Уйти, но вернуться - Anastasya 2.0

смотрит куда-то вниз. Чувствую, как переживает. Чувствую, как волнуется. И мне от этого снова не по себе. Жаль его даже. Но просто так все отменить не могу. Как-то не очень мне хочется давать заднюю. Да и примерять и демонстрировать на себе костюм дурака как-то не по мне.

Он же смотрится так, будто напряженно что-то решает. Думаю, речь все о том же: я и кошка. Как ее там… Сима, что ли?

Интересно, он борется с желанием передумать и отказаться или жалеет о том, что согласился, но не хочет делать шаг назад, потому как привык нести ответственность за договорённость? Потому как не хочет выглядеть слабаком.

Задумываюсь на миг. И мне бы понравилось, если бы в силе был второй вариант. Способность держать обещание — это респект, конечно, вот только… Следующая мысль буквально перечёркивает предыдущую чёрными кляксами. А вдруг он сейчас планирует, как будет представлять в постели на моем месте этого своего… Кто он ему там? Знакомый из интернета, который живет с каким-то другом… Не в нашем городе… Или что-то такое.

А я тут уже понапридумывал, блять. Ну в конце концов до розовых очков дело не дошло. И то хорошо. Выражение конечно… Хоть и пафосное, хоть и циничное, но как по мне, то глупое. И почему именно розовые? И почему очки? И что за колорист решил, что если на яркие краски нашего мира наложить полупрозрачный розовый, то они визуально станут красивее? В чем оригинальность того, что цветное стекло все смажет, смешает, исказит, лишит достоверной чёткости, подгонит предметы под однородный цвет…

Сам себе ухмыляюсь, когда заходим внутрь. Философ, блять… А в собственной жизни разобраться не в состоянии. Да что уж там в жизни. В ориентации своей запутался. В тридцатку, блять…

Ладно, как-нибудь справлюсь. Главное перед ним не запалить свое замешательство.

Прохожу к витрине первый. Он за мной. В отличие от меня, реагирует на приветливое «Добрый вечер», девушки продавца, а я тем временем приподнимаю брови и подвисаю, не отрывая взгляд от цены на прикорм для щенков в виде сухой смеси из овощей и мяса. Скольжу глазами по соседним ценникам. Ебать. А говорят, ребёнка содержать дороже. Тогда выходит этот ценовой пиздец — еще и дешево.

Будто в очередной раз спускаюсь на землю. Он уже говорит с продавцом. Присоединяюсь без приглашения и предлагаю ему брать все необходимое на первое время. Думаю, несколько следующих дней я понаблюдаю за его девочкой и сам разберусь. А если нет, то есть с кем посоветоваться — ловлю на себе ее оценивающий взгляд. Поглядывает на меня периодически вскользь. Интересно, как мы с ним выглядим со стороны? Точно не сын и отец. Или дядя с племянником, или… Братья? Не похожи совсем. Если только сводные. А может, друзья? Нет, это точно не про нас.

— Вот там, посмотрите. — Она указывает на одну из витрин с кормами. Я не расслышал, что именно он перед этим у нее спросил. Мои мысли оказались громче его слов.

Он не успевает ничего ответить, так как я ему предлагаю:

— Бери тот, что получше. И побольше. Чтоб ни на один день.

— Ладно.

Берем сухой корм и консервы. Лоток, наполнитель. Хорошо хоть для мелкого не нужны подгузники и детская смесь. Тогда бы, наверно, пришлось разыскивать непутевого котяру-папашу и через суд взимать алименты. Не знаю даже, смешно это или нет.

Витамины для кормящей кошки покупаем по моей инициативе. Пока продавщица все складывает, я присматриваю небольшой лежак и прошу добавить его к покупкам. Когда она говорит общую стоимость, я вспоминаю еще одну деталь:

— Переноска нужна? — Оборачиваюсь к нему. — Или как ты их принесешь?

— У меня есть.

— Хорошо. — Взглядом возвращаюсь к продавщице. Включаю на телефоне систему оплаты. — Это все.

По дороге домой продолжаем молчать. Время будто течет быстрее. Хотя мне бы сейчас как-то его оттянуть, чтобы тщательней обдумать ход своих действий. Да и вообще определиться, нужно ли это все. Не рано ли я…

Интересно, о чем он думает. Наверно, ненавидит меня еще больше. В какой-то мере я тоже его ненавижу. Ведь именно он стал дорогой в непонятное мне. В неизвестность. Чем больше вникаю в эти мысли, тем больше хочется его уколоть. Ужалить с силой и выпустить яд. Сделать как можно больнее.

Свой двор объезжаю и оказываемся в его. В соседнем. Паркуюсь у обочины, так как специально отведенных мест здесь не предусмотрено. Освещение отвратительное. Фонари горят через один в лучшем случае. Подъезды освещены не все. Интересно, что в этом месте по сводкам?

Быстрым движением вытаскиваю ключи, на него по-прежнему не смотрю. И только когда открываю водительскую дверь, обращаюсь как можно мягче:

— Пойдем.

— А ты куда?

— Покурю. — Не переживай. Я не собираюсь ломиться к тебе домой.

— Ладно. Я быстро. — Он накидывает капюшон и направляется к одному из подъездов.

Поджигаю сигарету. Дыма выдыхаю в несколько раз больше, чем втянул. Видимо, пар. Кожей ощущаю, как резко похолодало. Окидываю взглядом старую пятиэтажку из красного кирпича. Он проскакивает в двери второго подъезда, предварительно пискнув древним домофоном.

Скуриваю почти половину и наблюдаю за окнами. Прошло достаточно времени для того, чтоб подняться на пятый по ступенькам, но нигде ничего нового не загорается. Надеюсь, не навернулся и не передумал. Как вариант, квартира расположена с другой стороны дома.

Осматриваюсь в темноте. В соседнем подъезде взвизгивает дверь и выпускает в темень пару силуэтов с девчачьими голосами. Довольно быстро они отдаляются куда-то в сторону темноты. Впрочем, здесь все стороны темные. Как будто стоишь перед большим указательным камнем и не можешь различить на нем надписи, а направления «направо, налево и прямо» не разглядеть и не отличить друг от друга, так как они окутаны одинаковой чернотой.

Дверь подъезда, куда он нырнул, снова пищит. Его шаги становятся для меня уже знакомыми. Он приближается к моей тачке с клеткой в руках и приостанавливается. Молчит. Переноска в его руках на удивление тоже ведет себя беззвучно. Хотя нет. Уже нет. Теперь она тихо пищит.

Он останавливается у пассажирского места и вроде как смотрит на меня. В полумраке почти не различить. Быть может, хочет спросить разрешения или не знает, куда удобнее расположить своих питомцев.

— Садись. — Прерываю молчание. — Чего встал?

— А куда мне лучше… — Не договаривает и переводит взгляд на авто.

— Наперед, наверно. А клетку на колени поставь. — Затягиваюсь за полтора сантиметра от фильтра. — Удобно будет?

— Да. — Когда он размещается в машине, раздается тихое кошачье рычание. Но тут