Слово короля. Слезы попаданки - Татьяна Антоник

Рубен, который мешал, но божился, что помогал на забеге с зомби, незнакомый мне вампир, еще одна девушка и… Эндрю, собственной персоной. Парень, кстати, лучился от счастья, хоть и выглядел очень помятым.

— Как ты себя чувствуешь? — виновато поинтересовалась я.

— Ты правда хочешь знать? — изогнул он бровь. — П…

Конечно, его перебила взъерошенная и нагловатая Тамила.

— Нет, она хотела сгладить неловкий момент, Эндрю, не тупи. Мы поняли, что у тебя все прекрасно. Лучше беспокойся о том, где теперь будешь учиться, потому что среди проклятых ты выбиваешься.

— Это да, — поник новорожденный оборотень. — Ну и пошло оно все в бездну, зато я слился с ипостасью.

— Ага, и сломал две теплицы с плотоядными растениями, — нахмурилась адептка Гвард, — Недолго тебе вольным волком бродить. Леди Сара из тебя мигом приведение сделает.

Пришлось прервать эту беседу, потому что меня занимали вопросы насущнее. Как водится, и ребят они занимали: кто я такая, каким способом я сняла проклятие с Ллойда, а могу ли так с ними, ну и коронное — что же сказал ректор Вулф. Увы, с ответами я не торопилась просто потому, что сама ничего не знала.

— А в чем причина этого собрания? — показала взглядом на незнакомых первокурсников.

— О, это твои верные почитатели, — ухмыльнулась Тамила. — Рубена ты уже знаешь, это Чарли, — ткнула она пальцем в вампира, — и Мария.

— А те, — оглянулась я за спину, — мои верные ненавистники?

Вовремя. В столовую зашел Эш, и мгновенно наступила тишина. Он застыл на пороге помещения и явно кого-то искал. Я догадывалась, кого именно. Меня. Посему решила не помогать в этом нелегком деле, спряталась за спиной подруги.

— Не поможет, — хмыкнула брюнетка и поджала губы. — Он тебя почуял. Боги бездны, Белка, я теряюсь в собственных ощущениях. Сочувствовать тебе или завидовать.

— А есть чему завидовать? — жмурилась я.

— Да, наперерез вышел Харт.

— Хм, — изумилась незнакомая Мария. — Что в тебе такого, что за тобой главные красавчики Морока бегают?

Вот только ее ценного мнения мне и не хватало.

— Жажда отмщения. И они не бегают, а явно догоняют, — смиряясь с неизбежным, я все-таки вылезла и посмотрела, что происходит впереди.

Парни напоминали тореадоров, идущих на быка. Вытянутые по струнке, мрачные, серьезные, они не столкнулись, продолжая буравить друг друга глазами. Правда, через секунду оба синхронно воззрились на меня.

Я сглотнула, наблюдая, как каждый пытается обогнать, но не пуститься в бег. Впрочем, за этой молчаливой и показательной схваткой наблюдала не я одна. Даже преподаватели отложили обед.

На одно плечо мне упала ладонь Ходжеса.

— Вставай, надо поговорить.

На второе плечо Аарон сложил свою руку.

— Белочка, оставайся, у меня тоже есть пару слов.

Ощущение, что я между молотом и наковальней. Словно на левом плече демон, а на правом… тоже, но дружелюбнее и приятнее.

— Знаете, — выдавила из себя, осознав, что из зла меньшее не выбрать. Эш не даст уйти с Хартом, а идти добровольно с Эшем я определенно не собираюсь. — Вы пока определитесь, с кем аудиенция важнее, а я поем. Так что, ребят, — обратилась к новоприбывшим, обливаясь холодным потом, поражаясь собственной отбитости, — зачем вы здесь?

— Эм… — открыл и закрыл рот Эндрю.

— Это будет не очень уместно, — мнясь и робея, сообщила Мария.

— Сонни сказала, что ты свою банду собираешь, — простовато объявил Рубен, вызывая ужас на лицах остальных. — Синий пуховик. Мы хотим в нее вступить. Какие требования? И прости, но я бы над названием поработал. Оно не звучит, а я, между прочим, не паренек из деревни, сын главного казначея. Что скажет мой отец? Как тебе «Грозные гарпии», «Могучие мертвецы»…

Адепт Харрис был изумительно бесстрашен. Если у других студентов в острой ситуации мозг работал в режиме обороны, ну, чтобы случайно боевые действия не начать, то Рубена появление старшекурсников, которые и сами возглавляли свои группировки, не смущало.

Он выстрелил правдой сразу. Можно сказать, что выстрелил в меня. Никаких полумер, потому что.

От фразы Рубена я подавилась, но чувствительный толчок в спину от Ходжеса помог мне отдышаться.

— Дотрындитесь, — закончил за него Эш. — Станете настоящими мертвецами. Веймарс, я же сказал, за мной.

— Отвали от нее, Эш, — чуть нажал на меня Аарон, когда я уже медленно начала подниматься. — Видишь, девушка не хочет.

— А я тебя не спрашивал. Я сказал ей, что она пойдет. Она и пойдет.

— Да ты так за нее не переживай, — ободряюще произнесла Тамила, обращаясь к адепту Харту и подмигивая поочередно глазами. — Белка сильная, если что, сама справится.

И будто бы издеваясь, мотнула головой и одними губами произнесла: «Она не справится, выручай». А это для подначивания драки только и требовалось.

Отстранившись от меня, Харт толкнул в плечо Эша. Эш, соответственно, сжал кулаки и потемнел.

— Ублюдок, свалил отсюда, не мешай.

— Я тебе сказал, отвали от Б… Б…

— Зови ее Барабашкой, — услужливо подсказала Сонни, юрко переметнувшись с Тамилой на противоположную лавку.

А я себя чувствовала героиней любовного романа. Только в отличие от героинь, мне досталось не два красивых воздыхателя с титулами, деньгами и готовыми бросить все к моим ногам.

Они, конечно, бросили… саму лавку, почти со мной, потому что я подпрыгнула за секунду, прежде чем им понадобился предмет мебели. Поклонники у меня — закачаешься. Проклятые, страшные, мрачные и определенно в них бесы вселились.

— Да вы оба задолбали! — я психанула и выкрикнула, тем самым остановив зарождающуюся кулачную вакханалию. — Сколько можно? Какого рожна вы привязались именно ко мне?

Ей-богу, я многое готова вытерпеть. Я лишилась мамы, не успев ее нормально оплакать, переместилась в мир, где меня облапошили два престарелых афериста, меня ненавидит адепт, с которым, к слову, я обязана флиртовать и нежничать. В довесок, у меня явные и необъяснимые проблемы с магией. Кажется, я основала клуб слабоумных и отважных, а теперь два идиота тянут меня в разные стороны как натяжной канат.

Клянусь, за эти дни я очень старалась поменьше двигаться и не расплескать те глубинные эмоции, что испытывала. Ну, чтобы этими эмоциями не забрызгать все вокруг.

Я вопила как резаная, используя родные трехэтажные выражения, умело переделывая под местный язык. Напихала им крылаток в панамку, артефактов в филейную часть, послала в отрыжку фейри и прозвала парней хопгоблином и обломанным единорогом.

Подняв взор, осознала, что все, буквально все в академической столовой пялились на меня. И как я позабыла мудрость, что молчание — золото?

— Нет, серьезно, — сделала я свой голос потише, поясняя ошарашенным ребятам. — На мне весь свет клином сошелся? Тут четыре девушки сидит. Взять