Маньяк и пигалица - Ева Адамова

то, что я. Поэтому Демид и увёл её в свою постель; наверное, отношения для него ничего не значат. И вот я еду с папой на работу; они с мамой решили, что я должна была остаться у них на ночь, а возражать им я не стала, а то они так и будут следить за мной. Пришлось вставать раньше и ехать переодеваться. Подъехали, и мы с папой вышли из машины; он стал оглядываться по сторонам. Как хорошо, что он не знает Демида в лицо, потому что и он как раз вышел из своей машины, недалеко от нас. — Всё, папочка! Спасибо, что ты меня подвёз! – быстро сказала я, обняла и поцеловала его в щёку. – Мне пора. Я отошла немного, обернулась и помахала папе рукой, послав воздушный поцелуй. Демид

Как же разозлила меня пигалица! «Сосед не считается» – так и застряли её слова у меня в голове, и скольких она не считает? А главное, кого считает? Списочек-то у неё явно больше, чем она мне тогда озвучила. Может, мне Марину трахнуть? Тоже считаться не будет; сотрудница же! Она вроде ничего такая, только жутко нудная и скучная и в рот мне заглядывает, восхищаясь каждым моим словом; аж бесит.

К Марине меня приревновала. Приревновала... как-то я сразу не подумал об этом; ревнует же меня пигалица! Приятно это осознавать. Не буду торопиться с Мариной, а то она потом вообще от меня не отстанет.

Я сидел и ковырял свой чизкейк, который терпеть не могу; и зачем я вообще его заказал?

— Марин, мне нужно работать, — сказал я; у меня уже от её не закрывающегося рта голова болит. — Да? Ну ладно, я к вам заходить теперь буду почаще. Катерина же в отпуске; давайте я вместо неё буду? — предложила она. — Спасибо, но я уже нашёл замену, — ответил я. —А кого? — Аврору. Из отдела снабжения. — А она справится? У неё же совсем нет опыта, а я с опытом! — заявила Марина, явно намекая на опыт в постели. Знала бы она, какой опыт у Авроры, молчала бы в тряпочку... — Справится. Мне пора, — я решительно встал из-за столика, и Марина тоже встала. Забыл, что мне придётся с ней ещё и обратно идти... Её общество мне прямо в тягость. Зашёл в кабинет и не обнаружил там Авроры; и сумочки её нет, и телефона. Сбежала, зараза такая! Расстроенный, я зашёл к себе и увидел на столе листок с рисунком. Она нарисовала мне сиськи! Так меня это позабавило! А ещё рисунок был подписан очень красивым и ровным почерком: «Чтобы тебе скучно не было, можешь их пожамкать!». Заботушка ты моя! Вот завтра и пожамкаю, но только твои. Обида и раздражение на неё у меня сразу сошли на нет. Посидев немного, я взял листок и нарисовал на нём огромный член, как когда-то в детстве рисовали на стенах, с брызгами спермы. Посмотрел на него и рассмеялся в голос — детский сад! И тоже подписал его: «Это то, что тебя ждёт». Остаток рабочего дня пролетел незаметно; всё это время мы разгребали последствия потопа и обсуждали, как быстрее всё привести в порядок. Домой я приехал поздно и сразу же лёг спать, немного помечтав о том, как совсем скоро я буду доводить пигалицу до оргазма; я уж постараюсь быть лучше всех из её списка. Выходя из машины на парковке, я увидел её! Уже хотел пойти к ней навстречу, как из машины вышел тот самый мужик, сосед-алкаш её родителей! Я знатно офигел. Машина у него хорошая такая, сам он в костюме. А эта мелкая обнимает его и целует в щёку! Я так и стоял там какое-то время, переваривая то, что увидел. Я ревную. Я люто и до дрожи в теле её ревную! Она должна быть только моей! Очухавшись, я почти бегом помчался в кабинет; ну держись, пигалица! Сейчас будет разбор полётов. Ворвался в кабинет, напугав её. Смотрю и вижу, что она рассматривает листок с моим наскальным рисунком. — Нравится? — спросил я довольно грубо. — Неестественно большой орган, — ответила она. — С натуры рисовал. — И кто же был этой натурой? Йети? — с прищуром спросила она. — Я и был. С себя рисовал, —прорычал я. — Спешу вас расстроить, Демид Егорович, вы больны, раз у вас именно так, — и развернула ко мне мои художества. — Ну конечно, тебе видней! Специалистка ты наша. Общая! Общественная! — Как провели время с Мариной? — ехидным голоском спросила пигалица. — Отлично! Хороша Маринка! И чего я раньше её не замечал? — ответил я; хотелось тоже показать, что я повеселился и развлёкся, а не только она. — А ты как время вчера провела? Удачно всё срослось? — намекая на того мужика в возрасте, который только что её привёз, на соседа-алкаша; это же он! — Удачно! В кафе вчера была, с Сергеем! — и нос повыше задрала, сучка. — Это сосед, который? У родителей? — уточнил я. — Он самый! — подтвердила она. Мне нужно остыть, а то я готов её придушить! Нужно уходить от неё, а я как прирос к полу. Я всё же ушёл. Ходил по кабинету из стороны в сторону и никак не мог успокоиться. Нравится она мне, очень сильно нравится, влюбился я в неё по уши. Так сильно, что я готов на всё закрыть глаза, только чтобы она моей стала. Увидел на полу что-то блестящее, поднял, а это кулончик небольшой, такой красивый, изящный. И вспомнил, как она вчера мне что-то про кулон говорила. Её, значит. У себя пока оставлю. Нужно взять себя в руки и успокоиться; ну что я, как барышня кисейная, расклеился? Я же мужик! Через какое-то время раздался голос Авроры из селектора: — Демид Егорович, к вам посетительница, — всю свою неприязнь она вложила в это предложение; пигалица мелкая! —Пусть заходит, — интересно, кого ко мне принесло; сейчас мне вообще не до разговоров. Дверь открылась, и зашла Марина. Вот только её мне не хватало. — Доброе утро,