Развод со злым ёкаем - Хэля Хармон

— Мортас… это… действительно, был такой мужчина, он сватался ко мне. — Я старалась подбирать слова осторожно, чтобы они звучали достаточно правдиво. — Но до свадьбы не дошло. Всё расстроилось. Ты встретился на моём пути!

— Так ли всё это было?!

— Так!

В голове у меня гудело от чувства опасности.

Золотое пламя в глазах ёкая разгоралось, будто в их глубине всё безумнее бушевала огненная буря, но его голос в противовес оставался до пугающего спокойным:

— Он касался тебя? Этот ничтожный Кейто? Знай, что если да — я от тебя не отрекусь. Просто оторву ему руки, ноги и всё прочее. И заставлю его сожрать собственные конечности. Считай, легко отделается.

Что тут «лёгкого» я понятия не имела. Если бы кто угодно произнёс такую угрозу — решила бы, что это ужасная шутка. Но Мортас сейчас точно не шутил. Слишком хорошо я помнила, как щелчком пальцев он обращал жрецов в пыль. Невольно стала воображать жуткие картины расправы над Кейто. И просто заставила себя вновь заговорить, чтобы разогнать видения:

— …Касался? О нет, Мортас, как можно? До свадьбы? Конечно, никто меня не касался! Я бы и не позволила!

— Верю тебе, жена… — тон Мортаса переменился, — ведь иначе и прежний я давно бы умертвил того человека. Но если он ещё жив, значит, грех его не был столь велик.

— Верно…

— Тогда иди ко мне, жена, — и он притянул меня ближе. — Здесь только мы.

Гнев, похоже, совсем покинул Мортаса: голос ёкая сделался довольным, и стал схож с рыком тигра и мурлыканьем умиротворённого кота одновременно.

Я нервно хихикнула.

Но совсем не до смеха мне стало, когда я посмотрела в золотые глаза Мортаса. Их плавкое жидкое золото словно желало поглотить меня. Он будто меня пожирал, но отчего-то это было не похоже на то, как ёкай вытягивал из меня силы на ритуале. В глазах Мортаса был голод, но совсем иного толка.

Сердце дико заколотилось, я сглотнула ком пересохшим горлом.

— Я ведь сразу всё понял, Рейна. Ты нарочно увела нас в этот глухой уголок…

— Э, ну что ты, Мортас! Я вовсе не…

— Посреди улицы целоваться нельзя, сказала ты. И увела нас сюда по очевидно надуманной причине. Я оценил игру. Ты хотела распалить меня, жена? Тебе это удалось. Жажду тебя прямо здесь!

Я бы возмутилось, но не успела даже раскрыть рот — поцелуй Мортаса тут же запечатал мои губы. Его рычащий низкий стон отдался вибрацией в моём теле, и я невольно расслабилась, точно в этом звуке была какая-то своя телесная магия. А, быть может, так и было?

Мортас чуть надавил, углубляя поцелуй, у меня перехватило дыхание. Язык ёкая настойчиво скользнул в мой рот. Жар опалил нёбо, горло, пролился в грудь тягучей волной. Я тихо, беспомощно выдохнула.

Моя душа металась! Голова кружилась! И моя обычно едва ощутимая белая магия словно языками светлого пламени обжигала мою грудь изнутри. Она росла и крепла… разгоралась. И я словно разгоралась вместе с ней.

Язык Мортаса гладил мой, дразнил, ускользал и возвращался, и от этой ласки мысли в моей голове обращались в сладкий дым.

Я уцепилась за плечи ёкая, чтобы не упасть. Но шансов на падение было ноль — меня бережно обнимали сильные горячие руки вселенского зла. Смертоносный хвост с концами-лезвиями вновь обвил мою талию и ласково потирался об меня, как безобидный котёнок.

И моё тело словно само ответило на этот порабощающий поцелуй. Я сама робко коснулась языком языка ёкая, что хозяйничал у меня во рту… и это было — как колкий сладкий ожог. Потом, как зачарованная, коснулась снова. А потом я уже обнимала Мортаса за шею, и наши языки бесстыдно жарко сплетались. Мы нежно покусывали губы друг друга, и я уже не понимала, что я делаю… Почему? Зачем? Каков план?

Я сомневалась даже в собственном имени!

Но вдруг я различила крадущиеся шаги! И, конечно, Мортас различил их ещё раньше, но отчего-то решил игнорировать. Просто продолжал меня целовать. И я уже и сама была готова наплевать на какие-то там шаги.

Но вдруг раздался такой знакомый, полный ярости дрожащий голос:

— Рейна?! Так эти слухи — правда?! Ты стала подстилкой какого-то грязного ёкая? Потаскуха!

Глава 9

Рейна

Это было голос Кейто! Сначала меня накрыл шок, который буквально выдернул из блаженства поцелуя и как будто с ходу окунул в холодную воду. Сразу накатили мысли — как он здесь?! Откуда?!.. Неужели Казуми удружила? Не могла придержать новую сплетню…

Раньше столь злые слова бывшего жениха, сказанные таким тоном, просто уничтожили бы меня, разорвали болью душу, но теперь… я не успела даже слишком сильно расстроиться, потому что Мортас не прервал поцелуй, а лишь углубил, скользнув языком глубже, обняв крепче… И за один миг он вновь из холода вернул меня в жар ласки, будто вопли Кейто для него были не более чем лаем побитой собаки.

Ёкай не спеша закончил меня целовать, нежно коснувшись сомкнутыми горячими губами напоследок уголка моего рта. Хвост Мортаса чуть крепче стянул петлю на моей талии.

Это было ни что иное, как показательное игнорирование грубых слов Кейто (он, должно быть, пьян! Играл с друзьями в сундуки и выпивал, как иначе объяснить такой гадкий и подлый выпад в мою сторону?!)

Однако, уже зная характер Мортаса, я должна была вмешаться.

Не глядя на Кейто (смотреть на него мне было противно!), я набрала воздух в грудь, чтобы начать отговаривать Мортаса от боя и разбрасывания кровавых ошмётков Кейто по всему рынку! Но не вышло.

…Мортас слегка отстранился от меня. Провёл пальцем по моим губам.

— Тш, Рейна, — пугающе ласково улыбнулся мой муж-ёкай, — только не рассказывай, будто прежний-я был столь доброжелателен и сострадателен, что не стёр бы этому наглому… для начала лицо… вообще всю кожу кухонной тёркой-бинтоку? Кстати, насчёт тёрки, надо бы купить домой новых кухонных принадлежностей…

От псевдо дружелюбного тона Мортаса и его напускной весёлости у меня холодело внутри ещё пуще, чем если бы он рычал и озверело щёлкал хвостом. Чутьё подсказало — ёкай сейчас на новом уровне гнева.

«Холодный магический поток страшнее горячего, — поясняла мне когда-то бабушка, — когда разозлённое магическое существо начинает вести себя нарочито спокойно, надо бежать, Рейна! Запомни».

— Мортас… он не в себе… — всё же выдохнула я.

— Плевать я хотел на это. Он тебя оскорбил, и он не жилец.

— Мортас! Неужто просьба жены для тебя — пустой звук?! Муж мой дорогой…

— Эй!