Ты – мой капкан - Катерина Пелевина

— Ну, привет… Украла Грека, да?

— Эм… Он же не вещь, чтобы его красть. Забирай, пожалуйста, даром не нужен…

— Да я бы забрала, только он от тебя отлипнуть не может. Как заколдованный…

— Ну, конечно. Сижу ночами и колдую. С куклой вуду в руках, — отвечаю я, а она так смотрит, словно думает, что я правду сказала… Вот ведь дура, а…

— В общем, так… Амелия Андреева… Я хочу сказать тебе, чтобы ты отстала от него по-хорошему…

— Что за угрозы вообще, я не поняла?! — тут же наезжаю в ответ. — Ты реально думаешь, я тебя испугаюсь, что ли?!

— Меня, может, и нет… А нас всех — да, — уверенно говорит она, показывая мне на своих столпившихся позади подружек, а я делаю шаг в её сторону, подходя вплотную и смотрю прямо в глаза.

— Ну, рискните. Все у меня без волос ходить будете, понятно? — говорю максимально холодно. И если понадобится — всем, нахрен, надаю.

— То есть, мышка притворяется? Самой нужны деньги Грека, правда…

— Его деньгами хоть жопы себе подотрите, мне вообще пофиг. И на него, и на них. А если ещё раз услышу угрозы в свой адрес, начну с самой мелкой, — тычу я пальцем на одну из них. — С тебя!

— А чего с меня-то?! Я вообще молчу! — тут же возмущается она, пока они затыкают её.

— Я всё сказала! — ухожу в сторону столовой, чтобы перекусить и занимаю очередь. Выбираю, что взять, как вдруг рядом становится Назар.

— Давно не виделись, прям-таки соскучилась — выдавливаю с сарказмом. — Иди, тебя твои фанатки уже по кускам делят.

— Да мне одна только нужна…

— Ах, она не твоя фанатка, скорее, личный хейтер, — выдаю, улыбаясь женщине на кассе, которая пробивает мне компот и овощное рагу.

— Это всё, что ты будешь есть? Не боишься дизентерию тут поймать?

— У нас хорошая столовая. Здесь всё сертифицировано. Но таким как ты лучше ездить в центр до своего заведения… Выход вон там, — указываю я рукой, хватаю поднос и иду за самый крайний столик, присаживаясь и начав есть, когда он усаживается напротив и пилит меня взглядом.

— Завтра будем тренироваться?

— Назар, ты играть толком не умеешь… Тебя обведет любой одиннадцатилетка.

— А ты научи, — улыбается он, сверкая своей серёжкой, и я жмурюсь.

— Блин, ослепнуть можно. Сними уже эту херню, а. Как тёлка…

— Я нарочно не сниму. А ты, договоришься, сладкая… Я тебя прямо в толчке отымею…

Смотрю на него и качаю головой. Придурок нереальный. И он уже дважды меня целовал… Эта новость ещё ужаснее… Хотя нет. То, что он предлагал мне деньги кажется ещё хуже…

Ем и даже не смотрю на него, а он с кем-то переписывается. Наверное, с армией своих фанаток. Дальше я допиваю свой компот и только хочу унести поднос, как он перехватывает его за меня.

— Сам унесу, — цедит, чем просто дико меня удивляет.

— Может ещё смывать за меня в туалете будешь, а?! — кричу ему в спину и начинаю уходить оттуда…

Правда, как только делаю шаг из столовки, в меня со всего размаха прилетает стаканчик с горячим шоколадом… Хорошо, что он только на словах горячий, но это не отменяет того факта, что я по уши уделанная теперь. Резко оборачиваюсь и смотрю на рожу самой главной пигалицы, которая машет мне ручкой за столом. Вижу и реакцию Грека, но мне вообще плевать. Я предупреждала…

Секунды не проходит, как я хватаю эту дуру за волосы и со всей дури бью её лицом об стол. Девки вокруг кричат, а тем временем у меня в руках оказывается копна её волос… То ли нарощенная, то ли парик, но выглядит просто ужасно… А Грек стоит и ржёт прямо напротив меня…

Глава 17

Амелия Андреева

— Значит, ты видел, как Федченко начала первой, верно?

— Я уже в пятый раз повторяю. Драку учинила не Амелия, а другая девка.

— Девушка, Назар, — поправляет его куратор, пока я сижу рядом и любуюсь шоколадом, размазанным по моей одежде. Крайне удивлена, что он пошёл за меня заступаться, кстати говоря. Потому что я его не просила, и я думала женские разборки для него что-то из разряда «фу». А может, он просто чувствует вину, ведь всё случилось из-за него.

Я смотрю куратору в глаза и молчу. Потому что всё уже рассказала. А она с сочувствием вздыхает.

— Ну зачем же так грубо-то? Ты ей волосы выдрала…

— Это был парик, — парирую я. — Иначе бы они не оторвались…

— А крови сколько было, ты видела?!

— Больше чем этого шоколада?! — интересуюсь со смехом, пока она растягивает губы в недовольной кривой усмешке.

— В общем, ладно… Идите… Идите от греха подальше. Если вдруг что я вызову снова!

— Ага, до свидания, — говорю, выходя из её кабинета, и чувствую Грека своим плечом. — Мог не помогать мне…

— Ты шутишь, что ли? Это было бесценно… Момент, когда ты держала их в руках… — ржёт он, и я какого-то фига тоже улыбаюсь.

— Мне теперь прилетит из-за этого… А виноват между прочим ты… И вот как мне в таком виде идти не лекции… — хмурюсь я, глядя на изуродованную одежду.

— Давай до меня съездим. Тут недалеко.

— Нет уж, — дёргаюсь я в сторону.

— Не ну правда… — плетётся он за мной. — Ты вся перепачканная. А у меня есть чистые шмотки. Заправишь мою футболку в джинсы, никто ничего не заметит… И дома не прилетит… Тебе ещё на работу… Не забывай.

Я вздыхаю и останавливаюсь, глядя на его хитрое лицо.

— Ты меня бесишь, — выдаю максимально честно.

— А ты меня… Тянешь, — слышу в ответ.

— Ты не будешь распускать свои руки, целовать меня и прочее. Просто дашь возможность помыться и переодеться. На этом всё. Идёт? — спрашиваю и он тут же кивает.

— Идёт…

— Ладно, пошли…

Внизу мы проходим мимо Оксаны, которая сидит в окружении своих курёх, запрокинув голову назад и прижимает к разбитой носопатке лёд, завёрнутый в марлю. Видимо, медсестра дала, чтобы уменьшить отёк.

— Сиди, сиди так. Ещё раз подойдёшь — не поможет, — говорю, следуя к выходу, вслушиваясь в возмущенные возгласы её подружаек и фоновый смех своего нерадивого женишка, которого мне по воле судьбы в таковые записывают все, кому не лень… Кроме меня самой, блин.

— Я уделаю твоё сиденье, — говорю, остановившись возле его машины, и он улыбается.

— Я бы предложил тебе раздеться, но ты