Сваха? Нет, психолог - Елена Саттэр

- Это что за зверь? Шуршет?

- Фуршет. Сейчас покажу. Мне только палочки типа лучинок нужны.

- Ванюшу посажу. Он хоть и здоровый, но с тонкой работой справляется.

Следующее утро мы всей нашей компанией занимались тем, что готовили канапе. Тут вам и рыбные, и прованские, и сытные. Смысл в этих закусках, что делаешь микроскопичную порцию на один укус, красиво оформленную, втыкаешь в неё палочку и укладываешь реденько, пирамидкой. Большой такой пирамидкой. И делаешь таких архитектурных сооружений штук пятьдесят. Ну на такое количество приглашённых. Заставляешь блюдами столы.

Отдельно выставляешь горкой тарелочки маленькие. Человек подходит. Кладет себе штук пять канапешек, отходит и поглощает интеллигентно. Не думаю, что больше трёх штук позволят себе, чтобы не прослыть обжорой. Тут же столы с разлитым компотом. Этого добра хоть упейтесь, ягод в нашем садике много, а вот кушайте с осторожностью.

Этим фуршетом мы убивали несколько зайцев:

1) Еды визуально, казалось, на столах много. То есть это говорило о моём благополучии и что я хлебосольная.

2) Еда была подана необычно, изысканно, со вкусом и красиво.

3) Для меня она обошлась не в три копейки, конечно, но и не так, если бы я кормила их всех за столом.

Ну а четвёртый заяц говорил, что мы сюда не поесть, вообще- то собрались, а по делу важному. Собрание у нас здесь было. Паевого общества под названием «Пристрой кровиночку в добрые когтистые лапы».

- Элиза, нам бы ещё фоном музыканта какого для улучшенного пищеварения пригласить. Может послать за каким- нибудь юным недорогим дарованием?

- Госпожа Люси, я вообще не понимаю, на кой вам надо их кормить? - ворчала Элиза, нарезая хлебушек мелкими квадратиками, - ещё и музыканта приглашать. Хотя это вон за медную монету можно устроить. Сын нашего ростовщика Моня на скрипочку был отдан в мучении. Можно его пригласить. Родители ещё нам сами приплатят, чтобы отдохнуть ушами. А угощать – только разоряться.

- Нет, Элиза, еда успокаивает, и так они уже нервные все ко мне прискачут. А человек в возбуждении неадекватно мыслит. Поэтому мы их накормим, напоим, музыку нежную поставим. Я этого Моню научу, на какую волну настроиться и уже затем буду с ними разговор заводить о делах наших тяжких.

Да, приём у меня, первый в жизни, удался. Пять столов, стоявшие рядом, ломились от закусок, хотя, если бы всё сложили плотненько, уместилось на одном. Вот что значит кулинарная иллюзия.

Стаканы с красным компотом, выстроенные пирамидкой, внушали восхищение и страх дотронуться. Моня, прилично одетый, с зализанными волосами стоял в саду под окном. Потому как в гостиной было уже тесненько.

Прибыло в общей сложности человек сто. Его скрипочка мурлыкала успокаивающую мелодию на сколько- то герц, внушая гостям: «В Багдаде всё спокойно, спокойно, спокойно».

Невесты, естественно, прибыли в полном составе. Заметно нервничали. Чувствовали, что сейчас будет решаться их судьба.

Когда всё было съедено и выпито, Моню прогнали, и я повела гостей в сад, где плотник, муж нашей приходящей служанки по уборке, сколотил лавки из своих досок, которые после, он опять разберёт и пустит в дело.

Накрыли лавки мы старыми шторами из запасников Элизы. Впереди поставили стол и стул для меня. На стол для солидности поставили графин с водой, стакан и положили серебряную ложечку.

Я притащила кипу записей, блокноты, карандаши, встала рядом со столом. Подождала, когда все рассядутся, взяла ложечку и постучала ей о графин.

- Ну что, господа присяжные- заседатели (вспомнила я некстати Остапа Бендера), я вас здесь собрала, чтобы ознакомить с планом, как не только приманить в нашу местность сто потенциальных женихов из высших сливок общества, чтобы обеспечить вашим дочерям счастливое будущее в браке, но и чтобы ещё на этом нам с вами заработать.

Последние слова встретили в гробовом молчании. Все затаили дыхание, даже птицы прислушались к разговору.

Я взяла паузу и тянула её сколько могла, хитро оглядывая присутствующих. Присутствующие стали переглядываться, наконец один из папенек не выдержал и спросил:

- Так что за план, госпожа Люси? Мы все во внимании.

Глава 21

Мы устроим в Предгорье Гонку Героев. Сотне молодым, холостым, не помолвленным, богатым драконам мы разошлём приглашения. В которых мы предложим поучаствовать в этом соревновании на силу, ум, ловкость и т. д.

- Хм, - скептически усмехнулся один из отцов, - а оно им надо? Участвовать в таком сомнительном мероприятии? У нас такого добра по стране куча устраивается. Турниры всякие, с бумажными коронами. На всякие приглашения летать, крыльев не хватит. Пошлют нас далеко и надолго. Несерьёзно.

- Логично. Поэтому у нас будут не просто приглашения, мы им предложим выкупить билет за участие в этом мероприятии за круглую сумму. Какую – это вы мне сами позже скажете. И полоса у нас будет не для слабаков. На ней будет легче сдохнуть, чем пройти. И я думаю, что половина драконов точно сойдёт с дистанции.

А ещё я гарантирую, что за эти билеты драка будет и обиды лютые, что им не прислали. Плюс к этому мы заготовим дополнительные приглашения на три персоны. На кого скажу позже. Но, конечно, прежде чем драконы прилетят сюда, нам должно обеспечить для них достойный приём, а поэтому надо скинуться на инфраструктуру Предгорья и опять же на полосу препятствий, и главное, зачем они к нам ломанутся – на главный приз. И от него зависит всё наше мероприятие. А решить вопрос с призом может только один из присутствующих здесь мужчин.

На меня устремились вопросительные взоры. А вот здесь была самая тонкая часть моего плана. И я, пристально смотря на поставщика хрусталя ко двору эльфийского владыки, медленно сказала:

- Наши драконы потянутся к нам как дети на звуки дудочки Крысолова, когда узнают про главный и единственный приз, который будет показывать всем вокруг, что перед ними победитель гонки героев, хоть он будет выглядеть как простой солдат. В качестве главного приза нам нужен чёрный аргузин.

Все замерли в прострации, осмысливая то, что я сейчас сказала. Отец Натали крякнул и потёр волосатой рукой подбородок.

- Конечно, попробовать можно, но боюсь, не согласятся.- сказал после непродолжительного молчания.

Это как в той песне сейчас прозвучало:

- Я не сказала да, милорд.

- Вы не сказали нет.

И снова взяла слово я:

- А вот