Бунтарка. (не)правильная любовь - Екатерина Юрьевна Васина

— Юля-я-я-я, мне необходим шоппинг.

— Мне тоже. Благо сегодня суббота, так что не надо носиться по школам и кружкам. Загоню младших к дедушкам-бабушкам, старшим скажу, что делать и подхвачу тебя. Покажу новый торговый центр, очень даже ничего так.

Что-то грохнулось, потом раздался обиженный детский рев:

— Ты зачем какао пролил! — простонала Юля, — Все, Крис, часа через три заеду. Пока!

— Какао я тоже хочу, — пробормотала задумчиво, и тут же услышала шорох на соседнем балконе. Вскинула взгляд как раз затем, чтобы увидеть Тимура. Мрачного, но вполне бодрого Тимура в джинсах и неизменной белой футболке. Щетина стала опять немного короче.

— Сварить?

— А? — непонимающе переспросила я.

— Какао сварить? — поинтересовался сосед. — Ну задница полная. Я так и не спал.

С этими словами он потянулся до хруста в суставах и блаженно вздохнул. Я же поняла, что еще немного и чашка полетит вниз. Чудом удержала. Хотя руки ослабели сами собой при взгляде на мышцы, заметные под тонкой тканью. Черт подери, там под футболкой даже пресс виден.

— А ты давно вернулся? — спросила, осторожно переводя дыхание.

Еще и сон, как назло, лез в голову. Жаль я лица своих, кхм, партнеров не видела. А, может, оно и к лучшему. А то вообще бы говорить не смогла.

— В семь где-то, — Тимур зевнул, тряхнул головой, — надо проект заканчивать, ставить на проверку и спать. Нахер. Ника, стерва малолетняя. Люблю засранку, но вчера так хотелось ремнем врезать.

— В ее возрасте положено дурить, — осторожно сказала я, не зная, поведал ли ему Марк некоторые нюансы прихода Ники в клуб.

Оказывается, поведал. Тимур мнут пятнадцать в самых ярких, пусть и не матерных выражениях, рассказывал то, о чем вчера узнал Марк. Оказывается, дома Ника пыталась по-прежнему вести себя вызывающе. Но увидев, как мама полезла за таблетками, а отец просто уставился ужасным взглядом, то разревелась. Впрочем, возможно еще посодействовал звонок Марка. В итоге выяснилось, что Ника просто фанатеет от Алины, которую видела случайно пару раз. Затем они столкнулись в каком-то кафе, где Алина сразу ее вспомнила. Ника искренне считала ее старшей подругой. Потому с восторгом согласилась на «маленькую женскую месть». Даже не подумав о масштабах бедствия, которое могло произойти. Тем более в шестнадцать лет, видимо, представлялось нереально крутым попасть на закрытую вечеринку для взрослых. Алина даже посоветовала, что лучше надеть, помогла Нике придумать «легенду» для отпрашивания на ночь, достала вип-приглашение. Дальше она должна была сделать несколько фото, очень осторожно, свое селфи и выложить во все социальные сети с заголовком «Отрываюсь по-взрослому»,

Я вспотела, пока слушала.

— Это же… — пробормотала ошарашенно, — это же конец клубу как минимум. Несовершеннолетняя на вечеринке свингеров… бр-р-р-р, не хочу думать даже, что бы Марка ждало.

— Ну вот и он проникся, — кивнул Тимур, — но знаешь, что странное?

Что может еще страннее? Я взглядом показала, что не знаю и на всякий случай покрепче сжала чашку. Мало ли, разбрасываться посудой Юльки мне не хотелось.

— Ну сама подумай, — протянул сосед, опираясь о перила, — хотя ты ж Алину не видела. А я видел. Там стерва в чисто виде, которая решила, что она крутая бизнесвумен. Представила, да? А теперь думаем, нафига такой ляди водится с подростком? Причем Ника уверяет, что Алина стала с ней общаться где-то месяц назад.

— А тогда она с Марком встречалась? — уточнила я, не понимая, почему эта фраза вызывает глухое раздражение.

— Спала, — зевнул Тимур, — трахалась, но не встречалась. Называй вещи своими именами. Да, тогда Марк еще не послал ее. Потому и странно. Может, подстраховывалась, но что-то мне не нравится все это.

— Конкуренты?

— Что? — переспросил Тимур, потом замер и протянул ошарашенно. — Кри-и-и-ис, а ведь…епт…да блин! Так, я сейчас позвоню Марку, пусть вопросы для дорогой Алины подправит.

— В смысле?

— В смысле, что если она любит жестко, то он ей это предоставит. Я буквально через полчаса буду у тебя, ясно?

* * *

Он пришел через двадцать пять минут. Я не засекала специально, просто то и дело бросала взгляд на часы над диваном. И тоже не специально! Не виновата, что они находились на пути моего взгляда, пока замешивала тесто на блинчики. Зараза Юлька! Трижды зараза! Я поняла вдруг безумно, что хочу много блинов. А тут как раз и миксер есть, так что спустя совсем короткое время на сковородку отправился первый блин. А к тому времени, когда в дверь постучали, у меня на тарелке уже лежало несколько блинчиков. Лекс же крутился под ногами и жалобно ныл что-то насчет голодных котиков.

— Запах! — первое, что сказал Тимур, стоило мне открыть дверь, — Я просто как у бабушки в деревне очутился. М-м-м!

— Ну зашибись ассоциации, — заметила я, отступая в сторону и пропуская его, — всего-то блинов решила пожарить. Так что ты выяснил?

Тимур сунул мне в руки золотисто-коричневую пачку и проговорил:

— Марку все передал, а уж он там пусть сам решает, что с инфой делать. У тебя молоко есть?

Молоко было. Его как раз хватило, чтобы сварить принесенное Тимуром какао. Все это было так… странно. Вот я, только что отошедшая от развода, сижу за стеклянным столом возле окна. Вместе с соседом, у которого улыбка как в рекламе зубной пасты, а глаза синие-синие. И голос, до мурашек по коже.

Идиотские мурашки…

И мы сидим, пьем какао, едим блинчики и обсуждаем проблемы с попыткой подставы. Это так романтично, что аж до костей пробирает.

— И ты в итоге согласишься у него работать? — странным тоном спросил Тимур.

— М-м-м.

Мне пришлось чуть запрокинуть голову, допивая изумительное какао. Опустив чашку, наткнулась на почему-то потемневший взгляд Тимура, облизнула губы и ответила:

— Наверное, да. Мне понравился клуб. И, кхм, там точно скучно не будет. А нет на работе ничего хуже, чем рутина. Ты закончил свой проект?

— Ну один денек можно отдохнуть, — неопределенно сообщил Тимур.

Мне кажется или глаза у него стали еще более темными? И что с голосом?

— Вот и я сегодня отдыхаю, — вздохнула, думая доесть последний блин или все же ну его, — шоппинг с подружкой, может, спа, все такие милые девичьи делишки. Ай! Эй, отдай!

Я все же решила доесть блинчик. Но именно в тот момент, когда ухватила его, с другой стороны его же схватил и Тимур. В итоге, мы порвали его два примерно равных куска.

— Победила дружба, — сообщила я, прожевывая и думая, не выпить ли кофе.