Академия Теней - Елена Звездная

Почти зарычав (сырым мясом их тут кормят, что ли?), магичка развернулась к двери и с размаху шибанула в Дану каким-то заклинанием. Заклинание вспыхнуло, не долетев до Даны, блеснул серебряный браслетик, и магия полетела обратно в того, кто ее и создал.

Крики, вопли, вовремя выставленный лордом Лассалем щит, звон очередного судебного уведомления и магианна ринулась прочь, вопя и теряя волосы клоками…

– Это что же за заклинание такое было? – меланхолично спросила я.

– Что-то связанное с красотой, – ответил мой временный телохранитель.

И решительно подписал договор.

– А хорошая реакция у вас, спасибо, лорд Лассаль – поблагодарила я его за выставленный щит.

– Для вас просто Гриф, – он чуть склонил голову. – Приказывайте.

Приказывать было рановато.

Я встала, сходила к чемодану, открыла, достала векселя и серебряный браслет, вернулась к Грифу и протянув, уведомила:

– Ваш аванс, ваш знак принадлежности к торговому дому «Вэлари».

После чего, я окинула взглядом толпу бытовых магинь, которые топтались в коридоре, испуганно и в то же время с робкой надеждой взирая на меня, и произнесла, повысив голос:

– Горничная у меня уже есть, но нужны портные, уборщицы, повара. Контракт сроком на две недели, но защита будет продлена до окончания вами этой проклятой академии.

И штат моей личной прислуги начал стремительно увеличиваться.

Порядок в моих покоях навели, пока я меняла прическу и поправляла платье, а еще неподписавшие контракты, их подписывали.

После я отправила девчонок на учебу, и так все уже поопаздывали хуже некуда, а сама в сопровождении Грифа отправилась получать замечание за опоздание от лорда Штормхейда.

Гриф вел себя как истинный телохранитель – шел и молчал. Я тоже.

– Леди Вэлари, – внезапно подал голос он, – у вас будут какие-нибудь инструкции?

По делу спросил.

– Первое – держи меня в поле зрения, желательно постоянно, если мы вне моих комнат. Второе – будь рядом в моменты, когда приближается мой «жених» – как бы я ни старалась выглядеть сильной и смелой, Ивора Рагнаэра я боюсь до крика.

Я ожидала любых вопросов после этого, но Гриф лишь кратко спросил:

– Почему?

И после этого вопроса я остановилась. Действительно почему?

– Причин на самом деле множество, – произнесла, начиная вспоминать свое детство. Мне было около пяти, когда в Иворе проснулась сила. Случилось это вдали от родового дворца, мы были вне зоны контроля охранительной магии, наступал вечер, сгущались сумерки, а Ивор… обезумел.

У меня при воспоминаниях об этом инциденте, мурашки по коже побежали.

Было чудовищно. Мы с Кейосом, двое перепуганных детей, и Ивор, уже в подростковом возрасте отличавшийся и ростом, и силой. А когда тени поглотили его, он и вовсе стал кошмарно огромным. Не знаю, помнил ли события той ночи сам Ивор, но для меня и Кейоса они стали потрясением. Для Кейоса в прямом смысле слова – обезумевший брат сломал ему ногу и нанес такой удар, что мой друг детства получил сотрясение, и все равно до последнего защищал меня. А невменяемый Ивор, натурально ломая кости брату, просил меня не плакать… Как вспомню, так вздрогну.

– И второй раз мне было уже семь, когда Ивор потребовал, чтобы я проводила время с ним, а не с Кейосом. Я так боялась его, что начинала плакать едва видела, Ивор потребовал прекратить, но как тут прекратишь? В итоге он взбесился, превратил классную комнату в щепки, пробил дыры в стенах, и это все кулаками. А из его носа потекла кровь, алая, как и его глаза… То еще было зрелище. Когда меня спас дядя Гриэр, я уже даже плакать не могла. Страшный опыт.

– Действительно, – согласился Гриф.- Не волнуйтесь, я буду рядом.

– А о себе ты не волнуешься? – после слов директора, мне было бы интересно услышать ответ.

– Нет, – Гриф поднял руку с серебряным браслетом, – я достаточно силен, чтобы понять, что это на самом деле такое. И если у моего отца осталось лишь громкое имя, то дом «Вэлари» это сила, с которой не спорят… – улыбнулся мне и добавил, – по крайней мере, в суде.

Я рассмеялась. Первая хорошая шутка за это утро.

Стучать в дверь четвертой аудитории оказалось неожиданно… стыдно.

Но вскинув подбородок повыше, я все же вошла, пока Гриф придерживал створку, и остановилась, покорно дожидаясь нагоняя.

Аудитория четвертого сектора встретила нас давящим, академическим спокойствием. Это был классический амфитеатр, чьи крутые ярусы столов из темного дерева уходили далеко вниз, сужаясь к основанию. Все линии зала, сходились к массивной преподавательской кафедре, стоявшей на небольшом деревянном возвышении.

В помещении было сумрачно, но не из-за магии, а просто по воле устроителей академии – свет падал сверху, через узкие окна, высвечивая на столах четкие пятна и оставляя проходы в густой тени. Воздух здесь казался сухим и неподвижным, пахнущим старой кожей переплетов и холодным камнем. И я пожалела об использовании розового масла – из-за его легкости, по аудитории мгновенно разнесся сладкий аромат, и маги начали поворачивать головы, едва вдохнув дошедший до них запах.

Магистр Штормхейд сидел на краю стола, держа в руках массивный черный фолиант. Одетый лишь в брюки и белую рубашку, с закатанными рукавами и расстегнутым воротником, он выглядел как-то одновременно и по-домашнему и в то же время впечатляюще.

Когда и до его носа донесся аромат роз, магистр поднял голову, темные волосы скользнули по лицу, открывая его, и хотевший было что-то сказать мужчина, вдруг промолчал. Я все так же стояла, прижимая к груди папку с бумагами, и чувство неловкости как-то… нарастало.

– Красивое… платье, – наконец произнес магистр.

– Вам нравится? – мгновенно отозвалась я. – Какое лучше, первое или это?

Захлопнув фолиант, Штормхейд холодно произнес:

– То, что было пошито для вас по моему приказу.

После чего он повернулся к Ивору, и прямо спросил:

– Ты собираешься что-то с этим делать?

Я задохнулась от негодования!

А эти двое, совершенно игнорируя меня, продолжили беседу.

– Я… собираюсь следовать вашему совету, наставник, – с показной меланхоличностью ответил Ивор, но меланхолия была фальшивой насквозь.

Как интересно…

Ну, я вам сейчас устрою.

– Гхм-кхм! – громко откашлялась, привлекая к себе всеобщее внимание. И едва эти два монстра вспомнили, что они тут, вообще-то не одни, громко высказалась: – А