Жертва - Шанталь Тессье

Я кашляю и сплевываю на кровать, не заботясь о том, что он обо мне подумает, просто желая выплюнуть изо рта кровь. Тай держит меня, запустив одну руку мне в волосы, а другую положив на бедро, в то время как его член продолжает разрывать меня на части.

Я хватаюсь за простыни, за изголовье кровати — за все, за что могу ухватиться.

Мое лицо покрыто слезами, слюной и моей кровью. Я не могу перестать всхлипывать. Мне кажется, что у меня только что отняли двадцать один год, но мое тело наслаждается этим.

Его хватка на моих волосах усиливается, и он вдавливает мое лицо в окровавленное одеяло. Я пытаюсь подняться, но он слишком силен. Не могу дышать. Вкус крови снова наполняет мой рот, и к горлу поднимается желчь. Мне приходится сдерживаться, чтобы не захлебнуться собственной блевотиной.

— Черт возьми, Лэйк, — слышу его стон, и от этого звука моя киска сжимается вокруг его члена.

Тайсон отпускает мои волосы, и я поднимаю голову, резко вдыхая, у меня горят легкие. Он выходит из меня, и я откидываюсь на кровать, пытаясь отдышаться. Но мужчина хватает меня за бедра и снова бросает на спину, заставляя посмотреть на него.

Тайсон широко раздвигает мои бедра, и мой взгляд падает на его член. Он стоит прямо, длинный и твердый. В нижней части ствола есть штанга. Член весь покрыт кровью, как и нижняя часть его живота.

— Пожалуйста, — умоляю я, положив руки на его голую мускулистую грудь. — Мне больно.

Он наклоняет голову набок, рукой тянется к члену и медленно поглаживает его. Его взгляд смягчается, но быстро становится жестким, и это заставляет меня задуматься, не мерещится ли мне все это. От недостатка кислорода у меня начинается бред.

Протянув руку, Тайсон хватает меня за бедра, оттаскивает еще дальше на кровати и снова входит в меня. Я выгибаю шею и издаю крик, так как от его грубости жжение усиливается. Он обхватывает мою шею рукой и сжимает ее, впиваясь в кожу и перекрывая доступ воздуха.

Наклонившись над моим телом, он вбивается в меня снова и снова. Тайсон внимательно смотрит в мои глаза, наблюдая, как слезы стекают по моему лицу, пока тот жестко трахает меня.

— В тебе так хорошо, Лэйк. Так охуенно хорошо. Посмотри, как хорошо твоя киска принимает мой член.

Роняю руки вдоль тела, в глазах появляются точки. Я сейчас потеряю сознание. Или он убьет меня. В любом случае, все, что я могу сделать, это принять его.

Но происходит что-то еще. Я чувствую жар иного рода. Огонь, горящий внутри меня, начинает ползти по ногам к животу. Это быстро сменяется онемением и покалыванием. Озноб охватывает все тело, но в то же время мне жарко.

«Так вот каково это — умирать?»

— Вот так, малышка, — он приближается ртом к моему лицу и слизывает невинность с моих губ, после чего рычит. — Отпусти это. Будь хорошей девочкой и кончи на мой чертов член. Покажи мне, как тебе это нравится.

Я не понимаю, о чем он говорит. Едва слышу его из-за шума крови в ушах. Затем все вокруг становится ярким, словно меня пронзает вспышка энергии. Мое тело напрягается, спина выгибается, а глаза закрываются. Или я полностью теряю зрение. Не знаю.

Мое тело двигается взад-вперед еще несколько раз, пока его член не начинает пульсировать внутри меня. Задыхаясь, я поднимаю глаза и вижу, что Тайсон навис надо мной. Одной окровавленной рукой он обхватывает мое лицо, а другой опирается на одеяло у моей головы.

— Ты в порядке, — произносит Тайсон, и я не понимаю, почему он так говорит.

Я бью его руками по груди, и он садится, хватая оба мои запястья и удерживая их, чтобы меня остановить.

— Дыши, Лэйк, — он смотрит на меня. — Дыши глубже.

Меня неконтролируемо трясет. Все мое тело вспотело и еще покалывает. Я чувствую себя так, будто меня ударила молния.

— Я…

— Не говори, — приказывает он. — Просто дыши.

Он отпускает мои запястья и вынимает свой член из моей киски, а я вздрагиваю от боли. Болит все. Бедра, горло, челюсть, спина. Ради всего святого, у меня, черт возьми, стучат зубы.

Обхватив мое лицо, Тайсон проводит пальцами по моей щеке, и я понимаю, что все еще плачу.

— Сядь.

Но он даже не позволяет мне сделать это самой. Тай обхватывает меня за плечи и тянет в сидячее положение.

Встав с кровати, он нагибается, просовывает одну руку под мои дрожащие ноги, другой обхватывает меня за спину, поднимает с кровати и несет в ванную. Мы входим в стеклянный душ, занимающий большой угол, и он усаживает меня на холодную кафельную скамейку, затем включает душевую лейку.

Настроив воду, я сижу, молча глядя в пол. У меня был оргазм. Я читала о нем, но никогда не испытывала. Еще слышала, что в первый раз трудно кончить, но у меня не возникло проблем.

Что это говорит обо мне? Почему моему телу понравилось нечто такое плохое? Такое болезненное? Оно предало меня. Мой разум понимал, что то, что мы делаем, неправильно, но это не имело значения. Секс — это манипуляция, и Тайсон только что узнал, как сильно он может этим воспользоваться.

Теплая вода попадает мне на грудь, и я наклоняюсь к ней и замираю.

— Давай приведем тебя в порядок.

Я поднимаю голову и смотрю на него. Тайсон протягивает мне руку.

— Ты можешь встать? — спрашивает он.

«На самом деле не знаю».

Я поднимаюсь на трясущиеся ноги и молюсь, чтобы не доставить ему удовольствия, упав на колени.

ДВЕНАДЦАТЬ

ТАЙСОН

Я беру душевую лейку и смываю то, что осталось от ее невинности. Лэйк склоняет голову, наблюдая за тем, как все стекает в канализацию.

Бедняжка никогда раньше не испытывала оргазма. Она не знала, что за хрень ее поразила. Могу сказать, что я был удивлен. Потому что был уверен, что она раньше дурачилась сама с собой и получала удовольствие. Женщине необязательно трахаться с членом или фаллоимитатором, чтобы кончить. Неужели она никогда не трогала себя?

Какая двадцатиоднолетняя женщина никогда не использовала вибратор на своем клиторе? Или не теребила его пальцами?

Она еще чувствует это всем телом. Лэйк стоит передо мной, дрожа и все еще пытаясь перевести дыхание. Конечно, это может быть и от того, что я ее душил.

— Ты