Коварный - Анжела Снайдер

Но сейчас мне приходится довольствоваться именем, которое выбрали, а не тем, что дали при рождении.

Я ввожу в нее еще один палец и сгибаю их, лаская ее изнутри, пока языком работаю над ее крошечным, чувствительным бугорком. Когда трахаю пальцами, ее соки текут по моей руке, а влажные стенки киски сжимаются вокруг меня, и от этого ощущения стону сам.

Мне нужно быть в ней. Это не просто желание, а необходимо, как воздух. Такое чувство, будто взорвусь, если не окажусь внутри нее прямо сейчас.

Мои губы обхватывают ее крошечный, чувствительный узелок, и Виктория разлетается на осколки, судорожно выкрикивая мое имя. Черт, как же возбуждающе оно звучит. От одного этого мой член становится каменным.

Ее пальцы вцепляются в мои волосы, удерживая меня на месте, и выражение на ее лице мучительно прекрасное, когда волна за волной блаженства прокатывается по ее телу.

Она думает, что я закончил, но у нее нет ни малейшего представления. Я продолжаю ласкать ее языком, и она вздрагивает подо мной, клитор слишком чувствителен для этого.

— Деймон, прошу, нет, я не могу… — шепчет она, срываясь на мольбу.

— Кончи для меня еще раз, Виктория, — приказываю.

Она мотает головой на подушке, крича: — Я не могу!

— Можешь. И ты это сделаешь, — говорю, раздвигая пальцы внутри нее. Язык вновь касается клитора, и она с громким стоном приподнимает бедра с кровати.

Мое имя слетает с ее губ, как проклятие, когда она взрывается у меня на языке. Черт, я не могу насытиться ее сладким медом. И если бы не был таким эгоистом, если бы мой член не грозился прорвать джинсы, я бы доводил ее до оргазма языком всю ночь напролет.

Но если не окажусь внутри нее в ближайшую секунду, просто сойду с ума.

Когда последние спазмы оргазма сходят на нет и она обмякает на кровати, я встаю, сбрасываю джинсы и боксеры. Я возбужден до предела, мой твердый, как камень, член буквально плачет по ней, капли предэякулята скользят по головке.

Я тянусь к презервативу в заднем кармане джинсов. Разрываю золотистую упаковку зубами и снова забираюсь на кровать, устраиваясь между ее раздвинутыми, дрожащими ногами.

Моя рука обхватывает член. Один, два, три плавных движения, прежде чем подношу головку к ее входу. Медленно провожу по влажной, набухшей дырочке, дразня ее.

Когда к ней возвращается ясность, Виктория цепляется пальцами за мои бицепсы, пока я нависаю над ней. В ее взгляде читается колебание, будто она хочет сказать мне замедлиться, или вовсе остановиться. Но я не даю ей шанса отступить. Мой член медленно входит в нее, дюйм за дюймом, и я закрываю глаза от невероятного ощущения.

Но тут ощущаю сопротивление.

Мои глаза резко распахиваются и встречаются с ее взглядом. Она… девственница?

— Деймон, — выдыхает она. — Я…

— Ты должна была сказать мне, — рычу я, и она заметно вздрагивает от моих слов. Я зажмуриваюсь, сдерживая себя, готовясь уйти. От нее. От всего этого. Я и представить не мог, что она хранила себя, и уж точно не для такого, как я.

У меня в голове был выстроен образ Виктории — жестокой, избалованной, бессердечной женщины, которой плевать на всех и вся в этом мире. И каждый раз она разрушает эту картинку в прах.

Ее мягкая ладонь касается моей щеки, возвращая меня к реальности. Я смотрю в ее темно-синие, как полночь, глаза, когда она шепчет: — Я хочу, чтобы ты был моим первым.

— Черт… Виктория, — с трудом выговариваю я. Первая мысль — смогу ли вообще это сделать? Я хотел трахнуть ее со злостью, наказать за грехи отца. Но теперь не могу поступить с ней так. Вся моя злость испарилась, и на ее месте то самое обожание, которое когда-то испытывал к ней Арло. Я мечтал сделать Викторию счастливой, построить с ней жизнь, однажды жениться на ней.

Глухой рык срывается с моих губ, когда медленно выхожу из нее и вхожу снова. Я хочу предупредить, что будет больно. Хочу сказать, что все будет хорошо.

Но нужные слова не приходят.

Вместо слов мои губы жадно, с болью и страстью обрушиваются на ее. Я вкладываю в этот поцелуй свое темное сердце и душу. Это мой первый поцелуй с ней, и он требует капитуляции. Мой язык прорывается сквозь ее губы и подчиняет рот себе. Я резко двигаю бедрами вперед и разрываю ее девственность, пока она стонет подо мной, звуки боли и удовольствия сливаются в горле.

Я поглощаю ее стоны, вталкивая в нее каждый дюйм своего толстого члена.

Когда полностью оказываюсь внутри, отпускаю ее губы из пленительного поцелуя и встречаюсь взглядом с синими глазами. Черт, она выглядит как ангел подо мной. Темные волосы разметались по подушке, словно черный нимб. Она такая красивая, что кажется нереальной. Словно мифическое и запретное существо из другого мира.

Мои губы все еще пылают от поцелуя, пока медленно раскачиваюсь внутри нее, давая ей время привыкнуть ко мне. Я никогда раньше не целовал никого. Для меня поцелуи всегда были чем-то слишком личным, а я никогда не собирался оставаться дольше, чем нужно.

Сегодня ночью и у нее, и у меня был первый раз, но о своем я не собираюсь признаваться. Слишком много вопросов последует, на которые не смогу дать ни одного ответа.

Опираясь на колени, обхватываю ее бедра и медленно, почти полностью выхожу из нее, прежде чем снова войти внутрь. Обожаю смотреть, на то как ее киска принимает меня, и мы соединяемся самым первобытным способом. Я повторяю это снова и снова, пока Виктория не начинает выкрикивать бессвязные ругательства, перемешанные с моим именем.

— Кончи для меня, — приказываю.

И будто я действительно хозяин ее тела, чувствую, как киска начинает пульсировать на моем члене. Она достигает третьего оргазма за эту ночь. Ее соки покрывают меня, и я срываюсь на рык.

— Черт, ты такая мокрая, — шиплю сквозь стиснутые зубы, толкаясь в нее, пока она переживает свой оргазм.

Я трахаю ее сильнее, глубже, заставляя принять каждый дюйм. Время исчезает, есть только мы, наш безумный ритм, в котором мы доводим друг друга до изнеможения.

Я теряю себя в ней полностью, когда жидкое наслаждение разливается по венам.

Разрядка поднимается из глубины спины, сжимая яйца, и когда уже не в силах сдержаться, я просто отпускаю. С рыком, почти с ревом, кончаю внутри нее.

Мои предплечья дрожат, пока меня накрывает самый мощный оргазм в моей жизни.

И как только мне кажется, что