Прощай, Мари! Злодейка для принца - Ксения Рябинина

Тоби тихо фыркнул, сдерживая смех.

— И вы всегда находили свой дом? — спросил он, поднимая на нее широко раскрытые глаза.

— Скорее это меня всегда находили, — призналась Мари, мягко улыбаясь. — Брат, друзья…

Мальчик замолчал, глядя перед собой. Его пальцы снова сжались вокруг её ладони, будто искали опору.

— А я даже не помню… Есть ли у меня брат, или кто-то, кто мог бы меня искать.

— Ты вспомнишь, — твёрдо сказала Мари, глядя ему в глаза. — Обязательно вспомнишь. Мы с Закари поможем.

— А если я никогда нет? Тогда я… никто? — уточнил он с детским любопытством.

Мари не сразу нашлась, что ответить, и попыталась перевести тему.

— Не совсем так. Ты — мальчик с красивыми русыми волосами и маленьким носиком, я же рисовала твой портрет. — Заметив, как в его глазах вспыхнула искра надежды, она продолжила: — Ты смелый, даже очень. Расскажи, чем ты занимался в последние дни? Что тебе понравилось и не понравилось?

— Понравилось... украшать пирожные и помогать Заку в мужских делах! — Тоби сияюще улыбнулся и почесал нос. — А не понравилось… — он замялся, — мне не нравится рисовая каша. Тетушка Матильда её вкусно готовит, но… я просто не люблю каши.

Мари кивнула, внимательно слушая. В этот момент она заметила, что Закари ведёт их к таверне у фонтана на площади. Над входом покачивалась выцветшая вывеска с изображением кубка, а из открытых окон лились гул голосов и аромат жареного мяса.

Они с Тоби сейчас проходили мимо лавки, где несколько дней назад был конфликт из-за яблока. Хозяин — грузный мужчина с тяжёлым, пронизывающим взглядом — стоял, скрестив руки на груди. Его глаза следовали за Тоби с холодным, оценивающим вниманием — словно мальчик был не человеком, а вещью, которую можно купить или продать.

Во взгляде его читались алчность и расчёт.

Этот взгляд испугал Мари, и она инстинктивно шагнула вперёд, закрывая Тоби собой. Спина напряглась до предела, пальцы сжались в кулаки.

— Пойдём быстрее, — тихо, но твёрдо сказала она, потянув Тоби за руку.

Его маленькое плечо едва доставало до её локтя, а сбивчивое дыхание щекотало кожу. Закари впереди замедлил шаг, бросил короткий взгляд назад, но ничего не сказал им. Мари сдержала улыбку: её плетёная корзина в руках этого огромного мужчины выглядела почти игрушечной, нелепой.

Они миновали эту злосчастную лавку. Мари наконец выдохнула, но ощущение чужого взгляда всё ещё жгло спину — будто раскалённая игла скользила между позвонками.

— Не бойся, — шёпотом успокоила она Тоби, не оборачиваясь на мрачного торговца.

Она не знала, кому это было сказано — мальчику или ей самой.

Тоби не ответил, но его пальцы крепче сжали её ладонь, и в этом было больше доверия, чем в любых словах.

Когда они переступили порог таверны, шум обрушился лавиной. Звон кружек, заливистый смех, скрип деревянных половиц под тяжёлыми сапогами — всё сливалось в хаос жизни. Обычная жизнь горожан деревни Итье.

Воздух был пропитан сочным ароматом мяса, хмеля и старой древесины.

Многие лица Мари уже видела: кузнец с мозолистыми руками, торговка тканями с лукавой улыбкой, пара охотников с усталыми, но довольными глазами.

Закари заказал для них порции густого гуляша — густого, сытного, с кусочками мяса и картофеля в насыщенном соусе. К нему подали кувшин кисловато-сладкого морса — с лёгкой терпкостью ягод, оставлявшей на языке освежающий привкус.

Мари безвольно ковыряла ложкой в тарелке. Еда выглядела аппетитно, но кусок не лез в горло. Она наблюдала, как Тоби, забыв обо всём, с наслаждением поглощает ложку за ложкой, иногда облизывая губы от удовольствия.

Мысли её блуждали: как, наверное, волнуются его родители… Кто они? Фермеры? Учителя? Местные аристократы? Или, может, Закари прав — и мальчик сам сбежал из дома?

И пока она наблюдала за мальчишкой, Закари, чем-то недовольный, следил за каждым ее движением.

— Не подскажите, где я могу найти уборную? — наконец не выдержав напряжения, спросила она проходившую мимо официантку.

Девушка — румяная, проворная, с кудрявыми светлыми волосами, спрятанными под кружевной чепчик, — кивнула в сторону дальнего угла:

— Там, за резной дверью, начинается узкий коридор. Справа будет ещё одна дверь. — Она кивнула мужчине у стойки, говоря, что уже спешит, и предупредила напоследок: — Только будьте осторожны — там высокий порог.

Мари резко встала, тщательно отряхнула длинную юбку — ту, что стала для нее уже привычной в этом мире. Решительным шагом направилась сквозь лабиринт плотно расставленных столиков к указанному углу. Протискиваясь через гудящий зал, она ощущала на себе взгляды — то любопытно-наглые, то холодно-равнодушные.

За резной дверью открылся узкий коридор — мрачный, пронизанный тусклым светом одинокой свечи в железном держателе. Воздух обдал прохладой и пропитан был сыростью — очевидно, помещение выходило к заднему двору. Справа, точно как говорила официантка, маячила ещё одна дверь с грубо сколоченной табличкой.

Мари в очередной раз вскипела от раздражения, размышляя о местных обычаях.

Когда же они наконец изобретут фаянсовый унитаз вместо этой унизительной дыры в полу?

Она даже пожалела, что не увидит этого прогресса, ведь скоро вернется в родную Москву.

Она задержалась чуть дольше необходимого — чтобы собраться с силами, изгнать из себя запах этого места с помощью мыла и холодной воды.

Мокрыми, ещё влажными руками — руками, которые в этом мире нельзя просто вытереть о юбку, — Мари распахнула дверь и мгновенно напряглась: в полумраке коридора, у двери в зал, её ждал кто-то.

Не кто-то — Закари. Собственной персоной.

Он шагнул навстречу, преграждая путь. Его лицо было серьёзным, почти суровым, а глаза — тёмными и непроницаемыми в тусклом свете. Не успела Мари и звука издать, как он прижал её к стене: одной рукой упёрся рядом с её головой, другой — мягко, но властно обхватил за талию.

Прежде чем она успела осознать происходящее, его губы нежно коснулись её виска, скользнули по скуле и замедлились у уголка губ.

— Мари, как ты исчезла в прошлый раз?

Над этим ли вопросом он думал весь день, наблюдая за ней?

Она положила ладонь на его грудь. Это не нежность, а попытка немного отстранить его. Но она была тщетна.

— Я искал тебя, — прошептал он, наклоняясь ближе.

И он говорил не о сегодняшнем дне — точно.

— Артефакт переноса… редкий, — выдохнул он. Вторая рука нежно, но уверенно заправила за ухо её короткую чёрную прядь. — Он поглощает огромное количество магической энергии. Ты могла