Клятва крови - Пайпер Рейн

К счастью, на очевидные подкаты Дома реагировать не приходится, потому что девушка на сцене в этот момент приветствует участников и начинает объяснять правила.

Проходит полтора часа. Время финального раунда. Бьянка оказалась права: Гран-при – увольнительная на день.

Все как с ума посходили. Каждый хочет главный приз. От напряжения в воздухе чуть не трещат разряды.

Ни Бьянка, ни мы с Домом пока еще ничего не выиграли, но это не беда. Другого трофея мне и не надо. Весь вечер я мечтала, как выберусь за пределы кампуса, прихватив с собой Габриэле, и как мы развлечемся с ним, хоть это все и глупости. Ясно, почему он впрягся за меня: если фото сольют, он потеряет столько же, сколько и я, если не больше. А так он не испытывает ко мне никаких чувств. (Хотя физически его ко мне точно влечет.)

– Ладно, ребята. Найдите себе талисман, чтобы один из нас точно выиграл, – говорит Бьянка, целуя маркер и приготовившись отмечать клетки в карточке.

Дом закатывает глаза.

– Ох уж эти твои стремные суеверия!

– Эй! – хлопает она его по руке. – Они не стремные.

Я шикаю на них:

– Сейчас начнут!

Я вообще-то человек не азартный, но победить очень хочется. Мне позарез нужен главный приз.

Девушка со сцены называет номера. Первые пять у меня совпадают, но следующие два – нет, а ведь в этом раунде нужно зачеркнуть все клетки в карточке.

Ведущая продолжает называть комбинации букв и цифр. Бросив быстрый взгляд на карточки Дома и Бьянки, понимаю, что дела у меня лучше, чем у них. В животе щекочет от возбуждения, и я даже хихикаю.

– Офигеть, Ария, ты почти выиграла, – говорит Бьянка, взглянув на мои зачеркнутые клетки.

Я киваю, глядя перед собой – боюсь пропустить совпадение, – и вдруг, ощутив покалывание в затылке, оборачиваюсь. Чувство, что за мной следят. Неужели это шантажист?

Однако на меня всего лишь смотрит пустым взглядом Габриэле, который в это время берет себе что-то выпить. По его лицу ничего не понятно: то ли он зол, то ли заинтригован, то ли вообще безразличен.

В следующее мгновение меня хватает за руку Дом и тычет пальцем мне в карточку.

– Назвали В-6! – кричит. – Зачеркивай!

Спохватившись, я делаю, как он сказал, и вновь сосредотачиваюсь на игре. Мне осталось две клетки. Следующий названный номер – есть. Сердце выпрыгивает из груди, я не могу усидеть на месте и ерзаю. Быстро осмотрев зал, вижу, как за дальним столиком одобрительно гудят – болеют за какого-то парня. Видимо, он тоже близок к победе.

Бьянка с Домом вскакивают, бросив свои наполовину пустые карточки, и становятся у меня за спиной. Мне в свою даже смотреть не надо, и так помню недостающий номер.

Очередной бочонок – мимо. Парень в дальнем углу мотает головой в ответ на вопросительные взгляды товарищей. Мы успеваем с ним коротко переглянуться, и тут ведущая выкрикивает:

– G-60!

Едва успев зачеркнуть его у себя, вскакиваю с места.

– БИНГО! – кричу, победно вскинув карточку над головой.

Прочие участники разочарованно гудят, зато Бьянка и Дом прыгают от радости, поздравляют меня, лезут обниматься.

Оторвавшись, наконец, от Дома, я вижу Габриэле. Он у дверей, пристально рассматривает нас, а потом уходит. Внезапно мне становится уже не так радостно от победы.

16. Габриэле

Вечером воскресенья мы с Сандро после ужина выходим из столовой, и за нами увязывается Антонио.

– Габриэле, подожди.

Я оборачиваюсь.

– Поговорим? – Антонио бросает взгляд на Алессандро, а тот смотрит на меня.

Я киваю кузену.

– Дай нам минуту.

Поджав губы, тот неохотно бормочет:

– Встретимся в Рим-хаусе.

Когда он удаляется на порядочное расстояние, я, вскинув голову, спрашиваю у Антонио:

– В чем дело?

– У меня для тебя кое-какие сведения.

Я скрещиваю руки на груди.

– Быстро, однако. Ну давай, выкладывай.

– Утром я использовал свой звонок домой для запроса, а вечером София – свой, чтобы узнать, удалось ли собрать инфу. Уверен, ты в курсе, как все просто, если знаешь, что искать.

– Поблагодари от моего имени Софию, – говорю, кивнув ему, – за то, что потратила на меня свой звонок.

– Она сделала это ради меня. Ей тоже не больно-то по душе, что я тебе должен.

Я усмехаюсь. Любопытно, хорошо, если у тебя есть такая поддержка, как София – у Антонио или как Мира – у Марчелло? Не то чтобы я мечтал о подобном. Да, придет время, и я сам женюсь на той, кого выберет отец, но от супруги мне нужен будет только наследник. Зато у этих двух пар сложились искренние и доверительные отношения, редкость для нашего мира. Уму непостижимо.

– Что ты выяснил? – спрашиваю.

– Лучший вариант для тебя – Рейчел Проктор. Она из секьюрити. Работает в академии примерно полгода. Мать-одиночка троих детей. Муж не платит алиментов. У одного из мелких хроническая болезнь, которая требует уймы процедур. Эту работу Рейчел выбрала, видимо, из-за зарплаты. Насколько известно моим людям, она чиста как стеклышко. Ни приводов, ни судимостей, даже скорости не превышает. Парни пришлют мне остальную инфу на школьную почту. Надеюсь, проскочит, хотя все будет на бумаге, тревоги вызвать не должно. Я решил, что тебе пригодится, если не получится купить эту Рейчел.

– Отлично, спасибо. Как придет – передай мне.

– Сделаю. Ну так что, мы квиты? – выгибает он бровь.

– Еще не совсем, но одну услугу можешь считать оказанной.

– Попытка не пытка, – с улыбкой шутит Антонио.

Он возвращается в столовую, а я, посмеиваясь, иду дальше по дорожке.

Хорошо, очень хорошо. Теперь я знаю слабое место в защите академии, а то устал от безделья. Обычно я собираю инфу на своих однокашников или работаю над личным секретным проектом, проверяю, сможет ли он принести клану прибыль. Но так как я остался без оборудования, то все выходные проигрывал в памяти момент, когда Дом обнимал Арию – с каким лицом он это делал.

Она что, увлечена им?

Если даже и так, то какое мне дело? Я сам ее отверг.

Известно почему.

С пятницы мне удавалось избегать встречи с Арией, но увидеться с ней еще придется по-любому. И к тому времени надо как-то избавиться от влечения.

Прохожу в Рим-хаус. Вместо того чтобы ждать лифт вместе с идущими с ужина, поднимаюсь по лестнице. Стоит же мне выйти в коридор пятого этажа, как я замираю, словно угодив в зыбучий песок.

У двери моей комнаты стоит Ария.

Слава богу, больше в коридоре