Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Э-э-э… Я что-то слышала про те атаки… Когда Ракель рассказала мне, как недавно Терренс довел ее до более сильного приступа.

— Я в курсе. И когда Терренс услышал про голодовку и начал расспрашивать об этом, наша подружка внезапно начала обвинять его в том, что он бросил ее одну и не пытался ей помочь. Она даже напомнила о том, как он изменил ей с какой-то девчонкой.

— Э-э-э… Да… Я что-то припоминаю…

— Да уж… Пока этот больной идиот Саймон Рингер преследовал ее, наш обворожительный Терренс Джеймс МакКлайф решил сделать вид, будто его не касаются проблемы Ракель. А в надежде забыть ее начать развлекаться с дочкой мужчины, продвигавший ту группу, в которой раньше играли Питер и Даниэль.

— Да-да… Даниэль рассказывал об этом… Ее вроде бы Рэйчел звали… Рэйчел Сандерсон… Только Терренс крутил с ней роман не ради мести Ракель, а ради места в группе ее отца Альберта. Ну а вскоре он понял, что больше не может врать и признался во всем той девушке и ее отцу, после чего его выгнали из группы. Но его это не слишком расстроило.

— Ракель тогда надрала ей задницу и едва не повыдирала ее волосенки, когда она увидела, как Рэйчел целовалась с Терренсом у нее на глазах.

— О да! Я слышала, как она была готова прибить ее. А Терренс пришел в бешенство и пошел разбираться с Ракель, когда эта Рэйчел все ему рассказала и немного приврала, дабы еще больше спровоцировать его.

— Только вот девочка не могла предположить, что это еще больше заведет наших голубков. Бешеная страсть и пылающий огонь все-таки победили и сделали свое дело, когда Кэмерон и МакКлайф чуть не закрылись в туалете и не занялись сексом.

— В какой-то степени ссоры помогают им поддерживать свою страсть. Впрочем, я не удивлена, что это случилось, ведь от них двоих так и веет сексом. Их сильно тянет друг к другу. Вот ни Терренс, ни Ракель не смогли устоять перед такими сильными чарами.

— Это точно! Даже никакие заявления Саймона о том, что Ракель изменяла Терренсу с Хантером Линвудом, не смогли их остановить.

— До сих пор недоумеваю, как Терренс мог поверить в эту наглую ложь. Если бы этого не случилось, то между ним и Ракель не было бы всех тех конфликтов, которые привели к том, что они едва не расстались.

— Сказал, что поверил, потому что тогда Ракель не любила его и не подпускала близко к себе. Был уверен, что именно ее измена была причиной ее равнодушия. У Терренса был повод усомниться в ней. Но мы-то с тобой прекрасно знаем, что наша подруга никогда не предавала его. Да… Просто была не готова к отношениям и не до конца понимала, что это такое. Но на измену она бы никогда не пошла.

— Однако сейчас он очень жалеет, что не поверил в ее преданность и впоследствии довел все до того, что она ушла из его дома. Несмотря на то, что прошло уже очень много времени.

— Да уж… — медленно качает головой Анна. — Даже не знаю, что сказать…

— Ах, Анна, я и сама не понимаю… — тихо вздыхает Наталия. — Хотя сейчас уже слишком поздно осуждать его.

— Однако мы не можем не признать, что Терренс поступил безобразно . Я прекрасно к нему отношусь и никогда не имела ничего против, но тогда он слишком сильно перегнул палку. Хотя тогда жизнь наказала его и преподала урок, который МакКлайф навсегда запомнит.

— Кстати, а ты знала, что он даже с Даниэлем и Питером поругался из-за этого?

— Да, знала. Но скорее они поругались из-за Рэйчел, которая настроила ребят против Терренса, солгав, что он якобы постоянно избавил Ракель, но скрывал это, дабы не стать подонком в их глазах. Как раз поэтому Перкинс и Роуз разругались с ним, а мистер Сандерсон выгнал МакКлайфа из группы.

— Ох уж эта девчонка… — качает головой Наталия. — Подбавила она масла в огонь…

— Но когда выяснилось то, что Терренс не избивал Ракель, Даниэль хоть и осудил его за пощечину, но искренне жалел его. И еще больше начал уважать его, когда всем стало известно, на что он пошел, чтобы спасти Кэмерон от Саймона.

— Все начали уважать Терренса после того, как он решил помочь Ракель. Пресса пыталась поддержать интерес публики с помощью статьей об изменах МакКлайфа и его снимков с Рэйчел, но вскоре переключилась на другую тему и напрочь забыла о ней.

— Тем не менее их несостоявшееся расставание было главным заголовком всех журналов. А статьи в Интернете еще долго торчали на главных страницах сайтов.

— Это точно! Удивляюсь, как сильно может все поменяться: сегодня все обсуждают какую-нибудь попытку нападения, а завтра пресса подкинет новую информацию для размышления.

— Кстати, о нападениях… — задумчиво произносит Анна, прижав к себе свою сумку, которая лежит у нее на коленях. — Ты знаешь, что несколько дней назад на Терренса и Ракель кто-то пытался покушаться?

— Да, знаю, — кивает Наталия. — Вчера они рассказали мне об этом… Как раз именно это и довело Ракель до панических атак.

— Бедняжка подумала, что разобьется на машине, как и ее родители, и страшно испугалась, когда те типы едва не угробили ее и Терренса. А МакКлайф решил, что он на соревнованиях по гонкам, и начать гнать.

— Согласна, он поступил как дебил, но все же Терренс понимает, что виноват, и жалеет, что довел Ракель до такого состояния.

— Повторюсь еще раз: как бы хорошо я ни относилась к Терренсу, есть много вещей, за которые мне хотелось бы его поругать. И я раньше этого не замечала, но в последнее время мне начало казаться, что эти двое чем-то похожи. Да, они вроде бы разные внешне, но в них и есть что-то общее…

— Ну да, Локхарт и мне немного напоминает Терренса.

— Вот был бы номер, если этот козел оказался тем самым младшим братом, о котором говорила миссис МакКлайф. Тем самым, о котором Эдварду что-то известно.

— Вряд ли. Да, того