Укрощение строптивой, или Ректор, ты попал! - Ксения Никонова

что о статях и достоинствах милорда Ливартиса. Убить готова! Обсуждали его, будто племенного быка. И откуда в дочерях приличных людей столько бесстыдства и наглости!

— Когда он говорил с нами, то всё время смотрел в мою сторону, — хвастала блондинка со светлыми ресницами и бровями.

Да кому она нужна. Будь я мужиком, в сторону этой бледной немочи даже взгляда бы пожалела.

— Ах, какой красавец! — вздыхала русоволосая пухленькая Марта. — Вот бы обратил на меня внимание.

— В самом деле ректор необычайно хорош собой, — поддержала её Анет. — Говорят, он закоренелый холостяк. Ещё ни одной студентке не удалось привлечь его внимание. Разве что нашей Диане. Но она-то как раз не в восторге от милорда. Правда, Диана?

Вопрос застал меня врасплох. Мы расположились вокруг большого стола, сортируя травы. Наш кружок подобрался сам собой, как будто общая тема для разговора объединила. Или невидимые чары, что подействовали на всех участников утреннего происшествия.

Странно, но никто из них так и не понял, что собственно произошло. Все были очарованы ректором и тем фактом, что он снизошёл до беседы с безвестными первокурсницами. О привороте никто не догадался.

И что я должна была ответить? Неправда, я в восторге от ректора? Или руки прочь от моего мужа? Или всё-таки я терпеть его не могу, забирайте и делите, как вашей душе угодно.

Глава 12.2

На моё счастье подошла недовольная травница и сказала, что мы много болтаем и мало делаем.

— Предупреждаю, не справитесь, — кивнула она на гору трав, которую нужно было разобрать, — останетесь после занятий до тех пор, пока не доделаете свою работу.

Мои товарки прикусили языки и ускорились. Я напротив, задумалась, что хуже — остаться тут и копаться в этом гербарии или топать со всеми штрафниками на пожарище и возрождать из пепла многострадальную «Лаврушку». Гербарий всё же милее. Но вдруг милорд снова явится посмотреть на нашу отработку, а там мои соседушки, охочие до чужих мужей.

Я напомнила себе, какой подлый человек Глендарт Ливартис, хоть и красавчик.

Для пущей убедительности перечислила про себя все причины так думать.

Вспомнила и про облитую зельем мантию. Как ни крути, мне больше всех досталось, поэтому я так страдаю от неразделённой любви.

Но потерянное приданое вопияло об отмщении. И я, сжав зубы, приняла решение никуда не ходить.

Напрошусь в помощь травнице, глядишь, она мне даст горчатку. Потому что сама я без понятия, что это за трава, и где её найти, не покидая пределов академии. Ведь покинуть её мы стараниями милорда не можем.

И я намеренно начала затягивать работу. Задумчиво рассматривала травки, связала пару букетиков из засушенных цветков. И так до тех пор, пока краем уха не уловила тихий шёпот со стороны Анет:

— Если капнуть одну каплю на запястье, то обморок гарантирован. А милорд Ливартис, как мы вчера видели, в беде девушку не оставит. Так и вижу, как он подхватывает меня на руки и уносит в свой кабинет. А там уж я не растеряюсь.

А ещё подруга, называется. Вот и оставь с такими «скромницами» мужчину. На заплатки порвут.

Но какое коварство!

А ведь милорд не подозревает, что его ждёт. Я должна его спасти. Он, правда, уверен в собственной неуязвимости, но с магией никогда нельзя быть уверенным, сработает то или иное средство. Получилось же у меня проклятие.

Решено — пойду. И стоило так подумать, как настроение сразу улучшилось, я даже начала что-то напевать себе под нос.

Главное — увидеться с Глендартом, хоть на пять минуток посмотреть на него. Нет, я так просто прощать его не стану. Но вдруг он уже одумался и решил просить у меня прощения.

В конце концов, разве не такого мужчину я искала? Может, его состояние уже вернулось к нему, и мы полюбовно договоримся о возврате моего приданого. А потом… потом он пригласит меня на прогулку верхом. На закате. Это так романтично. И будет держать за руку. И завалит меня подарками.

Я успела соскучиться по новым нарядам. И бриллиантам. Мне давно не дарили бриллианты. Они сами по себе прекрасны, но когда колье тебе на шею надевает красивый мужчина, это вершина счастья.

Я так размечталась, что не заметила, как разобрала свою кучку быстрее всех. Травница разрешила мне идти, и я первым делом помчалась в кабинет ректора, благо, дорога до него мне хорошо известна.

Но приёмная оказалась полна каких-то важных бородатых мужчин в мантиях. На меня посмотрели, как на диковинного зверя.

Секретарь сказал, что ректор не принимает в неурочное время, да и в урочное по предварительной записи. А студентам и вовсе нечего делать в его кабинете. Для решения любых учебных задач есть кураторы групп, обращайтесь к своему куратору.

— Но мне по личному, — возразила я.

— Какие же у вас могут быть личные дела к лорду ректору?

— Просто скажите, что пришла Диана Полева.

— Барышня. Что бы вы ни возомнили о себе, милорд не может принять вас. У него очень важная персона. Видите, члены Учёного Магического совета и то ждут.

Я открыла рот, чтобы сказать о подстерегающей милорда опасности, но поняла, что на встречный вопрос — какой именно, — ответить не смогу. Шесть первокурсниц с их коварными планами вряд ли могут считаться опасными преступницами.

Глава 12.3

За обедом я лишь поковырялась в тарелке. Аппетит пропал напрочь.

— Диана, ты не заболела? — подсел ко мне Шейни.

— Нет, — вздохнула я.

— Не узнаю тебя, — нахмурился друг. — Что-то случилось?

— Милорду Ливартису угрожает опасность. А я не смогла предупредить его. Меня просто не пустили к нему.

— А тебе-то что за печаль? — удивился маркиз.

— Я его люблю. Больше жизни.

— Что-о? — поперхнулся куском приятель. — Как это понимать?

— Только не смейся. Я сварила приворот и пролила его на себя.

— Диана, — затрясся в беззвучном смехе Шейни. — Горе моё. Как ты умудрилась?

— Ничего смешного. Я с ума схожу, а тебе и дела нет.

— Ну прости, прости.

— Это ещё не всё. Кроме меня задело ещё шестерых девушек с первого курса. И все они теперь пускают слюни на моего мужа. Что мне делать?

— Занять место в первом ряду и наслаждаться. Представляю, какую весёлую жизнь они ему устроят. Влюблённые женщины весьма изобретательны в стремлении привлечь внимание объекта своей страсти.

— Шейни! — стукнула я его по голове увесистым томом «Травоведения». — Он же знает, чьих рук это дело. Как думаешь, что он со мной сделает, когда они накинутся на него?

— Хм…