Жена поневоле, сделка с дьяволом - Кэти Райт

Рената была честной, но иногда с перебором.

Рената была готова на всё ради своих близких, но не видела черт, за которые не стоило переступать.

И я была уверена в том, что, если я однажды убью Фауста Руджери, а после позвоню Ренате Фальконе, то через полчаса она будет стоять у дверей с парой бутылок отбеливателя и бензопилой в спортивной сумке.

Она всегда знала, что именно нужно сделать, и я искренне завидовала её решимости.

Ренату стоило уважать хотя бы за то, что она никогда не боялась. Её храбрости позавидовал бы даже лев.

Но в тот момент я уже заранее знала, что это было плохой идеей.

Рената настигла незнакомца и, вцепившись в рукав его пальто, развернула его к себе лицом.

– Ты разбил телефон моей подруги. – она ткнула пальцем в покрытый трещинами экран. – Извиняйся. –требовательно произнесла она.

Незнакомец пошатнулся. Я ускорила шаг, но было уже поздно. Он с размаху ударил Ренату по лицу свободной рукой.

– Рената! – взвизгнула Элеттра позади меня.

Я смотрела, как ноги Ренаты подкосились, но незнакомец схватил её за воротник курки и замахнулся для второго удара.

Счёт шел на секунды. Ступни замерзли в туфлях на шпильке и постоянно подгибались, когда я с разбегу кинулась на руку незнакомца. Он пошатнулся. Я с диким воплем цеплялась за рукав, будто блоха. Ветер трепал мои волосы, они липли к помаде и то и дело попадали в рот.

Наверное, не только Рената была способна на безрассудство.

Я болталась из стороны в сторону. Почва то и дело уходила у меня из-под ног.

Всё прекратилось так же скоро, как и началось. Рухнув на землю, я больно ударилась коленями об асфальт. Ладони саднило. В мелких сочащихся кровью царапинах была асфальтная крошка.

Надо мной раздался громкий шлепок, и Рената оказалась на земле возле меня. Где-то поблизости закричали Маддлен и Элеттра.

Я попыталась подползти к Ренате. Она лежала лицом на асфальте и глаза её были закрыты.

Нет. Нет. Нет.

Глава 16

Я не успела опомниться, как чьи-то сильные руки подхватили меня подмышки и рывком поставили на ноги.

Пошатываясь, я попыталась кинуться к Ренате, но Руджери схватил меня за талию и оттащил, гневно ругаясь под нос:

– Ты сведёшь меня в могилу! Станешь самой молодой вдовой Восточного Побережья, а мы даже не женаты!

– Нет! Я должна ей помочь! – вопила я, тщетно отбиваясь.

Волосы закрывали глаза, а холодный воздух обжигал легкие.

Когда взявшийся из ниоткуда Фауст остановился, я взглянула туда, где должна была быть Рената, но вместо этого обнаружила Этторе Д’А́нджело и Кармина Кавальере, что забивали мужчину ногами. Чуть поодаль, рядом с Маддлен и Элеттрой, стоял Акиле Скалетта. На его руках безмятежно покоилась Рената.

Её голова свисала с предплечья Скалетта, и я впервые поймала себя на мысли о том, что даже неуязвимая и гордая Рената Фальконе, наследница многомиллиардного банковского бизнеса, была обычным человеком, которого легко сломать.

Фауст Руджери развернул меня лицом к себе и, вцепившись в предплечья, с силой тряхнул.

– Что он сделал? – прорычал мне в лицо.

Я попыталась отодрать волосы, прилипшие к помаде, когда заметила, как дрожали разбитые в кровь ладони.

Фауст Руджери опустил взгляд на мои руки, и хватка на моих плечах ослабла. Его глаза, казалось, стали совсем черными, как у демонов с церковных фресок.

Время будто остановилось. Мы с моим будущим мужем стояли слишком близко, я видела, как резко вздымалась его грудь под рубашкой, а с губ слетали едва ощутимые облачка пара.

За спиной слышались голоса.

– Поднимай его. – командовал Д’А́нджело. – Хочу, чтобы я был последним, что он видел.

Я попыталась обернуться, но Фауст Руджери вновь вцепился в мои плечи, не давая это сделать.

– Не смотри туда. – прорычал мой будущий муж, перехватив меня одной рукой за плечи, а второй удерживая лицо за подбородок. – Ты не хочешь этого видеть.

Не вопрос. Утверждение.

И он был чертовски прав.

– Я не знал… клянусь! – послышался натужный хрип незнакомца. Его слова терялись в бульканье, а у меня от ужаса подкосились колени.

Если бы не Фауст Руджери, то я бы рухнула на асфальт.

Звуки ударов стихли, и улица на пару мгновений погрузилась в ужасающую тишину.

Сердце билось где-то в опустевшей от страха голове, ладони и колени горели огнем после приземления на асфальт.

Произошедшее казалось неправильным, но то, что происходило позади меня было куда хуже.

Мафия не прощала многих вещей, строилась на завышенных ожиданиях от её участников и строгих правилах, которые злили. Но где-то глубоко внутри я надеялась, что многие вещи, которые казались нормальными всего десять-пятнадцать лет назад канули в Лету.

Несмотря на мои возмущения, теперь женщины могли получить образование, хоть и работать на кого-то, кроме своего мужа считалось позором.

Но кое-что, самое страшное, осталось неизменным: за проступки наказывали кровью.

Банды больше не слонялись по улицам, а чудовища теперь пили эспрессо, принесенный секретаршей, сидя в кожаном кресле огромного кабинета.

Результаты казней теперь показывали по телевизору под новыми лозунгами.

Больше не было «разбойных нападений», остались только «покушения и убийства глав корпораций», даже если холдинги были построены на чьих-то костях.

– Как говорит мой брат Фауст, – послышался полный издёвки голос Д’А́нджело. – «правильная информация подобна ключу, открывающему все двери». И сегодняшняя дверь привела тебя к смерти.

Я замерла. Всё внутри сжалось от ужаса, когда незнакомец за моей спиной издал страшный, совсем не похожий ни на что из того, что мне доводилось слышать раньше, звук.

Это не было похоже на фильм, да даже на жизнь похоже не было.

Меня обуял первобытный ужас, губы задрожали, а внутри вместе с тем мужчиной что-то умерло. Окончательно и бесповоротно.

Это было похоже на липкий кошмар, от которого хотелось поскорее отмыться и забыть.

Но я-то знала, что эту ночь я буду помнить до конца своих дней.

Я подняла голову и с ужасом обнаружила, как Фауст Руджери с мрачной улыбкой смотрел на убийство.

Меня затрясло. Тело будто одеревенело и совершенно перестало слушаться, когда хватка Руджери ослабла на моих плечах.

Его правая рука расслабилась на моём подбородке, шрам на ладони обжигал кожу на моей шее.

Он убийца. Убийца, даже если просто стоял и смотрел.

Я кусала щеки изнутри до