Плохой мальчик - Катерина Пелевина

меня впервые ощущение, что меня дома ждут. И это пиздец как странно, конечно, учитывая мой образ жизни. Мне бы не забыть об этом существе… Я ему, конечно, еды и воды оставил, но мало ли что… Жалко же животину… Да он вдобавок такой дрищуган, блин. Вчера на еду напал, словно неделю вообще не видел… И мне стрёмно стало. Будто что-то внутри отозвалось к этому бедолаге. Может, я в нём себя увидел, не знаю.

Сжимаю ручку в руке, пытаясь слушать препода.

А Марина так смотрит при этом…

«Ещё не передумала? А-то моё терпение начинает иссякать»…

Читает сообщение и прячет телефон, не отвечая… Мне нравится смотреть на её спину… На тёмные волосы, рассыпанные по плечам. На лифчик, контура которого просвечивают через ткань блузки… И сразу хочется расстегнуть. Зажать в угол и не отпускать. Хочется тоже.

Меня к ней тянет… Через стол, через стены, через любые преграды тянет. И это пугает меня самого, по правде говоря.

Вчера, когда она потянулась ко мне сама, я мог и ответить, конечно. Но мне было важно показать ей, что это она сделала, а я не взял. И она увидела, конечно… Дико испугалась, застеснялась. Реакции очень незнакомые для меня, но прикольные, должен признать.

И как только пара заканчивается, она тут же бегом собирает свои вещи и пулей бежит вниз, словно ужаленная… Её девчонки смотрят на меня.

Вот дурочка, а…

К моему везению и к её несчастью, дверь в следующую аудиторию оказывается закрытой, и она стоит там, сжав в руках свою сумку. И я вплотную подхожу к ней, не боясь ни обидеть, ни напугать. Потому что надоело, что бегает от меня до одури.

— Отойдём? — спрашиваю, столкнувшись с ней взглядами.

— З… Зачем? Я вроде всё сказала…

— А я нет, — говорю ей, и она тут же смотрит по сторонам, видимо, пытаясь получить одобрение от своих девок. — Завязывай с этим. Пошли…

Иду сам и жду, когда она пойдём за мной. Ладно, через несколько секунд она всё же отходит по моему приглашению…

Сглатывает, будто нервничая, я смотрю на неё… И все слова, блядь, куда-то улетучиваются. Глаза у неё… Пиздец просто. Зелёные… В крапинку. И самое, наверное, притягательное, что без всей этой поеботы. Краски там, ботекса и прочего. Она и без этого действительно красивая.

Взгляд мой, как обычно, тянется к губам. Она это чувствует и напрягается сильнее. Не могу сказать, что мне понравилось её целовать тогда в привычном смысле слова, потому что она зажалась вся. Отмереть никак не могла. Окаменела, задубела, испугалась. А мне хотелось по-нормальному. И сейчас хочется…

— Говори, что тебе нужно, — злобно шепчет, озираясь по сторонам, пока я ухмыляюсь.

— В душе не ебу… Просто посмотреть на тебя хотел…

Она начинает дышать быстрее, словно мои слова её напугали или другое слово, о значении которого, она, походу, даже не догадывается…

— Что снилось?

— Что?

— Ну тебе что снилось…

— Не знаю… Не помню даже… — отвечает не смело.

— М-м-м понятно. А мне ты…

Щёки тут же вспыхивают румянцем. Она сильнее сжимает лямку на плече и смотрит на меня несчастным потерянным взглядом.

— Ты меня отпустишь?

— А я что… — слоняюсь чуть ближе. — Тебя держу? — спрашиваю с улыбкой, и она тут же дёргается в сторону, но я перехватываю за руку. Сжимаю её пальцы своими, заглядываю в глаза. — После пар не торопись никуда… Съездим в одно место…

— Анжей, я не могу…

— Какие-то неотложные дела?

— Учёба…

— Да похер мне на твою учёбу. Сказала бы «мама», я бы поверил. А так… В половину шестого на крыльце. Не придёшь — пеняй на себя, я уже не буду таким добрым… — отпускаю её руку, как раз когда приходит препод, открывая для всех дверь, и я иду на самый верх аудитории, подальше от неё, пока реально не потерял терпение и не сожрал её прямо здесь при всех, нахрен…

Глава 19

Марина Чемезова

Каждое его касание вызывает у меня дрожь по телу… Я озираюсь и понимаю, что на меня теперь все смотрят. Я больше не невидимка, с тех самых пор, как он решил обратить на меня своё внимание, но забыл спросить, нужно ли это мне… Я вижу эти намёки…

Это вовсе не восторг. Это зависть, ненависть, это людское проявление агрессии на то, что они хотят иметь, но не получают. Мне навязывают это силой…

— Вы весь день переписываетесь, да? — спрашивает Аня в уборной, намазав губы ярко красной помадой и тянет ту мне. — Бери. Оберег от Чернова. — хихикает.

— Думаешь, его это остановит?

— Обычно парней останавливает. Хотя Чернов тебя, наверное, и с ней сожрёт, — отшучивается, и Оля заливается ржачем в кабинке.

— Ну, девочки! Прекратите! Мне вообще не смешно! Он пригрозил, что если не пойду с ним сегодня, будет хуже… И я не хочу проверять…

— Ой… Всё, — выходит Оля из туалета. — Сколько можно о нём трепаться, а? Всё с вами понятно. На тусу пойдём в субботу?

— Какую тусу? — хмурюсь я, потому что ничего не слышала…

— Как на какую, — толкает меня Аня в плечо. — Я же тебе вчера скидывала!

— Я не смотрела…

— Ну, конечно… Другое она смотрела…

— Ань…

— В общем, Соколов устраивает огромную тусовку у себя дома, потому что его родаки свалили в Грецию. А у него круто… Басик там, бильярд… Вообще всё прикольно…

— М-м-м… А вы разве дружите?

— Какая, блин, разница? Марин… И ты идёшь…

— Нет… Конечно, нет. Я в такие места вообще ни за что…

— Боже, — закатывает Оля глаза. — Ты меня бесишь…

— А меня бесит то, что ты постоянно об этом говоришь…

— Так ты будь проще! Марина, блин! Это просто пьянка, да и всё!

— Не знаю… Вы идите, конечно. Я дома буду с мамой…

На этот раз Оля молчит. Я знаю, что я ей не очень-то нравлюсь… Это Аня общается с нами двумя и… Выходит так, что мы контактируем. Но мы не подходим друг другу характерами и поведением. Вообще разные…

— Идём?

— Да, идём…

Почти все пары я пересекаюсь с Черновым взглядами. Он больше не подходит ко мне, но явно обозначает мне своё присутствие… Черноты его глаз достаточно, чтобы понять, что он ждёт окончания лекций. А я… Я жду с содроганием сердца…

Выходя на крыльцо, сталкиваюсь с тем, как какая-то девушка касается его локтя и улыбается… Он не отторгает её от себя, рассматривает. Невольно я становлюсь свидетелем того, как к Чернову кто-то клеится. Не могу сказать, что