Дым и шрам - Гретхен Пауэлл Фокс

Кит от нее больше не сбежит. Элирия доберется до нее и в конце концов заставит прийти в себя. Элирия ни за что на свете не останется в стороне и не позволит Кит уйти на верную смерть.

Она выслушает. Элирия заставит её выслушать.

Если, конечно, не прибьет её первой.

Главный зал замка Люмин в свои лучшие времена, по мнению Седрика, выглядел потрясающе. Теперь же сводчатое помещение, где собрались чемпионы и зрители, казалось… унылым. Толстые слои пыли и гнили покрывали всё вокруг. Расписная фреска со стен осыпалась.

В самом центре зала одиноко стояли Врата — арка с ажурными металлическими створками, распахнутыми в никуда. Красивые, но в остальном совершенно ничем не примечательные. Впрочем, это обманчивое впечатление рассеивалось, стоило Вратам начать светиться по краям, словно они готовились к запуску.

Друзья, родные и просто зеваки сгрудились вдоль стен, пока чемпионы медленно подступали к Вратам. Седрик разглядывал каждое лицо, наблюдая, как они всматриваются в неизбежное будущее. Нескольких он узнал и небрежно махнул рукой Олдену Эшфорду из другого конца зала. В лагере он специально разыскал этого Святого. Седрик соглашался с мнением лорда Черча: заполучить в союзники целителя — идея далеко не худшая, как минимум на первых этапах испытаний. Олден махнул в ответ с восторженной улыбкой. Это хорошо.

Он встретился взглядом с Брэндоном Кормаком, Мудрецом, о котором упоминал лорд Черч. Седрик кивнул чемпиону. Длинная светлая прядь упала Брэндону на лицо, когда тот кивнул в ответ. Седрик счел это добрым знаком, хоть и понимал: телепат может стать как лучшим союзником, так и наихудшим.

Троица других человеческих чемпионов сгрудилась сбоку от Врат, время от времени вздергивая головы, чтобы метать злобные взгляды в сторону чемпионов-арканийцев. Седрик узнал Леону Блэквуд, хоть и успел лишь мельком представиться этой Чародейке. О двух других он не знал ничего: мужчина и женщина с одинаковыми огненно-рыжими волосами и острыми серо-голубыми глазами. Близнецы или по крайней мере родня. Что-то подсказывало Седрику, что с этой троицей надо держать ухо востро.

Несколько арканийцев рассредоточились по другую сторону зала. Коренастый гном с длинной, замысловато заплетенной бородой стоял, скрестив руки, и сканировал зал. Седрик с уважением оценил внушительный молот, прислоненный к стене, и когда синеглазый взгляд гнома упал на него, Седрик кивнул, выражая это самое уважение.

Седрику показалось, будто уголок рта гнома дернулся в ухмылке, но она исчезла так же быстро, как и появилась. В отличие от большинства арканийских рас, гномов в Хейвенсриче терпят и даже уважают.

Впрочем, к другим расам Старого Арканиса это благодушие не относилось — факт, который Седрику пришлось признать, когда его взгляд зацепился за парочку ноктеррианцев, затаившихся чуть дальше. Один что-то оживленно доказывал, размахивая багровыми руками в сторону Врат. Второй его скрупулезно игнорировал — высокий, импозантный тип с индиговой кожей и двумя скрещенными дубинками за спиной. Смоляные волосы были уложены в пучок между двумя изогнутыми рогами.

Седрик попытался подавить неприятный зуд в животе, нарастающий от долгого разглядывания этой парочки.

Наконец его взгляд перескочил на троицу фейри, увлеченно что-то обсуждавших. Седрик как раз приценивался к их телосложению и оружию, пытаясь прикинуть уровень угрозы, когда в ухо донесся голос Тибо:

— Все путем, Рик? — спросил тот, подбираясь ближе. — Мы потеряли тебя из виду.

Седрик изогнул бровь:

— Разумеется. С чего бы не путем?

Харгрейв замер с другой стороны, темные волосы гладко зачесаны и завязаны у затылка:

— Подумали, какая-нибудь ведьма-фейри запустила в тебя коготки по дороге. Уговорила заглянуть в её Святилище, — он пошло подмигнул Седрику, отчего Тибо скривился с отвращением.

Седрик фыркнул, подавив желание дать Харгрейву подзатыльник:

— Едва ли.

Он знал, что стражник шутит, и хоть реакция Седрика была сдержаннее, чем у Тибо, сам повод казался оскорбительным. Возможно, мужик послабее и соблазнился бы мыслью приколоть к своему поясу парочку арканийских трофеев. В чем-то эту слабость он понимал: уникальный формат Испытания давал редчайший шанс завязать близкие отношения, какой большинству людей в жизни не перепадет. Но только не Седрику. Потребуется гораздо большее, чем яркое личико, мерцающие зеленые глаза и милые фиолетовые волосы, чтобы сбить его с правильного пути и изменить своим моральным устоям.

Он нахмурился оттого, насколько конкретным получился этот образ в голове. Он уж точно не имел в виду кого-то конкретного!

Харгрейв похлопал Седрика по спине, поворачиваясь продолжить болтовню с Тибо, и, словно материализовавшись из этих мыслей, перед ним возникла она.

Девушка стояла по ту сторону Врат, идеально вписанная в их эфирное сияние, мягкий свет окрашивал пряди цвета барвинка вокруг ее лица в серебро. Правая рука сжимала резной посох, она слегка наклонилась, перенеся на него вес.

Седрик едва не закатил глаза к потолку, поняв: несмотря на непринужденную позу, она собачится со стоящей рядом фейри. Их голоса гремели на весь зал, перекрывая тихий гул разговоров вокруг. Ему казалось, в помещении не осталось ни одного человека, который не слышал бы каждого слова.

Фиолетововолосую фурию это совершенно не смущало:

— Так, значит, да?! Ты мне даже закончить не дашь, Кит?! — заверещала она.

Та, кого назвали Кит, закатила глаза. Даже через весь зал Седрик видел завораживающий контраст их цвета — один глаза цвета океана, второй как свежая трава. Сложенная крепко, среднего роста, с сочной смуглой кожей и серебристо-белыми волосами до подбородка. На бёдрах висели короткие мечи, а за спиной сложена пара золотисто-серебряных крыльев. Не спрятанных, с интересом отметил Седрик.

— Ты уже сказала более чем достаточно, — ответила Кит.

— Да я даже не начала!..

— Оглядись вокруг, Элирия! Всё уже происходит! Тебе нужно отпустить это!

Элирия.

Имя прозвучало мягче и певучее, чем ожидал Седрик. Он не был уверен, что оно подходит этой фурии, изливающей желчь на свою… подругу? Соперницу? Что они знакомы — очевидно, но нюансов их отношений он не понимал, как и не имел представления о сути их ссоры.

Седрик услышал тяжкий вдох лорда Левиафана Черча за своей спиной:

— Как я и говорил: ни дисциплины, ни выдержки.

— Истинно так, милорд, — согласился Седрик, хотя и не оторвал взгляда от парочки.

До замечания лорда Черча Седрик и не связывал, что именно Элирия и Кит устраивали ту самую… семейную ссору, когда его отряд только прибыл. Неужели они препирались всё это время? Он вздохнул. Во время Испытания они будут невыносимы, если продолжится в том же духе.

— Я не могу отпустить, — сквозь сжатые