Жена поневоле, сделка с дьяволом - Кэти Райт

– Ты уверена?

Я обернулась, следя за её взглядом, когда увидела вошедших в ресторан уже знакомых мне мужчин. Среди них был Фауст Руджери.

Мир вокруг будто потерял краски. Гости будто поблекли и исчезли. Остался только Фауст. И он был в бешенстве.

Глава 14

Если судьба и существовала, то у неё было отвратительное чувство юмора.

Сердце колотилось где-то в горле, руки дрожали, а губы судорожно хватали воздух, пока я смотрела за тем, как Фауст Руджери размашистыми шагами направлялся к столику, где сидела Элеттра и Маддлен. Туда, где стоял ничего не подозревавший Таддео Монтолоне.

– Что делать? – прошептала я, заметив косые взгляды от двух молоденьких актрис, что не раз светились на кабельном.

Мне было плевать, если ни слышали наш разговор.

Страх парализовывал. Он проникал в каждую клеточку тела, отравляя разум.

– Может, стоит подойти? – лепетала я.

Рената покачала головой, исполненная решимости.

– Ещё не время. – прошипела она, толкая меня плечом. – Соберись. Когда я скажу, что нам пора – ты будешь естественно и торжествующе улыбаться, поняла меня?

Ответа Ренате не требовалось. Она, будто пантера, выжидала лучший момент.

Таддео отшатнулся. Стоило Фаусту Руджери приблизиться к столу. Пальто на моем будущем муже было расстегнуто, под ним виднелась белая рубашка и жилетка.

Где бы он ни был, пиджак он точно позабыл надеть в спешке.

За Фаустом Руджери тенью следовали его друзья. Акиле Скалетта сел на свободный стул, заняв первый ряд для просмотра, Кармин Кавальере и Этторе Д’А́нджело встали по обе стороны от Руджери.

Выглядело это странно. Они то ли готовились оттаскивать его от Таддео, то ли хотели помочь добить.

– Пойдём, дорогая. – Рената обняла меня за плечи, толкая вперёд.

Я нехотя повиновалась.

Первым нас заметил, как ни странно, Таддео Монтолоне. За ним обернулся Кармин Кавальере и Этторе Д’А́нджело.

Мой будущий муж не сводил взгляда с Таддео, пока Этторе не усмехнулся:

– Твоя невеста оказалась умнее, чем ты думал.

Фауст развернулся. Рената перехватила меня так, как сделала это для фотографии в туалете, а я выдавила из себя улыбку.

Фауст Руджери замер, но всего на мгновение. Я была готова поклясться, что слышала скрежет шестеренок в его голове даже с расстояния в пять метров, что нас разделяло.

Сердце бешено колотилось в груди, но я самодовольно повела плечами и вздернула нос.

– Здравствуй, любовь моя. – я первая нарушила молчание.

Внезапно, мой будущий муж позабыл о Таддео и угрожающе шагнул ко мне. Кармин и Этторе вцепились с его руки, не давая приблизиться.

Он хотел меня ударить?

– Я просто поговорю со своей женой. – прошипел Руджери, выпутываясь из хватки друзей.

– Невестой. – поправила его Рената, светясь от гордости.

Фауст Руджери подошел ко мне почти вплотную и, хищно улыбаясь, предложил взять его под локоть. Я смотрела на его руку, представляя, как он без труда свернет мне шею.

И всё же, раз на глупости мне хватило мужества, отступать было уже некуда.

Я взяла жениха под руку и едва поспевала за его шагами, когда тот направился на выход из зала.

Таддео выкрикнул нам вслед:

– Если ты её тронешь – будешь иметь дело со мной!

Я знала, для чего он это делал.

Хотел себя обелить. Хотел быть рыцарем для принцессы в чужих глазах.

Хотел. Хотел. Хотел.

Ему было плевать на то, что было нужно мне.

Я не была принцессой, которую нужно было спасать от дракона.

Фауст Руджери остановился лишь в тихой части коридора. Я не успела опомниться, как он прижал меня к стене. Его руки уперлись в бордовые обои с золотым узором по обе стороны от меня.

– Ну, здравствуй, Рафаэлла. – Фауст Руджери угрожающе навис надо мной. – Думаю, нам есть о чём поболтать, верно?

Я широко улыбнулась, чувствуя дрожь во всём теле. Не столько от страха, сколько от нашей вынужденной близости.

От Фауста Руджери пахло кожей, дорогим парфюмом, виски и мятной жвачкой. Его темно-карие глаза казались почти черными в полумраке.

– Конечно, дорогой. – ласково протянула я, даже не стараясь скрыть притворство.

Фауст скользнул взглядом по моему лицу, а после глубоко вдохнул, будто моя близость его нервировала. Его грудь тяжело вздымалась под рубашкой.

– Как ты оказалась в одном ресторане с этой канализационной мышью?

Несмотря на то, что между нами теоретически мог влезть ещё один человек, я чувствовала, как к щекам прилила кровь от смущения.

– Какой именно? В ресторане полно гостей. – паясничала я, пока Фауст Руджери наклонился ближе.

Наши носы соприкоснулись, а его взгляд буравил во мне дыру.

Я не боялась. Почти.

– Ты переходишь все границы. – прошипел он, коснувшись меня кончиком носа. – Как давно это продолжается?

От его нелепых подозрений мне было просто смешно.

Сам Фауст Руджери решил закатить мне сцену ревности, когда о его любовных похождениях мне доложили на помолвке!

– Дорогой, это ты переходишь все границы, прилипая ко мне, будто медуза в лифчике. – я поправила воротник его рубашки и мой будущий муж замер, затаив дыхание. – Если ты хочешь поговорить, то давай сядем за стол и обсудим то, что тебя волнует. Проблемы с твоей подружкой Аурелией? Что-то на работе? – я скорчила невинное выражение лица, заглядывая ему в глаза.

Фауст Руджери выглядел так, будто вот-вот взорвётся.

Имя Аурелии из моих уст явно добавило ему головной боли и он поморщился.

– Я тебя недооценил. – прошептал он, едва не касаясь моих губ.

– Это твоя первая ошибка. – сладко протянула я. Продолжая укладывать его воротник, что и без моего вмешательства лежал идеально.

– И какая вторая? – нехотя принял правила игры Руджери, натянуто улыбнувшись.

– Если бы я знала, что этот придурок здесь появится, то стала бы сюда приходить? – я подняла бровь. – Я была свято убеждена в том, что ты приставил ко мне своего лакея после твоего первого же сообщения.

Фауст отстранился. Его руки все ещё обнимали меня на расстоянии, упертые в стену.

– Хочешь сказать, он пришел сюда случайно? – фыркнул мой будущий муж, ни на миг не допуская такой возможности.

– Раз ты смог меня выследить, то и ему это под силу. – я скрестила руки на груди, широко улыбаясь. – Кажется, он первый застолбил место на бракосочетание.

Лица Фауста Руджери помрачнело. Он