Серая мышь для магната - Жанна Софт

— Что говорить? — вздыхаю с долей грусти, — Он погиб, когда мне было тринадцать.

— Мне очень жаль, — виновато отзывается она, — Простите.

— Нет, всё в порядке. Эта история не самая приятная, но я готов поделиться с тобой, — отвешиваю очередную улыбку девушке, и та расслабляется, — Они с матерью начали строить свой бизнес в девяностые, так что сама понимаешь, без поддержки группировок не обошлось. Одним словом, при очередной сделке что-то пошло не так. Возник конфликт, и моего отца застрелили в подъезде, когда он возвращался домой.

— Какой ужас!

Киваю, в попытке скрыть, как на самом деле не люблю вспоминать эту историю. Всякий раз, когда мать пытается говорить об отце, она срывается и впадает в некий транс. Выходит из этого состояния довольно долго.

— Да, — соглашаюсь со словами Янины, отпивая ещё один глоток, — Когда его не стало, всё резко изменилось. Матери даже не дали толком его оплакать, потому что пошла делёжка бизнеса. Самойлов пытался взять всё в свои руки, но мы с мамой сумели отстоять свою долю.

— И вы? В тринадцать лет?

Киваю медленно, хотя мне неприятно то неприкрытое удивление и восхищение моим поступком. Я сказал правду, но в её устах это звучит как хвастовство. А этим я обычно не занимаюсь.

— Ей был нужен мужчина в тот момент. Мать оказалась дезориентирована и потеряла опору. Я понял это довольно быстро и был вынужден помочь.

Девушка понимающе кивает и никак не комментирует. Впрочем, об этой истории знали только в нашей семье, и в прессе никогда не мелькало. Я предпочитал держать это в себе. Но зачем-то говорю сейчас…

— Конечно, дядя Эдуард тоже хотел помочь и действовал из лучших побуждений. Но мы решили не упускать бизнес, даже в его руки. Полагаю, именно прозорливость и помогла удержаться на плаву.

— Нашли тех, кто убил вашего отца?

Забавно, что обычно никого это не интересовало. Но, кажется, Янине важны все детали. Смотрю на неё, пытаясь понять, чем она отличается от остальных. На вид обычная девчонка, каких тысячи.

— Нашли, но только исполнителей. Заказчик остался в тени.

Рыжая кивает осторожно, напряжённо комкает салфетку тонкими пальцами.

— Представляю, как вам было страшно. Не удивительно, что вы стали таким…

Осознавая, что сказала лишнего, Янина вскидывает на меня настороженный взгляд. Я снисходительно усмехаюсь и киваю.

— Да, ты права. Страшно и правда было. Но ко всему привыкаешь. И хватит рисовать меня каким-то монстром, Ян. Я простой и понятный. Дай мне шанс, — отправляю в рот новую порцию стейка карпа, глядя на девушку, в голове которой происходит когнитивный диссонанс.

Она гулко сглатывает, отпивает вина, видимо, для храбрости и вдруг говорит:

— Вы мне нравитесь, правда. Но нет нужды так уж стараться, — кривит губы в улыбке, — Я не стану мешать Владу, честное слово. Просто хотелось побыть в центре его внимания один вечер…

— А попала в центр внимания моего, — парирую с кривой улыбкой, — разве это плохо?

— Я не хотела, чтобы всё так вышло.

— Тебе не нравится моя компания?

Прямой вопрос ставит девушку в тупик. Она смотрит на меня, часто моргая и утратив своё привычное красноречие.

— А я вот рад, что случай позволил мне провести время в твоей компании. Сначала, конечно, явился, чтобы просить тебя оставить Самойлова в покое. Но чем больше провожу с тобой время, тем лучше понимаю, насколько ты… — теряюсь на миг, в попытке подобрать правильные слова, — Другая. Отличаешься ото всех, с кем мне приходилось иметь дело прежде. Как свежий морской бриз в старом, заброшенном доме.

Хмыкаю, оглядываясь на отель.

Янина опускает глаза и смотрит на руки. Почему она так теряется от добрых слов? Ведь это истина.

— И ты права, я такой вот бесчувственный и сухой человек. Но с тобой всё как-то иначе. Уж не знаю почему.

Тянусь за бутылкой вина, чтобы обновить напиток, как девушка поднимает глаза. Большие и тревожные.

— Надеюсь, вы не так жестоки, чтобы морочить мне голову, Андрей Викторович?

Моя рука зависает на миг, так и не дотянувшись до бутылки.

Жесток ли я? Ох, милая, я подонок ещё тот.

Сжимаю бутылку пальцами и поднимаю её, тряхнув головой отрицательно. Господь покарает меня за эту ложь.

Я должен завоевать внимание этой женщины любой ценой, а там посмотрим. Таков был план?

Поднимаюсь, обхожу стол и, приблизившись к девушке, останавливаюсь под предлогом того, что собираюсь наполнить её бокал. Она вскидывает на меня свои глазищи.

Очаровательная глупышка.

Лицо Янины на уровне пояса моих брюк вдруг побуждает грязные мысли. Представляю на миг её лицо, искажённое сладкой мукой оргазма. Или то, как она сидит на мне верхом, и гладит свои розовые груди, кусая губы…

Картинка казалась такой яркой и такой реальной, что ощутил эрекцию. Что за чёрт?

Спешно выкидываю из головы это, в попытке понять, какого дьявола происходит и кто кого вообще соблазняет?!

Подливаю вина собеседнице и наконец, отвечаю:

— Я никогда прежде не был так откровенен.

Глава 18

Янина

Слова Киреева застревают в голове. На миг я верю ему, и это пугает куда сильнее. Неужели я настолько наивна? Иногда кажется, что ничто не способно вразумить меня. Просто хочется поверить в невозможное. Особенно когда тебе говорят, что ты никогда не надеялся услышать. В глаза.

С другой стороны, подобное заставляет быть всегда в тонусе. Держишься, чтобы не оступиться, и не проиграть. Подношу наполненный бокал к губам и делаю глоток.

— Вам нужно быть осторожнее, Андрей Викторович... В силу своей неопытности, могу и поверить, — говорю тихо, но мужчина услышал.

Его смоляно-чёрная бровь вопросительно приподнимается.

— Зови меня просто Андрей, — отвечает он, после короткой паузы и возвращается на своё место.

В этот момент мне на телефон приходит сообщение: «Яночка, душа моя, ты придёшь меня навестить?», и грустный смайлик в конце. Разумеется, это послание было от Влада.

Киреев следит за мной очень внимательно, словно бы читает эмоции по выражению лица.

Я тянусь к гаджету и быстро пишу ответ: «Заходила утром. Мы улетели в Сочи с Киреевым. По работе». Отправляю и кладу телефон на стол.

— Владислав? — констатирует факт Андрей, вложив в слова вопросительную интонацию.

Медленно киваю.

— Мой брат отличается какой-то магической привлекательностью для противоположного пола.

— Да, сложно было не заметить этот отряд сочувствующих, что следовали в палату стройными рядами… — опускаю глаза, вспоминая это унизительное действо.

Признаться честно, эта картина вернула мне ощущение реальности и сердце сжалось от ревности и обиды.

Андрей отпивает вина