Я (не) твоя - Лада Христолюбова

Что же за жизнь у меня началась?

К чему все это приведет?

Возвращаюсь в палату и медленно одеваюсь с одной рукой это сделать сложно, хорошо появляется санитарочка, что убирает палату. Прошу ее мне помочь с одеждой, женщина не отказывает, я ее благодарю, даю ей денег. Приносят завтрак, а часов в десять приходит мой лечащий врач.

— Доброе утро, Алена Сергеевна!

— Доброе утро, доктор. Только сегодня ночью Маркова Алена Сергеевна умерла, так вы и напишите в выписке и сообщите прессе.

— Что вы такое говорите? Милочка, неужели у вас более глубокая травма мозга? — бросется ко мне врач.

— Нет, доктор. С головой у меня все в порядке, даже более чем. Я наконец-то знаю кто я.

— Но это же подсудное дело! Я не могу пойти на это. — возмущается врач.

— Вы сделаете так, как говорит моя невеста. — в палату входит Царев, в дорогом костюме с иголочки. От него пахнет дорогим парфюмом, на запястье золотой Ролекс, на левой руке печатка из белого золота с черным бриллиантом.

— Но как же так? Так нельзя. — пыхтит врач.

— Нужно, док, нужно. Вы сообщите, что сегодня пострадавшая в аварии девушка не пришла в себя и умерла, будучи в коме. А вы выпишите другого человека с другими данными. Об этом никто не узнает, и вы будете щедро вознаграждены. — категорично заявляет Царев, — Или вы хотите проблем?

— Нет, что вы. Я все понял. Могу я узнать новые данные пациента?

— Конечно — записывайте Серафимова Елена Даниловна 15.08.1999 года рождения. Вот новые документы. — Царев достает из кармана новенький паспорт, снилс и страховой полис.

— Выписка будет готова через полчаса. Но это будет дорого стоить…

— Не волнуйтесь, вы получите достаточную сумму, что покроет все муки вашей совести, док.

Врач забирает документы и выходит из палаты, ничего не ответив. Царев подходит ко мне и садится на кровать, проводит ладонью по моему лицу и целует в губы.

— Ты как?

— Я вспомнила ту ночь. — Даниил берет в руку седую прядку.

— Родная, если бы я мог забрать эту боль себе, я бы это сделал. — говорит Даниил и прижимает к себе. — Ты моя сильная девочка. Мы еще поборемся, и всех накажем, даже не сомневайся.

— Моя мама была беременна, а ее тогда изнасиловали все трое. Четвертого убил мой отец. Я все видела, а мама велела мне спрятаться, и я все сделала. Отца связали и заставили смотреть на все это. Это было ужасно… меня отправили в больницу, никто не говорил живы ли мои родители, все смотрели с жалостью. А после ко мне пришел какой-то человек страшный, весь в татушках, после него меня ввели в гипноз, велев все забыть и запомнить свое новое имя. Сегодня я обрела свое настоящее имя и свою жизнь. Я хочу отомстить, каждому…

— Я это сделаю за тебя, тебе не стоит это делать, ты под моей защитой, и ты всегда будешь в безопасности.

— Да, но ты пока не поймал ту или тех, кто на меня покушался.

— Это дело времени, я думаю твоя мнимая смерть заставит их действовать уже не скрываясь. И вот тогда мы не будем сидеть сложа руки, и они попадут в ловушку.

Больницу мы покидали в разных чувствах, Даниил задумчиво, а я, целенаправленно обдумывая, как мне быть дальше. Как нам выйти на тех, кто на меня покушался и запугивал? Кто знает обо мне настоящей? Даниил усадил меня в машину и сел рядом. Егор пока оставался в больнице, а у меня теперь появилось два новых охранника. И теперь за нами всегда следовала машина сопровождения с охраной.

В доме нас уже ждали, Лидия Ивановна встречала нас у самых дверей, помогла мне переобуться, и подхватив под здоровую руку потащила на кухню откармливать. Даниил смотрел на это с долей снисхождения и улыбкой на губах.

— Я немного поработаю, дорогая. — поцеловал меня в висок и обнял, — Нужно кое-кому позвонить.

— Хорошо. И Дан… нам нужно будет поговорить. Это важно. — смотрю на своего мужчину, надеюсь он станет лучшим отцом. И будет рад моей новости.

— Я понял, буду ждать тебя в кабинете, как освободишься. — кивает мне и уходит.

— Идемте, я вас покормлю Алена Сергеевна.

— Лидия Ивановна, я должна вас предупредить… меня зовут не Алена — это имя мне дали в детском доме, мое имя Елена Даниловна Серафимова. Я сегодня узнала многое о своем прошлом. Если кто-то спросит обо мне бывшей — говорите, что та девушка умерла после аварии.

Домработница смотрит на меня, как на сумасшедшую. Но видя мое решительное настроение спорить не пытается.

— Хорошо, как скажите. Это из-за аварии и нападения на вас? — выдает предположение.

— Можно сказать и так. — не стала я ее переубеждать, пусть лучше думает, что это ради моей безопасности.

— Я все поняла, идемте за стол. Вам нужно хорошо питаться ради маленького. Вы еще не говорили хозяину о вашем положении? — снизив голос, спрашивает женщина.

— Нет, но скоро сообщу. — а сама понимаю, что я боюсь.

Боюсь увидеть в его глазах не радость от моей новости, а что-то другое. Очень волнуюсь, не зная, какое впечатление это произведет на моего любимого. Надеюсь, что после этого мне не придется снова паковать свои вещи и уходить от него?

Лидия Ивановна выставляет передо мной тарелки с салатом и бутербродами, нарезками и еще теплыми булочками. Ставит большую чашку с чаем и заставляет есть. У меня же нет никакого аппетита, ради нее запихиваю пару вилок салата и булочку.

А после поблагодарив, иду в кабинет Даниила. Стучу в дверь и открываю.

Дан сидит за столом, задумчиво смотря в окно и держа в руке телефон.

— Проходи, любимая. — встает и обнимая меня за талию ведет к креслу. — Присаживайся. О чем ты хотела поговорить? Это что-то о твоем прошлом или ты уже решила, как поступишь с бизнесом?

— Нет, это совершенно не касается бизнеса…

— Тогда, о чем ты хочешь мне сказать?

— Я беременна Даниил.

Глава № 16

Мы смотрим друг на друга какое-то время, Даниил молча стоит рядом, мужчина явно озадачен. А что он хотел, когда мы занимались сексом не предохраняясь? Он должен был понимать к чему это могло привести.

— Ты уверена?

— Да, это мне вчера подтвердил и врач. И скажу сразу после того раза у меня никого не было, если ты