Покойся по кусочкам - Кэндис Райт

Наношу удар в живот, один за одним, пока сосунок не начинает задыхаться и не пытается согнуться пополам, но Мидас крепко держит его, не давая упасть.

— Ирония в том, что именно умение Эмити обезоружить позволяет тебе сейчас уйти отсюда живым. Если бы ты хотя бы пальцем ее тронул, я бы убил тебя лично.

Снова бью его в лицо, попадая в переносицу. Слышу хруст ломающейся кости, и горячая кровь брызжет мне на лицо. Еще один удар — в висок. Он вырубается на месте.

Мидас роняет его на пол, и я довольно ухмыляюсь, когда голова Хикса с глухим звуком бьется об бетон.

— Позови Дайса и Хупса. Пусть соберут его шмотки и выкинут отсюда. Хочу, чтобы они наглядно увидели, что их ждет, если они облажаются, — приказывает Блейд.

Мидас кивает и уходит.

— Что-нибудь еще узнал об этой Эмити? — спрашивает Блейд, пока я мою руки от крови.

— Узнал, что хочу ее.

— Не хочу ломать кайф, Джи, но тебе нужно знать о ней больше.

— Работаю над этим. Не думаю, что она шпионка, засланная следить за клубом. Чуйка так подсказывает.

— Ты не особо объективен в этом вопросе. Нужно больше, чем просто чуйка. Выясни подноготную, прежде чем полезешь к ней в постель. Не собираюсь ставить клуб под удар, особенно после всего, что мы пережили. Эта девушка не так проста, как кажется. Напоминает ситуацию с Кингом и его бывшей, Мелли, когда выяснилось, что они оба были агентами под прикрытием в «Разрушении» и «Демонах». Та ниндзя-фигня, которую выкинула Эмити, не по зубам обычной девчонке. А вот для федерала — вполне привычное дело.

Стискиваю зубы, но молчу. Правда в том, что у меня есть всё, для того, чтобы раскопать ее биографию. Просто тяну время.

Беру полотенце и решаю сменить тему:

— Завтра начинают снимать фильм. Слышал, что большая часть актеров и съемочной группы остановится в «Бридженде».

— Как будто у них есть выбор. Если только они не хотят платить за почасовую аренду, — усмехается Блейд. — Уже известна дата, когда они собираются снимать у нас?

— Да, девятнадцатого, если всё пойдет по плану.

— Ладно, сообщи всем. Хочу, чтобы здесь всё было готово, и чтобы все вели себя как шелковые. Если кто-то начнет ныть, напомни, что они сами на это согласились, — говорит Блейд.

Киваю и выхожу из барака, засовывая кастет в карман. Оставляю Блейда у салуна и направляюсь на стрельбище — нужно отвлечься.

Блейд хочет, чтобы я покопался в прошлом Эмити. Понимаю, почему, но это всё равно злит. Чувствую, что если залезу в ее личную жизнь, это станет последней каплей. Блейд загоняет меня в угол. Не знаю, понимает ли он или ему просто плевать, но я не готов сдаться. Не могу выбросить ее из головы. И, если честно, со мной давно такого не было.

Рыкнув от раздражения, трясу головой и сосредотачиваюсь на стрельбе. Заряжаю пистолет, поправляю хват, нацеливаюсь и нажимаю на спусковой крючок. Ритм выстрелов на время освобождает голову от лишних мыслей.

Когда заканчиваю, солнце уже садится, а из клуба доносится громкая музыка. Вздохнув, собираю свои вещи и направляюсь обратно в салун.

— Эй, Джи, я уж подумала, куда ты пропал. Не нужна компания? — раздается голос Легс37.

Улыбаюсь ей, но качаю головой.

— Приятно знать, что хоть кто-то скучал по мне. Куча дел, прости.

Она пожимает плечами.

— Ладно, без проблем.

Разворачивается, вздыхая, и делает шаг, но я мягко хватаю ее за руку:

— Всё в порядке?

Легс напоминает Лил — ее здесь не считают просто клубной девчонкой. Она всегда готова выслушать и помочь, не важно, кто перед ней — брат, старушка или другая девушка из клуба. Несмотря на тяжелое прошлое, в ней много тепла. Она пришла к нам после истории с Беаром. Тогда многие девушки хотели уйти, но не из клуба как такового — просто сменить атмосферу. Некоторые из «клубных заек» перешли в «Хаос Демонов».

— Всё нормально. Просто неудачный день. Ты же знаешь, бывает, — пытается отшутиться она.

Не верю. Хватаю ее за руку и веду в клуб, прямо в свой офис. Закрыв за нами дверь, усаживаю ее на стул и складываю руки на груди:

— Говори. Иначе притащу тебя к Блейду.

Она вздыхает и проводит рукой по волосам:

— Думаю, мне пора уходить.

— Уходить? Куда?

— Не знаю. Просто… подальше отсюда.

— Что-то случилось?

— Нет. Просто устала, Джи. Жизнь клубной девчонки — всё, что я знаю. Было и хорошее, и не очень, — она усмехается с горечью. — В детстве думала, что смогу справиться с любыми трудностями.

Она замолкает, пытаясь справиться с эмоциями.

— А сейчас… нужно что-то большее. Мне двадцать девять. И, честно говоря, стоять на коленях уже не так просто, как раньше, — усмехается она.

Не могу сдержать легкую улыбку в ответ, но внутри всё сжимается.

— Ты знаешь, что можешь рассчитывать на нас, если что. Мы — семья. И если тебе нужно что-то другое — найди это. Просто не исчезай по-тихому.

Она кивает, глядя в пол, но я вижу, как тяжело ей дается это решение. И понимаю ее. Жизнь в клубе — не для всех.

— Мы оба знаем, что ты в лучшей форме, чем большинство людей, включая братьев. Вижу, как каждое утро ты делаешь свои йоговские штуки. Я ведь не раз закидывал твои ноги за голову, — подмигиваю, заставляя ее рассмеяться.

— Я люблю вас, ребята. Видела и хорошее, и плохое, всё, что может предложить мотоклуб, и эти последние несколько лет с вами были самыми счастливыми… — она прикусывает губу и отворачивается, но я все равно замечаю слезу в ее глазах. — Самыми счастливыми годами моей жизни, и я провела их на коленях или на спине. Понимаю, как это звучит. Похоже, я всегда жила моментом. Но теперь, когда Саншайн беременна…

— Ты хочешь того же, что есть у нее, — заканчиваю фразу.

— Я хочу ребенка, — шепчет она, вытирая слезу. — Хочу мужчину. Не двух, не трех, не четырех. Одного, который будет любить меня так, будто я что-то значу. Который не выгонит меня из постели на рассвете и не похлопает по заднице после того, как закончит свои дела.

Переворачиваю стул и сажусь верхом на него, опираясь руками на спинку.

— Понимаю. И ты заслуживаешь этого.

Она смеется, но в этом смехе нет ни капли радости.

— Кто, черт возьми, захочет быть со мной, Джи?