Мой нежный котик - Яна Смолина

Парни и девочки двенадцати, тринадцати лет послушно закивали, заулыбались и с неподдельным интересом бросились смотреть у кого, что получилось. Им предстояло ещё одно заключительное занятие по теме пейзажа, и, надо сказать, за лето многие очень даже поднаторели в технике, чем я не могла не гордиться.

На днях Артур вернулся из города, и теперь наравне с педагогами и нянечками принимал участие в жизни детей. Не сразу его нашла, а когда услышала громкий вопль, сообщающий о том, что кто-то кому-то забил гол, повернула на звук.

Я не ошиблась. Потный, грязный со всклокоченными волосами, мой мужчина как раз стягивал с себя майку после футбольного матча.

— Бегом мыться и переодеваться, — скомандовал он проходившим мимо мальчишкам. — У вас сейчас занятие. Задержитесь, и мне от Ольги Павловны снова влетит. Вперёд.

Хохоча и прощаясь с ним, парни собирались группами и уходили с поля.

Разглядывая его подтянутый торс, рельефные мышцы, на которых поблёскивали капли пота, я подзависла и не сразу вспомнила, что хотела спросить. А когда, заметив меня, Артур улыбнулся, подмигнул и зашагал в мою сторону, опомнилась.

Он приблизился, лёгким движением закинул на плечо мокрую майку, положил ладонь на макушку Тучки и погладил его. Довольный кот аж зажмурился, а меня самую малость кольнула ревность. От острого и терпкого запаха мужского тела мгновенно закружилась голова. Артур отвлёкся от кота и теперь смотрел на мои губы, с трудом сдерживая желание поцеловать их. Нам обоим это стоило большого труда, но следовало держаться, ведь круго́м были дети.

— Пока ты не ушёл, — начала я, игриво проводя пальчиком по гладкой, влажной коже его груди, — мама приглашает нас на обед. Придёшь?

— Конечно, приду. Я как раз отцу твоему обещал триммер занести. Сегодня доставили. Старый ремонту не подлежал.

— Опять ворчать будет. В его понимании нет техники, которая не подлежит починке. Есть криворукие ремонтники.

— Пусть ворчит. Вали всё на меня. Как там принято говорить? У богатых свои причуды?

Я хрюкнула со смеху. Ну да, родители приняли Артура в роли моего жениха. Да что там, весь посёлок мгновенно проникся симпатией к человеку, сделавшему для кого-то безвозмездно и на добровольных началах доброе дело. Подобное далеко не каждый день происходит. Артур не спешил рассказывать всем про детский лагерь во многом из-за злосчастного документа. Лишний шум мог навредить ему, а потому его вполне устраивало всеобщее негодование. Пусть думают, что он очередной обнаглевший богатей, и ненавидят его. Когда придёт время, полюбят. И время пришло.

Вопреки ожиданиям, он не отнял озеро у местных. Пляж можно было свободно посещать всем желающим. А загораживали его только на период строительства, чтобы посторонние не шастали, когда стройматериалы в свободном доступе лежат. Бери — не хочу.

Тучка спрыгнул с моих рук, завидев у забора одного из коттеджей симпатичную рыжую кошку. Проводив его насмешливыми взглядами, мы с Артуром повернули домой.

— Артур Михайлович, — раздался чей-то голос, когда мы пересекли лесок. Обернувшись, увидели двух пожилых дам, которые спешно к нам приближались.

— Насилу вас догнали, — заговорила Марья Львовна, отдуваясь и вынимая чеплашку с ягодами. — Мы с Верой Ивановной давно хотели лично выразить вам своё восхищение, Артур Михайлович. Золотой вы наш человек. Вы столько делаете для этих детей, вы такой молодец, что слов нет, какой вы молодец.

— А я всегда говорила, что Артур Михайлович мужчина с понятием, хороший, честный, — подхватила Вера Ивановна и, в свою очередь, вынула банку солений. — Вот возьмите от нас гостинцев. Всё своё, не химия какая-нибудь магазинная. Берите, берите.

— Ой, Леночка! — обе как будто не сразу заметили наличие меня рядом со своим героем. — Ну какая вы пара! Чудесная пара! Повезло тебе, Леночка. Мы слышали, ты что-то там нарисовала у Артура Михайловича дома. Природу или натюрморт какой?

Дамы с нескрываемым любопытством уставились на меня. Я же, стараясь не сильно кривиться в попытке сдержать смех, бросила беглый взгляд на Артура и, осознав, что этот улыбака не собирается мне помогать и тоже чего-то ждёт, ответила:

— Не то, чтобы натюрморт, но отбивная средней прожарки там имеется, если можно так сказать.

Дамы озадаченно переглянулись.

— Ой, ну мы заболтались, — сказала первая, подхватывая вторую под руку. — Всего хорошего, молодые люди. Я тебе, Лена, завтра два ведра груши принесу. Передашь Артуру Михайловичу.

Женщины обошли нас и пару раз обернувшись, скрылись за поворотом на свою линию.

— Отбивная средней прожарки? — медленно повторил Артур, привлекая меня к себе.

— А что я должна была сказать? Я запаниковала.

Артур вдруг приблизился и, втянув запах моих волос, глухо проговорил:

— У меня аппетит проснулся, Лена. Хочу отбивную и немедленно. Обед у мамы подождёт.

Я с опаской посмотрела на него.

— Что, прямо здесь? До твоего дома идти далеко.

— Идти да, — он вдруг хлопнул меня по попе, да так, что всё тело пробило жаром, и сердце взволнованно заколотилось. — Но ты же у нас быстро бегаешь. Беги, Лена, а я буду тебя догонять.

Не знаю даже, кем надо быть, чтобы не подчиниться его воле. Осторожно отступив на несколько шагов, я чуть ускорилась, потом ещё и ещё, а когда перешла на бег, услышала тяжёлые шаги позади. Артур не спешил. Да и зачем? Он знал, что я в его власти, что никуда не денусь, а мне безумно, до дрожи нравилось принадлежать ему. Я бежала уже очень быстро и была уверена, что сумела оторваться. А потому, когда оказалась на территории особняка, подалась вбок и бессильно прижалась к внутренней стене кирпичного забора. Я надеялась отдышаться. Но какое там. И полминуты не прошло, как свет загородила тень, и когда я подняла глаза, то увидела его. Он смотрел на меня жадно и пронзительно, а грудь, покрытая бронзой загара, часто вздымалась от тяжёлого дыхания.

Артур поставил руки на плоскость забора по обе стороны от моего лица и приблизился.

— Сегодня испробуем кое-что новенькое, — сказал он, растягивая губы в улыбке. — Уверен, тебе понравится. Но, — он вдруг стал серьёзным и выставил палец перед моим лицом, — если будет больно или неприятно, ты сразу мне говоришь. Всё понятно? — я часто закивала. — Отлично, моя девочка.

С этими словами Артур опустился и, подхватив меня за ноги, без особых усилий перекинул себе через плечо.

Не сумела сдержать протяжного стона, когда он снова шлёпнул меня по попе, да ещё и ущипнул. Наверное, я никогда не перестану удивляться способности этого мужчины настолько ловко распределять силу, что его