Как приручить альфача - Аня Истомина

Во все глаза смотрю в сосредоточенное лицо Влада. Провожу ладонью по влажному от напряжения лбу. Обрисовываю пальцем контур губ, тут же получаю поцелуй в ладонь.

Сокращаюсь от этой простой ласки, а Влад, зажмурившись, рычит сквозь зубы и замирает.

– Нет, нет! – начинаю брыкаться.

– Что “нет”? – шипит. – Не шевелись, а то кончу в тебя.

Замираю.

Усмехнувшись, он склоняется к моим губам и медленно целует меня, продолжая заполнять собой и не двигаться. Таю от поцелуев, поглаживая напряженные плечи. Огромное тело под моими прикосновениями расслабляется, подставляется под ласку. Ощущение, будто я тискаю большого ручного медведя. Это завораживает.

Разрывая поцелуй, Влад немного отстраняется и смотрит в мое лицо.

– У тебя глаза красивые, – выдыхаю на эмоциях, глядя на него в ответ.

– Спасибо, – коротко улыбается он и, закинув мои ноги к себе на плечи, входит чуть резче.

Я оказываюсь в том положении, когда единственное, что могу, – комкать простыни в кулаках, что я и делаю, забываясь и переставая контролировать себя. Под кожей разливается жидкий огонь, заставляя меня хрипло постанывать от новых и новых толчков.

Ладони Влада то и дело пробегают по моим ногам то сжимая икры, то массируя стопы. Замерев в очередной раз, он целует мои колени и скользит поцелуями вниз, обцеловывает каждый пальчик на моих ногах и отстраняется, вызывая у меня острое чувство неудовлетворенности и пустоты внутри.

Разочарованно выдыхаю.

– Не вздыхай, еще не конец. Ноги затекли просто. – подмигивает Влад и, развернув меня лицом в подушку, заставляет отклячить ягодицы и пристраивается сзади.

– Да я ничего, – смущаюсь.

– Да я чувствую, что еще “ничего”, не переживай. Все будет. Ох, блин, косы твои так и просятся на грех. – чувствую, как он собирает мои волосы в хвост и, намотав на кулак, тянет на себя. – Погнали?

Прогибаюсь, непроизвольно откидывая голову.

– У меня спина больная. Если меня переклинит, побежишь за Диклофенаком, – рычу от медленного толчка.

– И грелочку на поясницу организую, – возбужденно усмехается Влад, ускоряясь. – И массаж йони сделаю. Расслабься, баб Наташ.

– Убью, – усмехаюсь, но из груди вырывается стон.

Так меня еще никто и никогда не выкручивал. Мое тело натянуто как тетива и каждое движение мощных бедер чувствуется особенно остро.

– Ай, – морщусь, прогибаясь сильнее и сжимаясь от очередного толчка, потому что внутри все пульсирует. – Ай!

– Что, уже заклинило? – Влад с усмешкой рычит, ускоряясь и отпуская мои волосы. Прижимает за лопатки к дивану.

Уткнувшись лицом в подушку, стону от нарастающего удовольствия. Оно разбегается нетерпеливой дрожью по всему телу, а потом взрывается спазмами между ног и фейерверком перед глазами.

Замираю, растекаясь по скомканной простыне, но одно молодое и выносливое чудовище, кажется, даже не собирается останавливаться, лишь замедляется немного.

– Ты решил меня затрахать до смерти? – усмехаюсь, немного поворачиваясь к нему.

– Мне кажется, такой смерти можно только позавидовать, не? – шепчет на ухо, навалившись сверху на меня и покрывая шею и плечи поцелуями.

Передергиваюсь от мурашек и непроизвольно завожусь снова, но он внезапно ускоряется и за несколько коротких толчков заканчивает с хриплым рычанием. Выходит так же резко, как вошел, падает на спину и тяжело дышит.

– Блядь… – вытирает лоб и смотрит на мокрую руку. – С девочками было проще.

– В смысле? – разворачиваюсь к нему, прекрываясь одеялом.

– Да, – отмахивается, – сноровку потерял. Чикс трахать проще было. А тебя еще попробуй отрахай.

– Сам виноват, – дергаю бровью удивленно.

Тоже мне заявочки. Будто я его заставляла.

– Так точно, вину признаю. Готов отрабатывать пару раз в день. Ща в душ схожу и продолжим. – устало улыбается и подмигивает.

– Не-не-не, дорогой, – с нервным смешком отползаю от него подальше. – Я старенькая. У меня спина и давление.

Влад ловит мою ногу и дергает на себя.

– Влад! – рычу, отбрыкиваясь.

Вырываю ногу и, вскочив на четвереньки, собираюсь сбежать, но охаю от неожиданного прострела в спине и замираю, схватившись за поясницу.

– С раритетом надо аккуратнее, я понял. – тут же садится Влад и, убрав мою руку, разминает место, за которое я схватилась. – Блин, но поза заманчивая.

– Только попробуй, – скулю, зажмурившись.

25. Волчица

Лежу, укутанная в одеяло после массажа спины. С кухни доносятся звуки готовки. В голове – пустота. Я дремлю и не очень-то и верю во все происходящее.

Обо мне впервые с того момента, как я стала жить отдельно от родителей, заботятся. Не считая дружеской заботы коллег, конечно. Именно вот так: по-семейному будто.

– Где ты там, хворушка? – раздается вздох над головой. Выныриваю из дремы и оборачиваюсь на Влада. – Я блины приготовил. Сейчас принесу, просыпайся.

Блины.

Вот этот огроменный опасный мужик мне приготовил блины.

Сажусь аккуратно, но напряжения в пояснице нет. Размял меня Влад так, что укол не потребовался.

Придерживая одеяло на груди, усаживаюсь поудобнее. Вообще-то, если проанализировать, то нормальные женщины так себя не ведут. Нужно быть поскромнее как-то что ли.

Но я сейчас не в состоянии анализировать, мне слишком хорошо после всего, что произошло. И мужик, который грозился меня убить, сейчас будет меня кормить. Кажется, еще немного – и сама себе завидовать начну.

А, с другой стороны, – что, я не имею права денек побыть слабой женщиной?

Влад заходит в комнату с тарелкой и кружкой чая в руках. Ставит на журнальный столик и придвигает его к дивану. Садится рядом со мной и молча смотрит.

– Вау, – разглядываю тарелку, где аккуратными треугольничками выложены тонкие блины, а в середине стоит соусница со сметаной. – Выглядит очень красиво.

– Пробуй, – усмехается он и, обмакнув блин в сметану, тянет к моим губам.

– Ммм, – облизнув с губ сладкую сметану, закатываю глаза. – Как в садике!

Влад явно сдерживает улыбку, потому что на его щеках прорисовываются ямочки.

– Где ты научился так готовить? – оглядываюсь, в поисках своего свитера и тянусь к нему, но Влад перехватывает мою руку.

– Просто с детства была тяга, – окидывает мою оголившуюся грудь восторженным взглядом. – Не прячься, красивая же.

Смущаюсь, но не сопротивляюсь, позволяя разглядывать себя, пока