После развода. Хозяйка морковной усадьбы - Инари Лу

Мы быстро завтракаем. Дракон окончательно приводит себя в норму. После мы отправляемся за водой.

Во дворе Маркос превращается в настоящего дракона. И я с каким-то ужасом взираю на его лапы и крылья.

«Садись» — мысленно произносит он, и я почему-то понимаю это.

Забираюсь ему на спину и крепко вцепляюсь в шею.

И уже буквально через несколько минут мы оказываемся на поляне с родником.

Я быстро заполняю сосуды и мы вновь взмываем вверх.

Надо же, как круто лететь в небе и ничего не бояться. Никогда не думала, что такое может со мной произойти.

Дракон медленно парит в воздухе. Как будто хочет показать мне все прелести полета. Обратно мы возвращаемся намного дольше. Он кружит над какими-то полями, пролетает лес и показывает мне ту самую деревню, в которую мы ходили с Элис за едой.

С высоты все выглядит намного иначе. Мелкие силуэты быстро передвигаются в разные стороны.

Это выглядит словно ожившая схема.

«Нравится?» — спрашивает он.

«Да! Здорово!» — мысленно отвечаю ему.

Мы делаем еще один круг и возвращаемся в мое пока унылое поместье.

Воду я оставляю на кухне.

Дракон снова перевоплощается в человека и следует за мной.

— Ну и где твои Хельмуты? — спрашивает он.

— Скоро приедут. Они и так мне помогают по доброте душевной. Поэтому, когда смогут, тогда и появятся.

— Где у тебя вход в подвал? — вдруг спрашивает он.

Я тут же напрягаюсь. Там он точно почует энергию Кроума.

— Двери туда заперли братья. И оставили защитные знаки. Тебе наверное туда лучше не ходить.

— Позволь мне самому решать, что мне делать, — холодная улыбка касается его губ. И он уверенно шагает к двери, ведущей в подвал.

Я следую за ним.

Он дергает за ручку, но дверь не открывается. Он снова пытается, и снова все бесполезно.

— Неужели, ты права? — задумчиво трет подбородок.

— Маркос, у тебя ничего не выйдет, — раздается за нашими спинами голос Ларса.

Я оборачиваюсь и вижу братьев.

— Снимите защиту, — строго произносит он.

— И не подумаем. Мы защищаем хозяйку усадьбы. И только ее слова имеют значения.

— Отлично, — он разворачивается. — Тогда объясните мне, как моя рана исчезла? Я ведь точно знаю, что это была энергия лунного дракона.

Братья молчат какое-то время. Видимо, обдумывают ответ. Я тоже стою и не шевелюсь.

— Эликсир, — произносит Ларс. — Всего навсего.

— Нет! — продолжает упорствовать Маркос.

— Да. Этот эликсир был создан на основе лечебной энергии драконов. В этом ты прав. Но можешь быть уверен, представителей лунного рода здесь нет.

— Черт! — вдруг злится Маркос. — Других способов не нашлось?

— Нет, — мотает головой Ларс.

— А что плохого в этой энергии? — не понимаю я.

— Все плохо! — смотрит на меня Маркос. — Мне придется остаться у тебя, пока эта энергия не выветрится.

— Что? — в ужасе переспрашиваю я. — Почему?

— Я не могу явиться в свои владения, источая лунную энергию. Придется пожить у тебя.

Глава 26

Я с удивлением взираю на дракона.

Что значит: пожить у меня? В моем поместье? На земле, которую ты и твои соратники уничтожили?

Ты хочешь здесь жить, пока какая-то там энергии не испарится?

— Ну уж нет! — категорично заявляю я. — Я тебе помогла, раны твои излечили, так что ищи другое прибежище.

— Я не спрашиваю, Ингрид! — холодным тоном произносит он. — Я ставлю тебя в известность. Жить я буду здесь и нигде больше.

— Нет, — снова сопротивляюсь я. — Это невозможно! — чувствую, как паника нарастает.

Если он останется здесь, то где будет жить Кроум? Ему нельзя будет возвращаться сюда. Иначе Маркос его уничтожит.

Ларс и Том уходят в другую комнату и начинают заниматься ремонтом. Я слышу то стук инструментов, то шепот каких-то заклинаний.

— Почему? — прищуривается Маркос.

— Я… — запинаюсь. — Я не хочу, чтобы здесь жили посторонние!

— Тогда почему ты позволяешь здесь находиться лунному дракону?

Вопрос повисает в тишине.

Кровь отливает от лица.

Сердце бешено колотится в груди.

— Я не понимаю, о чем ты, — выдавливаю из себя, стараясь сохранить невозмутимость.

— Не лги мне, — голос Маркоса становится еще холоднее, словно ледяной клинок. Его золотые глаза сверлят меня насквозь. — Я чувствую его присутствие. Лунная энергия пропитала каждый камень этого проклятого поместья. Думаешь, я не распознаю след того, кто исцелил мою рану?

Я инстинктивно отступаю на шаг назад. Воздух между нами накаляется.

— Маркос, послушай!

— Где он? — огненный дракон делает шаг вперед, и я вижу, как в его глазах вспыхивают языки пламени. — Где этот лунный выродок?

— Не смей так о нем говорить! — вырывается у меня прежде, чем я успеваю осознать свои слова.

Проклятье.

Я только что выдала Кроума.

Маркос усмехается. И смотрит на торжествующе.

— Значит, я прав. Он здесь. И ты его защищаешь.

В соседней комнате стихает стук инструментов. Братья Хельмуты явно прислушиваются к нашему разговору, но не вмешиваются.

— Маркос, ты не понимаешь, — пытаюсь я достучаться до него. — Кроум добрый, он никому не причиняет вреда. Его магия исцеляющая, он помогает мне.

— Помогает тебе? — Маркос смеется, и этот смех лишен всякого тепла. — Лунные драконы не помогают людям. Они используют их. Манипулируют. Притворяются друзьями. Ты просто не видишь, как он тобой играет. Что он тебе наплел про свой род?

— Это неправда!

— Позови его, — требует Маркос. — Пусть выйдет и посмотрит мне в глаза. Если он такой благородный, как ты утверждаешь.

— Нет! Ты его убьешь!

— Я сделаю то, что должен сделать каждый огненный дракон при встрече с лунным отродьем.

Я чувствую, как паника сжимает горло. Нужно срочно что-то придумать.

И тут из-за моей спины доносится тихий, спокойный голос:

— Не нужно, Ингрид. Я сам выйду.

Нет.

Нет, нет, нет!

Я резко оборачиваюсь. Из дверного проема, ведущего на улицу выступает Кроум. Его серебристые волосы мягко светятся в полумраке, а бледно-голубые глаза излучают печаль и решимость одновременно. Он в своей человеческой форме — высокий, изящный, совершенно не похожий на грозного дракона.

— Кроум, не надо! — бросаюсь я к нему, но он мягко останавливает меня, положив руку на мое плечо.

— Всё в порядке, — тихо говорит он. — Рано или поздно это должно было случиться.

Маркос застывает. Температура в комнате подскакивает еще выше.

Я вижу, как его руки сжимаются в кулаки. А по его коже пробегают красноватые отблески. Его драконья сущность рвется наружу.

— Лунный дракон, — произносит он с такой ненавистью, что у меня мурашки бегут по коже. — В моем присутствии. Ты посмел исцелить меня своей мерзкой энергией?

— Я исцелил умирающего, — спокойно отвечает Кроум. — Разве это преступление?

— Ты осквернил меня! —