Лекарство от разбитого сердца - Анна Сергеевна Платунова

Ещё полгода назад никто не требовал объяснений, для чего некромант провёл реанимацию при остановке сердца у пациента. Теперь же медицинская комиссия прислала распоряжение: брать у пациента согласие на подобное воздействие. Как они это себе представляют?! Откуда вообще появляются подобные идиотские требования? Дарен подозревал, кто строчит на него кляузы.

— Мортенс, надо поговорить. — На пороге кабинета появился именно тот, о ком и думал Дарен.

Фрей Арвелион Альтаэр нарочно опускал в разговоре обращение «тьер», подчёркивая своё презрение ко всем людям в целом и к некроманту в частности. В свою очередь Дарен тоже не собирался любезничать.

— У меня сейчас вечерний обход, Альтаэр, зайди завтра.

— Н-да, понимаю, но всё же дело не терпит отлагательств, — скривил тонкие губы эльф.

— Что ещё за дело?

Тьер Мортенс невольно вспомнил об утреннем препирательстве с Иверсом из терапии. Неужели тот всё же проболтался о несчастном старике консультанту? Не похоже на Саймона. Хоть тот и был до мозга костей правильным целителем, безоговорочно соблюдающим все предписания, данного слова он бы нарушать не стал. Может, пока Дарен задыхался над бумагами в кабинете, Тесса снова допустила ошибку? Тоже вряд ли — обо всех сложных случаях коллеги докладывали ему сами.

— Не далее как вчера в твоё отделение скорой целительской помощи поступил феникс, дон Фламир.

— Всё верно, он уже выписан.

— Фениксы относятся к редким и исчезающим видам, Мортенс, — надменно и медленно, словно читал лекцию в Академии, проговорил фрей Альтаэр. — Ты должен был согласовать со мной метод его лечения.

— Не должен был, — резко ответил некромант. — Возрождение феникса из пепла — естественный природный процесс, свойственный этой расе. Я был уверен, что всё пройдёт гладко. Так и было.

— Естественный, да, однако, дон Фламир не самовоспламенился. Ты устроил для него костёр.

— Использовав искры его собственного огня! — начал заводиться тьер Мортенс.

— А я думал, некромантам не нравятся костры, — ядовито усмехнулся эльф. — Впрочем, это лирика. А пока я попрошу тебя составить для королевской медицинской комиссии объяснительную записку.

— На каком основании?! Нет указа, что я должен был согласовать лечение с тобой. Это не некромантия, а использование резервов организма самого пациента!

Честное слово, Дарену так хотелось съездить по этой надменной смазливой физиономии! Арвелион Альтаэр, как никто другой, умел вывести из себя даже сурового Мортенса. Приходилось сдерживаться едва ли не до зубовного скрежета, чтобы не доставлять носозадому удовольствия.

— Если ты не желаешь ничего делать без указания сверху, то указание пришлют, уж не беспокойся.

— Будет бумага, тогда и поговорим, — закончил Дарен и, натянув халат, направился к двери.

— Кстати, информация о том, что шестилетняя девочка разгуливает по больнице, тоже может просочиться наверх. Понимаю, не с кем оставить ребёнка. Но люди любят почесать языками.

Спина тьера Мортенса, в которую были брошены последние слова, закаменела, но он не обернулся — вышел вон. Нужно было навестить Милену, а уже после устроить вечернюю пятиминутку с сотрудниками. Если, конечно, поток пациентов немного иссяк.

Дарен столкнулся с Терезой, которая вела малышку за руку, у самых дверей ординаторской.

— Где вы были? — сурово спросил он сразу обеих.

— Мы лечили старенького дедушку, — моментально выдала Милена. — Он сказал, что я тоже целительница!

— Это дона Коллин придумала или ты самовольно отправилась в зал скорой помощи?

— Тьер Мортенс, прошу вас, не ругайте Милену, — тут же вступилась Тесса.

Похоже, пока он был занят, его дочь и новенькая успели подружиться. И как теперь следить за дисциплиной, если они начнут покрывать друг дружку?

— Я не вас спрашиваю, дона Коллин, а свою дочь!

— Тереза не виновата, я сама вышла. Здесь было душно. И скучно.

— Мы на работе, Милена, поэтому, если не хочешь, чтобы я запирал тебя в кабинете, придётся потерпеть.

— Ну я терпела-терпела, а потом не справилась, — вздохнула дочь, потупив глаза.

Как же ему хотелось примирительно погладить её по голове и чмокнуть в макушку! Дарен молча указал Милене на продавленный диван и погрозил пальцем.

— Скоро пойдём домой и будем готовить ужин. Подожди меня здесь.

— Сами будем готовить? — тут же воодушевилась дочь.

— Естественно, у нас ведь нет личного повара!

Он махнул рукой Терезе, приглашая следовать за ним в зал. Смена заканчивалась. Выслушав доклады о поступивших больных, тьер Мортенс пролистал журнал регистрации, поставил подпись. Санитары, орк Орби и оборотень Гарр, на каталках развозили пациентов по отделениям.

На ночь сегодня оставалась заведующая хирургическим отделением тьера Бернси, та самая, что снабжала Мортенса отменным кофе. Когда целители и медсёстры отправились переодеваться, она вошла в зал скорой помощи и кивнула на завешенную шторками койку, где мирно дремал утомлённый разговорами старенький тьер Эверет.

— Что будешь с ним делать, Дар? Носозадый настрочит на тебя донос, вот увидишь.

— Это вряд ли, у меня ведь есть официальные сутки. Мы ничего не нарушили.

— Пока нет, но ты же не думаешь, что старик помолодеет до утра и убежит отсюда вприпрыжку?

— Я решу этот вопрос, Нора. Присмотри за ним ночью, он уже слаб.

— Конечно, не беспокойся, — улыбнулась целительница и вышла в приёмный покой.

Шторка едва заметно колыхнулась, тронутая старческой рукой. Тьер Эверет постеснялся позвать заведующего отделением, но Дарен подошёл сам. Старик с благодарностью коснулся его руки, а когда Мортенс по привычке дёрнулся, удержал его узловатыми пальцами.

— Не переживайте, мне вы вряд ли можете навредить, коллега. Родственный дар. Я хотел сказать вам спасибо. Право, не стоило так рисковать из-за меня.

— Перестаньте, разве вы на моём месте поступили бы иначе, тьер Эверет? Да какой нормальный человек позволил бы вам умирать среди бела дня на раскалённом тротуаре? Всё в порядке!

— Завтра… — шёпотом начал старик, а Дарен остановил его жестом.

— Не беспокойтесь, завтра я заберу вас к себе домой. Мы живём вдвоём с дочерью, и у нас есть ещё целых три свободных комнаты. Вы нам совершенно не помешаете! Отдыхайте, всё будет хорошо.

Старичок собрался с силами и приподнялся на локте, чтобы стать чуть ближе к собеседнику. Его голос прозвучал очень тихо, но так уверенно, что у Дарена замерло сердце.

— Всё будет хорошо, тьер Мортенс, потому что завтра вы окажете мне честь