Почувствуй вкус мести - Лена Фарт

Через десять минут я сидела на скамейке автобусной остановки, под навесом. Отчаянно рыдала, предварительно спрятав деньги в чемодан. Ни на секунду его не отпускала, прижимала к груди. Пыталась прийти в себя. Дрожащей и грязной рукой я заправляла выбившуюся светлую прядь волос за ухо и протирала кожу вокруг глаз. Но слёзы всё равно лились, как бы я не старалась успокоиться.

Да я в таком виде любого испугаю!

Телефон начал жужжать в переднем кармане джинсов. Я вытащила его и увидела, что мне звонил Габри.

Чёрт... Сегодня как раз был день, когда я должна была позвонить ему. Он ведь уже привык, что через день слышит мой голос. Я стала оглядываться в поиске какого-нибудь магазина, где не было бы шума дождя и ветра. Не хотела его тревожить новостью об увольнении. Может на свежую голову я смогу найти какой-нибудь выход из ситуации. Почему-то думала, что поместье Лам де Вель было единственным местом для такого хорошего и нужного мне заработка.

И только я поднялась со скамейки, так как заметила на углу высокого здания магазин светильников, телефон перестал звонить. Я взглянула на него и сделала глубокий вдох. Зарядка села. Она всегда держалась очень долго, но сегодня телефон промок, возможно, это как-то повлияло.

— Да что ж такое... — прикрыла глаза, садясь обратно на скамейку.

В моей жизни и так всё было паршиво, а теперь и вовсе настала чёрная полоса. Без какой-либо надежды на светлое будущее.

Я подняла голову вверх, сжимая в пальцах старенький телефон. Часто моргала и дышала глубоко. Очередная попытка привести чувства в порядок. Собраться с силами и пойти удалить грёбаную метку истинности. Освободиться от оков привязанности к Дамиену. Воспоминания о том, что между нами произошло, ломало мозг на части. Это ведь было ужасно, мерзко, противно... Но в то же время великолепно и приятно...

Второе точно навязано судьбой, я была в этом уверена. Иначе какого чёрта такое вызывало во мне положительные эмоции?..

Убрав, наконец, телефон в чемодан, я встала со скамейки и направилась через дорогу. Автобус, что идёт до центра удаления меток, должен будет проехать там через пять минут, судя по графику на остановке.

Теперь я стояла под похожим навесом, руками с силой сжимая ручку чемодана. Наклонила голову, смотря на капли холодного дождя, что врезались яростно в лужи и асфальт. А запах, что окутал пространство, придавал решимости. Я дышала им и верила в лучшее. Сдаться можно всегда, а вот начать всё снова, с того дна, на которое я снова упала — нет. Для этого нужна сила воли и вера.

И сейчас я старалась верить. Мысли ведь материальны, поэтому лучшее решение — это представлять лучшую жизнь с Габри, учёбу в академии, качественные вещи и еду. Всё то, что так необходимо человеку, чтобы не впасть в уныние.

Автобус с номером семь прибыл примерно через пять минут. Без телефона теперь я не могла определить точное время. Оплатила билет теми монетами, что мне дал Габри перед тем, как я покинула Рихад. Их хватит ещё примерно на три поездки.

Всю дорогу я ехала под грустные мелодии, что включил водитель. Народу было очень много, хотя время позднее. Возможно, это из-за погоды те, кто планировал пройтись пешком, в итоге решил потратиться на дорогу.

Тело ныло, глаза слипались и жутко чесались от слёз и усталости. А ещё я так и не поела, из-за чего слушала жалостливые позывы желудка полпути. Как раз после того, как почувствовала запах пирогов, что внесла в салон автобуса полная женщина. Она улыбалась, болтая с кем-то по телефону. Я же оставшийся путь только и смотрела на её спину, мечтая перекусить.

Выйдя на нужной мне остановке, я выдохнула. Подышала свежим воздухом, избавляя собственные рецепторы о мыслях о еде. Повернулась и увидела яркую вывеску на трехэтажном здании, что почти полностью было из стекла. Сейчас, когда улица была вся в лужах и очень тёмной, было трудно рассмотреть цвет здания, да и самой вывески. Всё сливалось в серо-чёрные тона. И даже ухоженная растительность вокруг была какой-то мрачной.

«Государственный Центр Истинности»

Руки затряслись, по коже пробежали пугающие мурашки. Мне было страшно. А вдруг это очень больно?.. Но ноги сами сделали первый шаг к зданию. Я лишь смотрела прямо, ни на миг не прекращая ощущать чемодан с деньгами в руке. Мне постоянно казалось, что его украдут снова. Какой-то страх окутывал сознание, когда я медленно подходила ко входу.

Открыла тяжёлую дверь, и из неё вышли две солидные дамы. Одна была гораздо старше второй. И та, что младше — плакала.

— Ну всё, прекращай, Мирелла. Он бы не смог о тебе позаботиться. Отец нашел тебе обеспеченного супруга, ты совсем скоро забудешь об этом... нищеброде.

Девушка ещё сильнее заплакала, а я сжалась, уставившись в пол. Они прошли дальше, и только тогда я быстренько юркнула внутрь. Оглядывалась по сторонам. Тут было слишком чисто, из-за чего моё настроение ухудшалось. И я даже не стала смотреть в зеркало, что висело тут во всю стену. Было одно лишь желание — избавиться от метки.

— Доброй ночи, чем могу помочь? — спросила меня девушка, вдруг появившаяся из-за стойки. В красном сарафане поверх белой блузки. С идеально прямыми русыми волосами. Одним словом — красивая. Я шумно выдохнула.

— Здравствуйте, я хочу удалить метку.

— Хорошо, — улыбнулась она. — Тогда заполните анкету.

Следующие двадцать минут я потратила на заполнение этой анкеты. Всё время поглядывала на часы на стене. Мне вообще казалось, что это никогда не кончится. Вопросы были от момента знакомства до различных причин, повлиявших на такое решение. Некоторые ответы и вовсе пришлось придумывать, ведь такие вопросы были обязательными, только не все подходили к нашей истории с Дамиеном. И вот оплатив эту жутко дорогую процедуру, я расслабилась.

— Можно у вас зарядить телефон? — спросила эту милую девушку, доставая из чемодана зарядку.

— Конечно, — вновь улыбнулась она, протягивая ко мне руку.

Она даже не скривилась при виде меня.

Ещё через двадцать минут я сидела в очереди из четырёх человек. Почти заснула, когда кто-то задел моё плечо. Оказалось, что уже настала моя очередь.

И видимо я сильно перенервничала до этого момента, потому что, когда зашла в кабинет с голубыми стенами, мне вдруг стало всё равно. Вообще на всё. Некая опустошённость или апатия настигли меня.

Я медленно прошла к креслу, куда меня направил пожилой мужчина. Залезла на него, откинув голову на спинку. И