Прощание Тёмного принца - Ольга Дмитриевна Силаева

Роберт покачал головой.

– Не будь идиотом. Если бы мы знали, их бы тут не было.

Аристократические пальцы Роберта сжались на штурвале.

– Этой твари больше нечего терять. Она знает, что проиграла в вашем времени, что от неё почти ничего не осталось. И убивает…

Его голос, в котором появилась предательская хрипотца, прервался.

Повисло молчание. Слышен был только стрёкот лопастей.

Вернон встал и, чуть покачнувшись, сделал два шага по салону. А потом твёрдо положил Роберту руку на плечо.

– Переведи эту штуку на автопилот, – посоветовал он. – Всё равно же ничего не видишь в этом тумане.

– Убери руку!

– Я твой предок, мне можно, – напомнил Вернон. – Кроме того, тебе предложили меня сберечь. Значит, расквасить мне физиономию прямо сейчас – не твой вариант.

Юноша за рулём фыркнул.

– Ты сплошное разочарование для нашей семьи. Предок? Ты вообще заслужил, чтобы твои гены продолжились, Вернон Лютер? Или гены твоей мамочки, например?

Вернон убрал руку с его плеча.

– Мм. Тут ты меня уел, признаю. Может, всё-таки поговорим?

Роберт с мрачным видом нажал пару кнопок и аккуратно зафиксировал руль. Развернул кресло.

– Помнишь Кая? – в упор спросил он. – Стража, правителя сферы, который решил, что может лезть со своими воронками всюду, где ему вздумается? Забирать и выкидывать людей, словно они мусор?

– Очаровательный молодой человек. – Вернон наклонил голову, пристально глядя на своего двойника. – Смею тебе напомнить, не я.

– Ты. Ты и твоё влияние! Кай сражался против Великих! Для него они были худшим возможным злом, которое только могло быть! Стражу в голову бы не пришло возвращать из сферы вещь, которая может помочь кому-то стать Великим или добраться до Источника! – Роберт стиснул зубы. – Но ты – другое дело. Тебе, очевидно, пришла в голову идея, что нашему замечательному миру Великий обязательно пригодится. В итоге, когда Страж уже был побеждён и уходил в небытие, ты – или он под твоим влиянием – напоследок широким жестом перекинул сюда меч. А заодно забросил ту штуку в твоё собственное время. – Роберт кивнул на ящик, где скрылся перстень Таиссы. – Из сентиментальности, я полагаю.

Таисса вспомнила, как они с Верноном нашли кольцо на берегу. Когда она взяла кольцо в руки, мысль, что Кай прислал его ей, не пришла Таиссе в голову. Она была просто рада возвращению перстня, который так много для неё значил.

Но сейчас этот дар предстал перед ней в другом свете. Прощальный подарок Вернону и ей.

– Да, – тихо сказала Таисса. – Про кольцо, думаю, так и есть.

Она вскинула голову и посмотрела Роберту в глаза.

– Но насчёт Кая ты ошибаешься. Его мир уничтожил не Великий. Возможно, Кай в последние секунды действительно осознал, что Великие бывают нужны. Что люди… иногда опаснее. И что мы заслуживаем шанс распорядиться этой силой.

«Иногда войны начинаются и не останавливаются. Эскалация – очень быстрый процесс. Достаточно одного психа, чтобы история закончилась».

– Глупость, – с отвращением бросил Роберт. – И ты знаешь, что это глупость. Ни один Тёмный близко не натворит таких дел, как Великий. Любой, сколь угодно сдержанный, с какой бы лицемерной рожей он ни вещал, что не вмешается, даже когда из-за него…

Его кулаки сжались на коленях.

– Да ты его знаешь! – ахнула Таисса. – Великого Светлого! Ты его видел и разговаривал с ним!

– С малышом Тьеном, который теперь совсем взрослый? – Острый взгляд Вернона не отрывался от лица Роберта. – Или с кем-то ещё?

Ответный взгляд Роберта был таким же твёрдым.

– Ты за кого меня держишь?

– За ребёнка, который на двести лет меня моложе. – Вернон ухмылялся, откровенно разглядывая своё бледнеющее от гнева альтер эго. – Или скажешь, я не прав? Всего лишь на сто пятьдесят?

– Да ты!..

Роберт вскочил.

– Хватит! – повысила голос Таисса. – Сядьте, мы в воздухе! За нами могут гнаться, в конце концов!

Не отрывая взглядов друг от друга, два Вернона синхронно сели.

– Почему меч попал в наше будущее, а не к нам? – спросила Таисса.

Роберт помолчал, взвешивая слова.

– Моя мать считает, Кай думал, вы не готовы к появлению Великого. Кай закинул меч в будущее, потому что тогда Великий пришёл бы в более подготовленный, гуманный и защищённый мир с более равномерным распределением власти. Социальный прогресс, система делегирования, институциональный доступ, компромиссы.

– Это предположение твоей матери, – уточнил Вернон.

– Да.

– Той самой дамы, которая осталась прикрывать наш отход?

– ДА! – Роберт рявкнул на Вернона. – И я даже не знаю, жива она или НЕТ!

Тишина, воцарившаяся в кабине, сделалась такой звенящей, что Таисса боялась слишком глубоко вздохнуть.

– В итоге, – всё-таки решилась заговорить она, – это наша ответственность. Мы должны справиться с Ларой. Но потом нам нужно будет вернуться и вернуть меч в наше время. Как мы можем это сделать, Роберт? Мы можем обратиться к Великому? К вашему Совету? К кому?

Роберт резко рассмеялся.

– К Совету? Пожалуйста. Обращайся хоть сейчас. Можешь даже на колени встать для пущей убедительности.

У Таиссы отвисла челюсть.

– Да ты у нас фактически наследный принц, – присвистнул Вернон. – Или нет?

– Когда моя мать не может присутствовать в Совете по аномалиям, я её замещаю, – равнодушно бросил Роберт. – К вертикали управления это не имеет прямого отношения.

– Разные цепочки подчинения? – быстро спросил Вернон. – Тогда кто у вас самый главный? Не по аномалиям, а вообще?

Роберт наклонился вперёд и улыбнулся очень по-верноновски.

– Тут у меня для тебя очень плохие новости, – доверительно сообщил он. – Дальше меня тебя никто не пропустит. А я говорю тебе, что твои мучения только начинаются.

Он резко развернулся к штурвалу и отключил автопилот.

– Эта история может фатально испортить нам всем жизнь, – бросил он, не оборачиваясь. Таисса невольно поёжилась: холодные интонации напомнили ей Кая.

– Как?

Плечи Роберта Лютера закаменели, и он направил вертолёт вниз. В облаках внизу показались просветы.

– Вы оба не дураки. Так представьте сами: вы уже сделали всё, что хотели в этой жизни? Долетели до Светлого Источника, может быть?

Таисса и Вернон переглянулись.

– Нет, – присмиревшим тоном проговорила Таисса.

– Что будет, если вы здесь умрёте? Если дрянь, которую