Помешанный на мне - Кристина Жиглата

- Он внизу ждет. Сказал, чтобы через пять минут были в гостиной! – ответила сестра, и я сразу несусь к гардеробу. Хватаю первые попавшиеся штаны и кофту с длинным рукавом, а затем быстро натягиваю их на себя. Пять минут точно уже прошло.

Пока я одеваюсь, Настя проходит в мою комнату и опять окидывает её внимательным взглядом. Несколько раз её взгляд возвращался к моему браслету, и даже когда я прячу его за рукавом своей кофты, она сё равно смотрит на мою руку.

- Если он тебя отпустит, нужно попробовать снять браслет… У меня есть несколько идей, как это сделать, - говорит она, но я ей ничего не отвечаю. Хватаю сестру за руку и тяну к выходу.

О браслете мы с ней ещё успеем поговорить, и я обязательно узнаю почему он её так интересует. А сейчас… Меня безумно сильно беспокоил предстоящий разговор с отцом.

Я боялась этого разговора и не хотела идти, но другого выбора у меня не было.

О чём будет этот разговор?

Я не знала…

Но догадывалась что это что-то серьезное, потому что иначе, отец бы не выпустил меня из комнаты раньше времени!

Мы спускаемся вниз, и уже приближаясь к отцу, я вижу его избитое лицо и странно оттопыренную нижнюю челюсть. Так, он выглядел ещё страшнее.

Мы заходим в гостиную и испуганно застываем в проходе. Отец поворачивает к нам голову и сквозь стиснутые зубы, еле разборчиво говорит:

- Садитесь!

И мы садимся, крепко ухватив друг друга за руки. Обе, словно готовимся идти на заклание.

Глава 24

Первое что делает отец, это извлекает из кармана своих штанов маленькую, бархатистую коробочку, черного цвета. Он открывает её, удерживая на развернутой ладони, и показывает нам содержимое. Я вижу кольцо мамы… Фамильную драгоценность, которая вот уже несколько поколений, передавалась в нашей семье по женской линии.

Это кольцо стоило денег, поскольку было сделано ещё в восемнадцатом веке, но не предоставляло особой ценности, потому что было слишком маленьким и невзрачным, с обычным черным топазом, в золотой оправе.

Выручить за это кольцо большую сумму, было нереально. Я знаю об этом, потому что отец уже пытался его продать. Поэтому то, что говорит он в следующий момент, меня по-настоящему удивляет… Хотя не становится неожиданность. По понятным причинам.

- Я решил… Продать это кольцо на аукционе, - начал он, еле разборчиво. – Некоторые мои друзья заинтересовались этим украшением, и чтобы было по-честному, предложили устроить аукцион, - продолжал говорить он, сквозь стиснутые зубы. Мне пришлось внимательно прислушиваться к его речи, чтобы разобрать все слова, хотя это было очень нелегко. – Завтра у моего друга бал-маскарад, в честь дня рождения его дочери… После бала состоится аукцион, в котором будут участвовать все желающие.

- Но… Это же кольцо мамы? – возразила Настя.

- Заткнись! И не обрывай меня! – рычит отец, и Настя пугливо опускает взгляд. – Когда не будет чего жрать, будешь ты думать о деньгах, а?

- Прости…, - извиняется Настя. Отец удовлетворенно кивает, а затем переводит взгляд на меня.

- Вы тоже будете на этом балу, - сообщает он. – Настя, как невеста Зимина, а ты… Будешь представлять кольцо нашей семьи! Как дополнение, модель, – вдруг говорит, и я поднимаю на него взгляд. Лживый ублюдок! Ведь я поняла зачем, это всё. – И ты должна будешь сделать это, как можно выгоднее для нас… Преподнести его так, чтобы многие захотели его купить! Соответствовать ему, дополнять, завлекать собой… Всё будет зависеть только от тебя! Ты должна будешь вести себя как царица, и удовлетворенно улыбаться.

- Но…, - я многое хотела спросить и возразить, только вот отец не позволил мне сказать ни слова, громко захлопнув коробочку у меня перед носом и махнув рукой.

После чего он отвернулся, прошел к столу, на котором находился большой пакет и две подарочные коробки. Взяв пакет в руки, он отдал его Насте и сказал:

- Это тебе от Зимина!

После чего вернулся за коробками и протянул их мне.

- А это тебе от твоего тайного поклонника…

- Моего тайного поклонника? – удивилась я, принимая коробки. Почему-то я сразу подумала о Карателе, но… Каратель не мог иметь никаких дел с отцом. Все подарки он передает мне лично. К тому же он ненавидит моего отца и всё то, что он делает с нами, поэтому точно не стал бы играть в его игру.

- Мой старый друг попросил меня передать это тебе, - сообщает он, глядя на меня своим холодным безразличным взглядом. – Мне нужно, чтобы ты порадовала его, поэтому… Думаю, ты понимаешь что нужно делать!

Я ничего не понимала, но приняла коробки. Они были большими, не тяжелыми, поэтому держать их было не трудно… Но, почему-то уже противно.

- Аукцион состоится завтра. Я хочу, чтобы вы были готовы к девяти, - добавляет, и мы согласно киваем. – И Мириам, - вдруг добавляет отец, когда я намериваюсь уйти, - ты должна выглядеть на все сто... По-другому никак. От этого будет зависеть твоя дальнейшая судьба! Отыграешь всё на отлично, и я тебя помилую…, - цедит он сквозь зубы, и я быстро ухожу наверх.

Когда мы уже были на втором этаже, Настя не пошла в свою спальню, а направилась следом за мной, но я попросила её уйти, объяснив это тем, что у меня болит голова, и что я хочу побыть одна. В этот момент я меньше всего хотела видеть сестру в своей комнате. Я до сих пор помнила о цветах и о еде, которая была спрятана под одеялом. А что если Настя сядет на кровать и увидит пакет…

Поэтому, пускай лучше я буду для сестры странной грубиянкой, нежели она узнает о том, что происходит между мной и Карателем в последние дни.

Когда оказываюсь в своей спальне, я сразу закрываю дверь на замок и начинаю с интересом заглядывать в коробки. В одной из коробок я нахожу, босоножки с красными, бархатистыми ремешками, а во второй коробке было – красное, короткое платье, с тоненькими бретельками и с открытым декольте. Поверху этого платья находилась красного цвета маска на глаза, с глупыми перьями такого же цвета.

Я убираю вещи обратно в коробки, закрываю крышками и отодвигаю их подальше от себя. Как только делаю это, на мой телефон приходит сообщение.

«Нравится? Только давай правду».