать, вычистить и зашить. Попытка заняться этим успехом не увенчалась: пациентка внезапно очнулась и, видимо, не осознавая, что ей помогают, попыталась отбиться. Слабо, но лечению это мешало.

— Прекрати, — раздражённо прорычал Тайлер и, прижав эльфийку к столу, пресёк попытки вцепиться трансформировавшимися когтями в плечо. — А ну, замерла! Ты меня понимаешь, бестолочь полудохлая? Я — лекарь. Не брыкайся, пока сильнее не покалечилась.

— Ле-карь, — по слогам прошептала эльфийка, облизав губы. В разноцветных воспалённых глазах промелькнуло осознание, тело под руками Тайлера расслабилось. — Ле-карь — помо-гать… права?

Говорила эльфийка плохо, но что-то понимала и отвечать была способна — уже хорошо. Тайлер слышал, что детям Ветра плохо давались человеческие языки, отчасти за это их шибко умными и не считали, приравнивая чуть ли не к зверям. Видимо, он спас весьма одарённую особь.

— Права, — Тайлер кивнул и потряс банкой с лечебной мазью перед её носом. — Ты у меня дома. Я жизнь твою спасаю. Поняла? Вот, лучше пей.

Не дожидаясь, пока ему ответят, Тайлер плеснул в кружку очередную порцию чая, заставил выпить и её, и заготовленные настойки. Долго отмывал избитое лицо. Пытался разобрать, как вообще выглядела его пациентка. Под глазами поползли синяки, ободранная щека опухла, по левой стороне лица расплывалось багряно-фиолетовое пятно, да и носом эльфийка не дышала.

Тайлер открыл одну из баночек, подцепил кончиками пальцев вязкую прохладную мазь, пряно пахнущую мятой, и начал осторожно втирать в бледно-серую кожу. Он не спешил, занимаясь мелкими, незначительными повреждениями, ждал, когда подействует дурманящая настойка и уведёт эльфийку в состояние между сном и явью. Боль она снимала неплохо, но всё равно недостаточно, чтобы на живую в ране копаться и стрелу вырезать.

«Важека бы сюда, мог бы впервые сгодиться хоть для чего-то полезного. Только где этого пьянчугу искать в ночи? И эту дохлятину не бросишь тут кровью истекать».

— Больно будет, — честно предупредил Тайлер, отметив, что эльфийка уже не может сфокусировать на нём взгляд, но всё ещё понимает, что ей говорят.

Пришлось зажечь все светильники в доме. Тихо ругаясь не то на пациентку, не то на себя, Тайлер нагрел тонкую изогнутую полукругом иглу над свечой.

— Тише-тише, я осторожно, — ласковый тон то и дело срывался на раздражённое шипение, стоило эльфийке начать дёргаться и мешать накладывать швы.

Глубоких порезов оказалось немного, но повозиться всё равно пришлось, как и с вывихнутой лодыжкой, и запястьем. Пока вправлял, пациентка вновь