Месть Даники - М Кей Нуар

Я закрываю за собой дверь и прислоняюсь к тяжёлому дереву, которое ещё недавно не оказывало никакого сопротивления незваным захватчикам.

Тревога подступает ко рту, как желчь, а узел в животе затягивается. Больше нет сил сдерживаться, и я ломаюсь, рыдая. О боже, Данте. Пожалуйста, будь жив. Пожалуйста.

Татуированный бог стал всем моим миром; я не представляю своей жизни без него. Я и не хочу. Что мне вообще теперь делать? Это территория Данте, не моя. Я всего лишь студентка.

Ещё несколько месяцев назад я никогда даже не держала пистолет. Конечно, Данте настоял, чтобы я брала уроки у одного из охранников, и я сделала несколько выстрелов. Я действительно довольно хороший стрелок — самородок, по словам Джо. Но мне не сравниться с тем, кто забрал моего рыцаря.

Всё ещё прижимаясь спиной к двери, я сползаю вниз, пока не оказываюсь на полу, на том самом полу, где Данте стоял на коленях, пожирая мою киску, как хороший мальчик. Но комната теперь пуста.

Несмотря на всю срочность, я не знаю, что делать с собой, о чём думать. Мои 24 года жизни были в основном прожиты в невинности, пока сам злодей, великий Дон Фера, неожиданно не появился на моей работе тем вечером, элегантный, как всегда, в своих дорогих ботинках и драматичных перстнях, в одежде, идеально сидящей на его мускулистом теле.

Но его сейчас нет, чтобы составить план, как отбиться от плохих парней, ворваться и спасти меня. Кто знает, где он, что они с ним делают. Мои представления о жизни Данте почти целиком основаны на старых фильмах в жанренуар.

Конечно, я играю строгую Домину за закрытыми дверями. Я забираю и владею каждой унцией удовольствия Данте, когда он вечером снимает шляпу босса. Но в делах бизнеса я держалась подальше. Он позаботился об этом. Я не могу позволить, чтобы тебе причинили боль, — всегда говорил он. Я не потеряю и тебя. И вот теперьего похитили.

Похитили. Я никогда не знала никого, кого похитили. Слово кажется чуждым, резким. Я выталкиваю его из головы; это слишком неприятно. С теми, кого похитили, не случается ничего хорошего. Мой бедный мальчик.

Что бы я только не отдала, чтобы сейчас почувствовать сильные руки Данте, обнимающие меня, поднимающие меня на цыпочки и глубоко целующие. Вдыхать его мускусный одеколон, когда он умоляет меня позволить ему кончить... Но на этот раз не я главная.

Когда Данте сегодня утром выпроводил меня из дома (так грубо, к тому же), я пыталась утешить себя тем, что мой дорогой мальчик всегда возвращается ко мне. Когда он готов, он возвращается на коленях (буквально), голый, если не считать красивого ошейника, который напоминает нам обоим, что он мой.

Какое великолепное зрелище — прирученный Король ростом под два метра ползет к тебе, его изумрудно-зеленые глаза полны страсти и устремлены на тебя (и только на тебя), а прядь густых, зачесанных назад волос небрежно падает на лоб. Никто другой не видит его таким. Что, если я никогда больше не увижу его таким?

Нет, заткнись. Заткнись! Почему глупый ведущий игрового шоу в моей голове всегда такая сука?

Раздаётся тихий стук в дверь за моей спиной, возвращая меня в настоящее.

Голос Карло зовёт с другой стороны. — Мисс Мэттьюз? — осторожно спрашивает он.

Я вытираю слёзы с лица, стараясь сохранить голос ровным. — Одну секунду.

Прежде чем встать, я бросаю последний взгляд на беспорядок в кабинете, на кровь на полу. Каким-то образом маленький сад камней на столе Данте избежал борьбы невредимым, его мирные гальки насмехаются надо мной своей гладкой поверхностью, своими безмятежными вибрациями.

Не волнуйся, детка, я найду тебя, — клянусь я, открывая дверь. Никто не смеет прикасаться к телу Дона Фера, кроме меня.

Никто.

Глава вторая

Бизнес

Данте

Требуется каждая унция самообладания, чтобы не разорвать ноутбук пополам голыми руками. Просто дыши, Данте.

Я в четвёртый раз просматриваю цифры на экране, пытаясь сложить столбцы, которые не складываются. Это нехорошо, совсем нехорошо.

— Что здесь происходит, Луиджи? — говорю я медленно, мой голос напряжён, я подавляю гнев, искрящийся на кончиках пальцев, угрожающий просочиться сквозь кожу и поглотить меня.

Бухгалтер быстро моргает, толстые оправы очков не скрывают нервозности в его маленьких глазках. Он отказывается смотреть в глаза, неуклюже переминаясь с ноги на ногу.

— Я пока не уверен,Signore, — заикается он, теребя руками свой круглый живот, вероятно, молясь какому-то божеству, чтобы я не винил его в этом. Он знает, что я убивал людей и за меньшие провинности.

— Наши расходы намного выше обычного. Куда ушли деньги, Луиджи? — строго спрашиваю я, громко закрывая ноутбук и вставая, нависая над маленьким человечком.

Луиджи инстинктивно отступает, пытаясь держать дистанцию. — Мы разбираемся,Signore, — отвечает он, интонация в его голосе выдаёт страх.

— Это не очень хорошо для движения денежных средств, не так ли, Луиджи? — громко вздыхаю я, пытаясь снять давление, нарастающее за глазами, но это мало помогает.

Бухгалтер качает головой из стороны в сторону, опуская взгляд.

— Как это случилось?

— Насколько я могу судить, большая часть — это расходы на предстоящий благотворительный банкет, мы...

Подняв руку, требуя тишины, я перебиваю его. — На это был бюджет, разве нет?

Беспокойно я расхаживаю по большой комнате, прокручивая переменные в уме. Куда ушли деньги?

— Sì,Signore. Был. До последнего цента. — Это правда, я сам утвердил бюджет.

— Так откуда взялись дополнительные расходы?

— Мы всё ещё пытаемся это выяснить, — повторяет он.

Моё утро мгновенно испорчено. Соблюдение плана по бухгалтерским книгам имеет решающее значение для бесперебойной работы бизнеса. Не слишком много денег, чтобы привлекать любопытные взгляды, но достаточно, чтобы поддерживать все предприятия — и те, что на бумаге, и те, что не на бумаге. Но если движения денег недостаточно... это проблема, очень надоедливая проблема.

— Я плачу тебе не за то, чтобы ты искал причины, Луиджи. Я плачу тебе — и, замечу, весьма щедро, — за то, чтобы ты всё исправлял. Мы разве по-разному понимаем твою роль здесь? — Я слегка повышаю голос, напряжение вплетается в каждое слово, всё туже и туже, пока я пытаюсь сохранить самообладание.

— Понимаем,Signore. Это просто оплошность, я уверен. Мы все исправим. Мне просто нужно больше времени. Пожалуйста. — Я знаю, что означает это хнычущеепожалуйста. Оно означает «пожалуйста, не причиняйте мне боль», у этого зануды даже яиц не хватает, чтобы нормально умолять о своей жизни. Его слабость