Неугодная жена дракона-инквизитора - Дита Терми

Поворачиваюсь к нему и вцепляюсь в щёки Эрдана. Он сошёл с ума. То есть его запасной план — это убить своего брата ради меня? Он точно не в себе!

Глава 21. Переговоры

— Не вздумай этого делать! — возмущаюсь я.

— Серьёзно?

На лице Эрдана снова появляется выражение из разряда «что это тут жена вдруг решила рот открыть и высказать своё мнение»? Да, несладко нам с ним придётся. Нужно, значит, включать женскую хитрость.

Без неё в этом мире никуда.

Я набираю побольше воздуха в лёгкие и вздыхаю. Ослабляю хватку на его щеках. Медленно провожу подушечками пальцев по его лицу. Ниже и ниже. Спускаюсь на шею. Бегу руками к его загривку.

При этом смотрю ему в глаза и облизываю пересохшие от волнения губы. Мне нужно, чтобы он меня услышал и перестал думать, что мои слова ничего не значат. Это долгий путь, но я не располагаю большим количеством времени.

Но я попытаюсь. Попробую взять логикой и мягкостью.

Замечаю только, как глаза мужа вспыхивают от желания. Как он перемещает свой взгляд ниже на мои губы. Как его тело напрягается, и он давит на меня сильнее.

— Эрдан… Я переживаю за тебя, — признаюсь я честно.

Вплетаю пальцы ему в волосы и массирую кожу головы. Немного приподнимаюсь и легко касаюсь его губ своими. И тут же отстраняюсь, хотя он тут же пробует перехватить инициативу.

Нет, ещё точно рано для более тесного общения.

— Император ведь, наверняка, очень силён…

— Безусловно, Алисия, — хмурится Эрдан. Перехватывает мои руки. Берёт их в свои и целует мои пальцы. — Он самый могущественный ледяной дракон во всём королевстве и за его пределами.

— А ты?

— А я самый сильный огненный дракон в мире.

Голос Эрдана звучит уверенно и легко. Он ни капли не сомневается в своих способностях и способностях своего брата. Значит, это так. Они два дракона, которые своей битвой разнесут королевство в клочья.

Даже представлять себе не хочу, что из этого может выйти.

Огонь против льда. Лёд против огня. В магическом мире ещё неясно, что может быть сильнее. Какая магия мощнее.

Муж отпускает мои руки и наклоняется. Целует меня в шею. Сладко прикусывает, будто новые метки желает на мне оставить. По коже бежит табун мурашек. Я провожу рукой по его камзолу, ныряю между нами и расстёгиваю пуговицы.

Пока между нами идёт разговор, мы можем избавиться от лишней одежды. Одно другому не мешает. Потому что если он согласится, я буду очень благодарна и с удовольствием захочу продолжения того, что было прервано так неловко сегодня днём.

На столе в кухне…

— А если ты проиграешь, то меня ждёт виселица, — вздыхаю я.

— Реймис не пойдёт на это. Если он меня уничтожит, то тебя не тронет. Это не по чести.

Ага, конечно. Я видела в глазах императора интерес к себе. Может не повесит, зато…

— Конечно. Он оставит меня в живых и сделает своей игрушкой. Сексуальной рабыней! — озаряет меня ужасная мысль.

Эрдан останавливается у моего плеча. Пока я расстёгивала его камзол, он успел уже часть моего платья стащить вниз. Я чувствую на коже его горячее дыхание, которое отдаёт… злостью.

Руки на моей талии становятся твёрже.

— Он не сделает этого.

— Он уже открыто признал, что я его интересовала в этом плане, — продолжаю напирать. — Это ваша мужская манера. Если девушка недоступна, то тем более она интересна. Инстинкт охотника.

Да, я читала психологию. В курсе как это работает. Алисия дала от ворот поворот наглому Реймису, и теперь он желает доказать самому себе, что ему подвластна любая девушка. Даже истинная другого мужчины. Истинная его брата!

Эрдан только даст повод наступить на принципы и пойти дальше. Сейчас может император и не рискнёт портить отношения, а вот после наглого вызова…

— Я не проиграю.

Лицо мужа зависает в нескольких сантиметрах от моего. И снова настоящий штиль в золотых глазах. Он уверен. И это пугает. Без всяких сожалений готов броситься на родного брата.

Понятно, что для моей защиты. И мне должно быть приятно, но я переживаю. Я очень сильно переживаю, что это всё испортит. Не только на уровне нашей скромной маленькой семьи, но и на уровне куда более глобальном.

— Ты думаешь, подданные королевства обрадуются, что императора сместил его брат… из-за женщины? Из-за преступницы!

Алисию все кругом считают таковой. Все думают, что я убила императрицу. Это будет грандиозный скандал. Он итак висит на волоске от того, чтобы прямо сейчас заполыхать. Не знаю, что сказал Реймис, что нас пока никто не трогает.

Сегодняшние гости ни словом, ни делом не обмолвились, что презирают нас. Да, были взгляды. Но на этом всё. Этикет тут на высшем уровне. Никто в глаза не скажет гадости. Разве что сам император, но ему вообще на всё плевать.

Но надолго ли такая лояльность? Проверять как-то не хочется.

— Но ты ведь не преступница! — рычит Эрдан и стягивает с меня окончательно платье.

Оголяет грудь и впивается в неё губами. Сжимает зубами сосок, и я вскрикиваю. Чувствую одновременно и возбуждение, и томительную боль. Его язык быстро проходится по коже, зализывая собственную страсть. Муж накрывает ладонью вторую вершинку и сдавливает пальцами.

— Эрдан… — шепчу, пытаясь собраться с мыслями. Зря он так быстро перешёл в наступление. Мы ведь не договорили! — О том, что я не преступница… знаешь только ты и я… И Реймис… Ох!

Мужу явно не нравится, что я снова вспоминаю императора. Он ныряет пальцами мне в трусики. Сознание плывёт. Явно мы закругляемся с тем, чтобы прийти к единому решению. Настоящий деспотизм. Какой-то сладкий… приятный деспотизм.

Ну если так, то я всё равно не буду оставаться в стороне и покорно ждать своей судьбы. Это не в моём характере. И Эрдан скоро узнает, что зря решил, будто я безвольная кукла.

— Мы ведь ничего не потеряем, если я просто поговорю с подружками…

— Они тебе не подруги, — заверяет Эрдан и целует меня.

Я задыхаюсь от его движений внизу. От его глубокого поцелуя. Но в голове держу мысль. Я должна договорить! И как только он выпускает мои губы, я продолжаю сбившимся голосом:

— Если ты мне поможешь… Если мы вместе выработаем стратегию…

Муж тяжело вздыхает и его пальцы замирают. Выскальзывает из меня. Смотрит задумчиво. Приподнимает брови.

— То есть вариантов нет. Ты будешь и дальше настаивать на своём, пока я не соглашусь? — интересуется он с усмешкой.

— Да, — хмуро признаюсь. — Потому что лучше попробовать