Рожденные лунным светом - Криста Стрит

Несколько месяцев назад я бы сказала, что действия Уайетта говорят о том, что я ему была не нужна, что я обуза, и он жалел, что переспал со мной.

Но за последнюю неделю я увидела все с новой стороны. Все его действия говорили об обратном.

А может, и нет. Может, это часть его коварного плана, может, он был социопатом и хотел меня доконать. Но три месяца назад я была готова поклясться, что Уайетт Джеймисон — полная противоположность социопата. И всё же…

Чёрт! Я просто не знала, что и думать. Всё это чертовски сбивало с толку.

Я наконец открыла глаза, но не стала смотреть на него.

Сейчас мне нужно было решить слишком много вопросов, а не пытаться разобраться в Уайетте Джеймисоне.

— Эйвери? — тихо позвал он. — Мне так…

— Значит, ты вернулся с задания? — перебила его, потому что в его голосе слышалось столько раскаяния, а я сейчас не могла вынести жалости, даже если она была наигранной. — Всё прошло хорошо… сэр?

Бревно снова скрипнуло, когда он пошевелился, и я наконец покосилась на него.

Его глаза по-прежнему светились, и я задумалась, что бы почувствовала, если бы у меня все еще оставалась магия. Почувствовала бы я исходящую от него альфа-энергию? Почувствовала бы ту эмоцию, из-за которой его глаза так ярко светились?

Он сцепил пальцы и опустил взгляд.

— Я вернулся ненадолго. Сегодня днём я снова уезжаю, и, честно говоря, всё прошло не очень хорошо. В своей миссии я потерпел сокрушительное поражение.

У меня перехватило дыхание. От его слов, что он снова уезжает, и осознания что, скорее всего, сегодня я вижу его в последний раз, мое сердце замерло, словно старый двигатель, который не хотел заводиться.

Глупое сердце. Глупое, глупое сердце. Почему он так на меня влияет?

Я выдавила из себя слабую улыбку, отчаянно пытаясь изобразить безразличие.

— Что ж, значит, нас таких двое. Я тоже провалилась.

Но мои попытки пошутить не увенчались успехом. На его лице снова отразилась неприкрытая боль.

Боже, как он может так искренне притворяться?

— Твоя магия исчезла? — хрипло прошептал он.

У меня перехватило дыхание, и я машинально прижала руку к груди.

— Да. Сегодня утром она исчезла окончательно.

Он резко опустил взгляд и с шумом выдохнул.

— Может, тебе стоит обратиться в лечебный центр, чтобы они могли все проверить?

— А какой в этом смысл? — с горечью сказала я. — Я пойду туда завтра утром. Ничего нового я не услышу.

Несмотря на все мои попытки заглушить боль, на глаза навернулись слёзы. О боже, только не это.

Но какой смысл притворяться перед ним смелой? Меня это уже достало. Мне надоело притворяться, что я не чувствую боли от отказа Уайетта Джеймисона, что это чуть не уничтожило меня. Но я не позволила себе сломаться. Я боролась с его отказом изо всех сил. Я боролась с этим каждую секунду каждого дня, чтобы это меня не убило.

А вот Сафринитская комета? Эта стерва оказалась гораздо более хитрым противником. И, честно говоря, у меня не было сил сражаться с ними обоими.

Так что к чёрту всё. Если Уайетт Джеймисон пришёл сюда, чтобы пнуть меня, пока я валяюсь на земле, то пусть пинает.

Я всё равно скоро умру, так какая разница?

Я дала волю слезам.

— Полагаю, это начало конца, да? Потому что если моя магия исчезла, то и жизненная сила должна скоро иссякнуть.

Уайетт тихо зарычал, и бревно снова скрипнуло, когда он придвинулся ближе.

— Этого не произойдет.

— Это случится. Даже лечебный центр не может это вылечить, а я, чёрт возьми, не могу это остановить. — Я моргнула, и по щекам потекли слёзы. — Пора взглянуть правде в глаза.

Уайетт сглотнул, его глаза сверкнули. Он придвинулся так близко, что нас разделял всего дюйм, и хотя я не чувствовала его силы или магии, но слышала его прерывистое дыхание, ощущала запах дуба и сосны, который исходил от него, видела многодневную щетину.

Здесь, в лесу, под осенним полуденным солнцем, которое сияло над нами, словно метеор в небе, он выглядел таким суровым и усталым. Я никогда раньше не видела на его лице таких откровенных эмоций.

Боже, что это значит?

— Эйвери? — хрипло произнёс он. — Я этого не допущу. Ты не можешь умереть. Я найду ответы. Я найду способ это остановить.

У меня внутри всё сжалось.

— Но как?

— Моя следующая остановка — болгарские библиотеки. В землях фейри я не нашёл ответов, несмотря на тщательный поиск в их архивах…

— Подожди. Архивы земель фейри? Что ты имеешь в виду? — И тут до меня дошло. Это поразило меня, как удар молнии в миллион вольт. — Твоё задание, на которое ты отправился на прошлой неделе, было в землях фейри? Ты пытался что-то найти про меня?

Он пристально посмотрел на меня.

— Да. Моё задание было связано с тобой. Оно было полностью посвящено тебе.

У меня перехватило дыхание. Я отвернулась к реке, стараясь сосредоточиться на чём-то другом. Сердце бешено колотилось, все тело напряглось.

Вода в реке бурлила белой пеной, посреди потока плыл красный кленовый лист.

— Это Уэс тебя заставил?

— Нет, он меня не заставлял. Он поручил это мне, потому что знал, что никто не справится с этой задачей лучше.

— Ты занимаешься поиском неуловимой магии для научного центра?

— Нет.

— Тогда почему он выбрал тебя? Почему ты подходишь для этой работы лучше всех? — Я повернулась к нему, и меня бросило в дрожь от его дикого взгляда.

— Потому что, когда паре волка угрожает опасность, он сделает всё, чтобы её спасти.

Я резко мотнула головой. Пара волка?

Конечно, я могла ослышаться, но потом вспомнила, что в ту ночь под звёздами он вел себя как властный собственник. И он попросил майора Армунд лично тренировать меня, чтобы у меня были все шансы на успех.

Я зажмурилась. Нет, этого не может быть. Потому что я помнила, как холодно он вел себя в последние несколько месяцев, его перепады настроения и отказ от меня.

Скорее всего, я неправильно его расслышала. Потому что даже если он попросил майора Армунд тренировать меня, это не объясняет, почему унижал меня или отталкивал. Зачем ему это делать, если он считал меня своей парой? Самцы оборотней не отвергают свою пару. Это противоречит их ДНК, но именно это он и сделал.

Так почему же он лжёт сейчас? Какая у него причина это делать?

Меня охватила ярость. К чёрту то, что меня