Серая мышь для магната - Жанна Софт

Понимаю, что этот разговор ему не нравится. Но мне было интересно понаблюдать за поведением человека, которого довольно сложно смутить.

— У вас необычное имя, — вдруг замечает Андрей Викторович, — Кто вас так назвал?

Он хочет сменить тему разговора? Я не против.

— Моя мама очень любит древнеримскую мифологию. И вычитала где-то, что Янина — это женское производное от Януса, бога начала. В честь которого, к слову, и обозначен первый месяц в году — январь.

— Даже так? А я думал, речь идёт о Янусе Двуликом…

Ну разумеется. Об этом все думают.

— В нашей культуре принято называть Двуликим Янусом людей лицемерных и подлых, да, — киваю, признавая поражение, — Но на самом деле, этот бог так выглядит, потому что видит прошлое и будущее. У него два лица. Одно молодое, второй старое. И обращены они в разные стороны.

Андрей Викторович слушает внимательно. Даже не отвлекается на телефон, который то и дело дрожит от вибрации. Ему сыпятся сообщения на протяжении всего взлёта, из чего я сделала вывод, что спутник мобильник на режим полёта не поставил. Либо в самолёте есть вайфай.

— Я думал, это просто более длинный вариант от Яны.

— Не всё так просто, — улыбаюсь осторожно, — как кажется на первый взгляд.

— Это я уже понял.

Мужчина многозначительно смотрит на меня, и я впервые осознаю, масштабы личности перед собой. Киреев, безусловно, достойный соперник. Но достаточно ли я зрелый человек для такой борьбы?

Самолёт, поездка, беседы обо мне. Он что, пытается ко мне подкатить? Клянусь, будь это не Киреев, я бы так и подумала. Но после ситуации в беседке, мне казалось, мы всё прояснили.

Или, всё же нет?

Глава 15

Андрей

Остаток времени, что мы провели в полёте — обсуждали дела и отель, ради которого потащились на юг. Потом девушка уснула, откинувшись на спинку кресла. Медовые локоны струились вдоль её лица и нежно ложились на изгиб женской шеи.

Она казалась такой безобидной.

Невольно я вспомнил тот день, когда впервые её увидел. И это было вовсе не на собеседовании, нет.

Я зашёл в кабинет Влада, чтобы забрать свои документы. Брат обещал их подписать, пока я был в отъезде. Даже заморочились и сделали доверенность. Но увы, у Самойлова не нашлось даже пяти минут, чтобы оставить росчерк в бумагах. Осознавая масштабы безответственности брата, я сел в его кресло и набрал мать, отвернувшись к панорамным окнам. Отсюда открывался прекрасный вид на город.

Мама на звонок не отвечала. Что же, возможно, в тот момент это было и к лучшему. В итоге, я, как и обычно решил всё сам.

Правда, ход моих мыслей нарушило появление Янины. Она так бесстрашно сообщила о своих чувствах, что, безусловно, достойно уважения.

В тот миг мне подумалось, как жаль, что Влад не способен оценить в полной мере счастье, которое могло бы ему достаться. Будь он внимательнее и усидчивее. Не будь он… собой?

Простая девушка, которая искренне любит. Разве этого мало?

Теперь, глядя на Янину, мне подумалось, как я рад тому, что всё так вышло. И можно насладиться иллюзией, будто я могу позволить себе провести время с другим человеком. Женщиной. Да ещё и такой аппетитной.

Нет, с противоположным полом у меня много чего было. Но всё пустое. Красивая картинка. Фантик. А здесь как будто теплится жизнь.

Самолёт приземляется, и мы покидаем салон. На выходе спутница оступилась, и мне удалось её подхватить. Рыжая смущённо улыбнулась и спешно отвела глаза. Интересно, она всегда так робеет или только рядом со мной?

Мы пересаживаемся в машину, которая уносит нас в бухту, подальше от посторонних глаз. Янина всю дорогу смотрит в окно и избегает смотреть прямо на меня. Вот уж точно, Янус Двуликий. И непонятно, что она за человек. То ли бесстрашная разрушительница отношений, то ли наивное создание плывущее по течению.

Отель располагался в живописном месте, скрытом от посторонних глаз. Узкая бухта между скалистых гор, покрытых соснами, засажена виноградниками. И через приоткрытые окна, очень скоро салон наполнил чарующий аромат.

— Удивительно место, — восторженно выдохнула девушка, выглядывая в окно и подмечая фасад мини-отеля, что стоял у кромки моря.

— Да, с точки зрения расположения здесь мог бы быть замечательный и уютный отель для пар. Уединение и покой. Без суеты…

Девушка смотрит на меня с подозрением, и я вдруг понимаю, что вложил в эту фразу слишком много эмоций. Так, она быстро поймёт, что порой я себе именно так представлял будущую жизнь. Без суеты. Тишина, покой, и дивный вид за окном. Мне показалось, что было бы неплохо продемонстрировать себя именно с этой стороны. Девушки любят романтиков.

— На самом деле, — продолжаю задумчиво, пытаясь войти в роль, — я даже и не знаю, хочу ли я, чтобы это был отель. Или сто́ит оставить этот дом себе. Бросить бизнес, перебраться сюда и делать вино.

Рыжая смотрит удивлённо, округлив глаза.

— Ну… — тянет неуверенно, — Очень многие обеспеченные люди бросают всё и уходят в сельское хозяйство. Самым ярким представителем был, наверное, римский император Диоклетиан. Когда его попросили вернуться, император сказал, что если бы вы видели, какая выросла капуста, то никогда не стали просить об этом, — она улыбается, заправив локон за ушко.

А я думаю, сколько подобных ремарок ждёт меня сегодня.

— Поразительно, насколько хорошо вы знакомы с историей, — отвешиваю комплимент и одариваю девушку улыбкой.

Та пожимает плечами.

— Ну, это долгие вечера за книгами, — Янина снова смущается, и это подкупает.

Очаровательное создание.

Водитель притормаживает у парадного входа, и нам навстречу выходит пышнотелая женщина. Которая, несмотря на свой довольно посредственный внешний вид, держит клининговую фирму. И за минувшую ночь, под чутким руководством этой дамы, отель преобразился из богом забытого дома с плесенью, во вполне сносное строение.

— Добро пожаловать! — радостно говорит она и широко улыбается, — Я Патимат Мухамедовна! — представляется Янине, которая осторожно выбирается из машины.

Я тоже выхожу и с улыбкой добавляю:

— И моя крёстная мать, — шагаю к женщине, и та радостно обнимает меня своими крепкими сильными руками.

На самом деле, конечно, мусульманка никак не могла крестить меня. Но моя мать умудрялась дружить с разнообразными людьми и поддерживать крепкие отношения, основанные на взаимном уважении и поддержке даже на расстоянии.

— Есть в вашем бизнесе хоть кто-то, кто не ваш родственник? — с улыбкой, говорит гостья, в очередной попытке меня поддеть.

Я в ответ только развожу руками и улыбаюсь.

Патимат хохочет, отчего её формы в цветастом халате заколыхались, напоминая